Книги в жанре «Фэнтези» по тегу «slushat-fentezi»

Когда Вероника не прошла отборочный тур в танцевальном конкурсе, ей казалось, что вместе с провалом окончательно рухнули и надежды покорить сцену.
Но как выяснилось, самый главный отбор Веронике ещё только предстоял. И кто бы мог подумать, что помощь одной симпатичной старушке обернётся для девушки попаданием в другой мир.
А может, это и к лучшему?
Что ж, неунывающая иномирянка докажет всем, что счастья много не бывает!
В тексте обязательно встретятся:
💖 неунывающая попаданка с роскошными формами
💖 нелюдимый некромант, который категорически не хочет жениться
💖 наглый рыжий фамильяр, чрезвычайно довольный тем, что ему досталась о-о-очень могущественная ведьма
💖 загадочные скелеты, и не только в шкафах...

Очнувшись в больнице, Она не помнила ничего. Ни того, кто она такая. Ни того, как вообще оказалась на больничной койке, и какой жизнью жила до последнего момента. Только, как выяснилось, проблемы с памятью оказались далеко не самым страшным испытанием.

Когда однажды ночью её попытались похитить из больницы, в ситуацию вмешался один из пациентов и спас от неизвестных злодеев. Но кто бы ещё подсказал наверняка: можно ли теперь довериться этому незнакомому брюнету с проницательным взглядом серых глаз? И кто научит, как быть и что ответить спасителю, который заявил, что теперь надо срочно бежать из больницы?

Они думали, что спрячутся в Альпах после краха «Зеркала». Но из тени выходит «Алетейя» — охотники за «Наследием Леонардо». Виктория, закалённая школой Арсения, уходит в самостоятельную игру. Он теряет её и становится живой приманкой. Их финал — в Венеции, где разгадка потребует немыслимой жертвы. Выбор: обладать разрушительной истиной или уничтожить её ради их будущего. Честно, напряжение сдавливает горло, химия такая, что вода в каналах закипает — трогает до мурашек и не отпускает до последней страницы.

Она реставрирует древние книги и считает свою жизнь скучной — пока в руки не падает Лунный Ключ. Элира просыпается редчайшей оборотней с промежуточной формой, и теперь два клана готовы разорвать её ради многовековой войны. Единственный, кто может помочь — надменный Кайан, наследник самого могущественного клана. Он скрывает раны под ледяной маской, а между ними такая химия, что искры летят даже в полнолуние. Честно, трогает до глубины души, будоражит и не отпускает до последней страницы.

Королева Аврора правит Артхэмом. Чтобы спасти народ от надвигающейся серой тьмы, Аврора добровольно лишает себя свободы: выходит замуж по расчёту и отправляется к изгнанному магу Аркану. В каменном замке её встречает чудовище, повелевающее мертвецами, — заросший, дикий колдун с древней обидой в сердце. Но в поединке, когда окровавленная Аврора срывает с себя доспехи, в его взгляде впервые вспыхивает не ярость, а незнакомое ему чувство. Королева умоляет на коленях не убивать её народ, предлагая стать для него слугой, рабыней.

Корн – сын богатейшей в Аталии семьи, что славится сильными магами, но у него самого нет способностей. По закону он должен быть изгнан.
Он страстно желает вернуться, но это невозможно без магии. А единственный, кто может открыть его способности, скорее убьёт, чем поможет. Но Корн готов рискнуть...

Она умела заставлять кости срастаться и кровь останавливаться. Но не умела сражаться.
А за ней шли воины. Тёмные. В чёрных доспехах, с рунами, выжженными на нагрудниках. Воины Даэрона — Тёмного Рыцаря, Владыки Пепельных земель, того, чьё имя произносили шёпотом в деревнях и чьим именем матери пугали детей.
Элиана споткнулась о корень. Упала. Колени ударились о мёрзлую землю. Она попыталась встать, но рука в чёрной перчатке легла ей на плечо. Тяжёлая. Неумолимая.
— Не двигайся, целительница.
Голос был низкий, ровный, без злобы. Почти усталый. Элиана подняла голову. Над ней стоял он. Даэрон. Высокий, в чёрных латах, покрытых тёмными рунами, которые слабо пульсировали багровым светом. Плащ из воронова пера падал на плечи. Шлем он не носил. Лицо было бледным, резким — скулы, как лезвия, глаза цвета остывшего пепла, серые, с тёмными прожилками. Волосы — чёрные, длинные, перехваченные у затылка кожаным шнуром. На виске — тонкий шрам.

Утром их разбудил звонок. Гильдия. Голос координатора — напряжённый, быстрый:
— Дыра. Южный район. Категория пять. Вера, Марк. Это не узел. Это разрыв. Ткань рвётся.
Категория пять. Вера не слышала о такой за всю историю Гильдии. Узлы можно распутать. Дыру — нет. Дыра — это когда нити не скручены, а разорваны. Когда кто-то или что-то вырезает кусок ткани. И в образовавшуюся пустоту хлещет не сон. Не кошмар. Ничто.
Они оделись за три минуты. Выбежали на улицу.
Город менялся на глазах. На юге небо было не багровым — его не было. Просто не было. Кусок неба вырезан, и на его месте — серая, мёртвая пустота. Ни света, ни тьмы. Ничто.
— Кто это делает? — спросила Вера на бегу.
Марк не ответил. Но его лицо было каменным.
Они добрались до края дыры. Она была огромной — метров двадцать в диаметре. И росла. Нити на краях рвались одна за другой, с тихим звоном, как струны. За дырой — ничего. Не темнота. Отсутствие.
— Если не закрыть, город исчезнет, — сказал Марк. Голос ровный. Но руки тря

Первый урок был простым и невозможным одновременно.
— Положи руку на стебель, — велел Радмир. Они стояли у куста жасмина, который цвёл в ритме «минута за час». Лепестки раскрывались медленно, как глаза после долгого сна. — Не думай. Слушай.
Лада коснулась стебля. Тёплый. Живой. Под пальцами бился пульс — медленный, тягучий, как смола.
— Чувствуешь? Это его время. Его сердцебиение. Ты должна дышать с ним. Вдох на раскрытие. Выдох на паузу.
Лада попыталась. Вдох — лепесток дрогнул. Выдох — замер. Вдох — ещё миллиметр. Выдох — тишина. Голова закружилась. Время вокруг неё замедлилось, потекло густо, как мёд.
— Не борись, — сказал Радмир. Его голос доносился откуда-то издалека, растянутый, глубокий. — Не торопись. Ты не в своём ритме. Ты в его.
Она закрыла глаза. Перестала считать секунды. Перестала думать. Просто дышала. Вдох. Выдох. Вдох. И жасмин раскрылся. Весь. За один её вдох. Белый, одуряюще пахнущий, живой.
Лада открыла глаза. Радмир смотрел на неё. И в его взгляде было что-т

Она начала с чертежей. Бумага, тушь, линейка из бамбуковой щепки. Три дня и три ночи Лянь рисовала. Переплетения каркаса. Углы парусов. Руны на жилах. И каждый раз упиралась в одно: выше Облачного Предела нет ветра. Парус бесполезен. Нужен другой двигатель.
На четвёртый день на верфь прибыл корабль. Не военный. Не торговый. Маленький, одномачтовый, с парусом из тончайшего шёлка, расписанного рунами. Корабль сел на причальную площадку легко, как стрекоза на лист лотоса.
С него сошёл человек. Лет тридцати. Высокий, жилистый, с длинными пальцами и загорелой кожей. Волосы собраны в пучок, перевязаны лентой из синего шёлка. На поясе — веер. Не простой. С рунами. Ветряной.
Он подошёл к Лянь. Поклонился.
— Меня зовут Шэнь. Я ветряной мастер. Заклинатель потоков. Император послал меня помочь тебе.
Лянь посмотрела на его веер. На руны. На руки — длинные, с мозолями не от верёвок, а от жестикуляции. Руки того, кто рисует заклинания в воздухе.
— Ты умеешь вызывать ветер? — спросила она.
—