Фэнтези книги о попаданках
Надежда Гросман собиралась читать стихи поэтов восемнадцатого века в красивом бальном платье, которое предательски не сходится в груди. Но вместо этого оказалась в реке, а ей на помощь бросился незнакомец в инвалидной коляске. В итоге Надежда спасает не только себя, но и, как оказалось, целого генерала, у которого отказали ноги и исчезла магия.
Генерал зол: его, привыкшего спасать других, вытащила какая-то сумасшедшая, да еще и видела его унижение. Он готовится к жалости, но получает диктатора и личного реабилитолога. Кажется, самое страшное испытание для великого мага — это пережить курс лечебной физкультуры. И сбежать от нее невозможно, да и сопротивляться желанию уже не хочется. Кажется, самое страшное испытание для великого мага — это лечебная физкультура, после которой он мечтает лишь о том, чтобы однажды встать с кресла и сжать спасительницу в объятиях.
Генерал зол: его, привыкшего спасать других, вытащила какая-то сумасшедшая, да еще и видела его унижение. Он готовится к жалости, но получает диктатора и личного реабилитолога. Кажется, самое страшное испытание для великого мага — это пережить курс лечебной физкультуры. И сбежать от нее невозможно, да и сопротивляться желанию уже не хочется. Кажется, самое страшное испытание для великого мага — это лечебная физкультура, после которой он мечтает лишь о том, чтобы однажды встать с кресла и сжать спасительницу в объятиях.
Полевой медик. Тридцать два года. Двенадцать лет выездов.
А потом — чужое тело девятнадцатилетней «бездарной» адептки и красная черта в списках на отчисление.
В академии свет лечит кожу и прячет порчу внутрь. Ядро командора драконьего корпуса горит три года и рвёт его изнутри. Целители бессильны. Я — нет. Но каждое гашение оставляет ожоги на моих руках.
Совет нашёл «решение»: истинная вязь.
Не свадьба. Не выбор. Магический контур навсегда — чтобы его сила не сожгла его до вылета к разлому.
Он не просил связывать меня.
Я не просила становиться инструментом академии.
Теперь мы в одной цепи: если он вспыхнет — плачу я. Если я откажусь — умрёт он.
И чем туже затягивают контур, тем яснее одно: цена вязки пишется не в протоколах.
Она пишется на коже.
А потом — чужое тело девятнадцатилетней «бездарной» адептки и красная черта в списках на отчисление.
В академии свет лечит кожу и прячет порчу внутрь. Ядро командора драконьего корпуса горит три года и рвёт его изнутри. Целители бессильны. Я — нет. Но каждое гашение оставляет ожоги на моих руках.
Совет нашёл «решение»: истинная вязь.
Не свадьба. Не выбор. Магический контур навсегда — чтобы его сила не сожгла его до вылета к разлому.
Он не просил связывать меня.
Я не просила становиться инструментом академии.
Теперь мы в одной цепи: если он вспыхнет — плачу я. Если я откажусь — умрёт он.
И чем туже затягивают контур, тем яснее одно: цена вязки пишется не в протоколах.
Она пишется на коже.
Я попала в тело беглой послушницы проклятого культа, и теперь моё убежище — глухая деревня и дом старой травницы, где я вынуждена скрывать правду о себе, чтобы выжить, ведь для культа я враг, а для королевства — опасная преступница.
Но спокойная жизнь закончилась в тот день, когда старая травница упала замертво, и я осталась одна. Мне пришлось бежать снова, через лес, с охотником, который поклялся меня защищать. В город, где нас никто не знает.
Я думала, что всё позади. Но в мой дом приносят раненого королевского дознавателя, а в город входят жрицы проклятого культа, ведомые зовом опасного артефакта. Артефакта, спрятанного в моём сундуке.
Но спокойная жизнь закончилась в тот день, когда старая травница упала замертво, и я осталась одна. Мне пришлось бежать снова, через лес, с охотником, который поклялся меня защищать. В город, где нас никто не знает.
Я думала, что всё позади. Но в мой дом приносят раненого королевского дознавателя, а в город входят жрицы проклятого культа, ведомые зовом опасного артефакта. Артефакта, спрятанного в моём сундуке.
Два года назад я попала в чужой мир, а Дарья дала мне дом и стала единственной подругой. Умирая, она попросила исполнить последнюю волю: отвезти её пятилетнюю дочь к отцу-дракону.
Я рассчитывала передать письмо, убедиться, что Соня в безопасности, и уйти. Но появилась в доме Вельских прямо в день свадьбы — и поняла, что ребёнка здесь никто не ждал.
Теперь один дракон требует, чтобы мы исчезли, другой не позволяет нам уехать, а Соня всё крепче держит меня за руку.
В этом доме кто-то лжёт. И пока я не узнаю кто, я никому не отдам девочку, ставшую мне родной.
Я рассчитывала передать письмо, убедиться, что Соня в безопасности, и уйти. Но появилась в доме Вельских прямо в день свадьбы — и поняла, что ребёнка здесь никто не ждал.
Теперь один дракон требует, чтобы мы исчезли, другой не позволяет нам уехать, а Соня всё крепче держит меня за руку.
В этом доме кто-то лжёт. И пока я не узнаю кто, я никому не отдам девочку, ставшую мне родной.
Я провалилась сквозь старую витрину и оказалась в заброшенном Стекольном дворе, который город собирался закрыть навсегда.
Денег нет. Документов нет. Зато на складе находят счетное окно с клеймом мастерской, не работавшей семь лет. И именно это стекло утверждает, что здесь недавно велось производство.
Старший поверенный Арден Сольвей дает мне три дня, чтобы доказать обратное.
Проблема в том, что я почти ничего не знаю о местной магии. Зато пятнадцать лет работала со стеклом и хорошо знаю одну вещь: производство всегда оставляет следы.
Чем внимательнее я изучаю городские счетные окна, тем хуже становится картина. Они не просто ошибаются. Кто-то годами заставляет их лгать — и с помощью этих ошибок отнимает у людей мастерские, склады и лавки.
Теперь мне предстоит вернуть к жизни разоренный Стекольный двор, найти заказчиков, разобраться с чужими долгами и доказать городу, что его безупречная система построена на подделке.
Денег нет. Документов нет. Зато на складе находят счетное окно с клеймом мастерской, не работавшей семь лет. И именно это стекло утверждает, что здесь недавно велось производство.
Старший поверенный Арден Сольвей дает мне три дня, чтобы доказать обратное.
Проблема в том, что я почти ничего не знаю о местной магии. Зато пятнадцать лет работала со стеклом и хорошо знаю одну вещь: производство всегда оставляет следы.
Чем внимательнее я изучаю городские счетные окна, тем хуже становится картина. Они не просто ошибаются. Кто-то годами заставляет их лгать — и с помощью этих ошибок отнимает у людей мастерские, склады и лавки.
Теперь мне предстоит вернуть к жизни разоренный Стекольный двор, найти заказчиков, разобраться с чужими долгами и доказать городу, что его безупречная система построена на подделке.
Брошенная мужем дочь преступника должна была тихо угаснуть. Но на ее месте теперь я. Пусть муж грозит скандальным разводом, суровый постоялец смотрит свысока, а за душой ни гроша. Я построю новую жизнь. Из пряников. И не позволю ни бывшему, ни будущему встать у меня на пути!
~БⲈⲤПЛⲀⲦⲎⲞ ~Ректор академии ошибся, призвав вместо магического защитника - меня, обычную девушку-кассира из супермаркета.С первой секунды между нами вспыхнула... ненависть, да еще древняя магия связала против воли!
Теперь нам предстоит делать выбор. Чтобы выжить, суметь довериться. Чтобы освободиться - рискнуть всем.
Что же поддастся первым, древнее заклятие или ледяное сердце ректора?
ХЭ
Теперь нам предстоит делать выбор. Чтобы выжить, суметь довериться. Чтобы освободиться - рискнуть всем.
Что же поддастся первым, древнее заклятие или ледяное сердце ректора?
ХЭ
Попасть в прошлое легко.
Сложно — не влюбиться там навсегда.
Она — обычная девушка из XXI века, привыкшая к свободе, технологиям и быстрым решениям.
Он — мужчина XIX века, для которого честь и долг важнее собственной судьбы.
Они никогда не должны были встретиться.
Но один скачок во времени делает её гостьей эпохи, где любая ошибка — скандал, а любое чувство — испытание.
Теперь ей предстоит скрывать своё происхождение, учиться манерам, бороться с интригами и… постоянно сталкиваться с ним.
С тем, кто видит в ней не угрозу, а загадку.
С тем, кто влюбляется в её современный характер больше, чем может себе позволить.
Но чем дольше она живёт в прошлом, тем яснее понимает:
время не ошиблось. Оно привело её сюда за чем-то важным.
И чтобы вернуться домой, ей придётся сделать выбор, от которого зависит судьба двух сердец и двух эпох.
Сложно — не влюбиться там навсегда.
Она — обычная девушка из XXI века, привыкшая к свободе, технологиям и быстрым решениям.
Он — мужчина XIX века, для которого честь и долг важнее собственной судьбы.
Они никогда не должны были встретиться.
Но один скачок во времени делает её гостьей эпохи, где любая ошибка — скандал, а любое чувство — испытание.
Теперь ей предстоит скрывать своё происхождение, учиться манерам, бороться с интригами и… постоянно сталкиваться с ним.
С тем, кто видит в ней не угрозу, а загадку.
С тем, кто влюбляется в её современный характер больше, чем может себе позволить.
Но чем дольше она живёт в прошлом, тем яснее понимает:
время не ошиблось. Оно привело её сюда за чем-то важным.
И чтобы вернуться домой, ей придётся сделать выбор, от которого зависит судьба двух сердец и двух эпох.
Шесть дней назад я жила в своем мире и управляла тепличным производством. Теперь у меня несколько монет, чужой северный город и один очень плохой жизненный выбор.
На городском аукционе я купила за серебряную монету право управлять комплексом «Семь стекол». Семь огромных теплиц почти даром. Звучит как удача?
До тех пор, пока я не читаю приложение к договору.
Через шестьдесят три дня должны работать минимум шесть теплиц. Иначе комплекс закроют, постройки разберут, а землю отдадут под другие нужды.
Проблема в том, что сейчас не работает ни одна.
Отопление разобрано, старые договоры противоречат друг другу, денег почти нет, на часть оборудования претендуют сразу несколько владельцев, а седьмая теплица заперта много лет.
Но я семнадцать лет работала с теплицами. Я умею считать расходы, находить потери и приводить в порядок хозяйство, которое другие уже списали.
Вот только Риальд живет по своим правилам. И мне придется научиться им быстрее, чем наступит северная зима.
На городском аукционе я купила за серебряную монету право управлять комплексом «Семь стекол». Семь огромных теплиц почти даром. Звучит как удача?
До тех пор, пока я не читаю приложение к договору.
Через шестьдесят три дня должны работать минимум шесть теплиц. Иначе комплекс закроют, постройки разберут, а землю отдадут под другие нужды.
Проблема в том, что сейчас не работает ни одна.
Отопление разобрано, старые договоры противоречат друг другу, денег почти нет, на часть оборудования претендуют сразу несколько владельцев, а седьмая теплица заперта много лет.
Но я семнадцать лет работала с теплицами. Я умею считать расходы, находить потери и приводить в порядок хозяйство, которое другие уже списали.
Вот только Риальд живет по своим правилам. И мне придется научиться им быстрее, чем наступит северная зима.
– Твой папаша сдох, не выплатив долг, но я выбью деньги с тебя! Если хочешь, чтобы твои проклятые братья выжили, принесёшь мне две тысячи золотых до новолуния, – рычал злой человек, замахиваясь, чтобы в очередной раз ударить.
Я попала в чужой мир и сразу в такие неприятности! Ладно! Где наша не пропадала?
Если не спасу братьев – умру, таким было условие обретения нового тела. Так что должность сиделки сурового генерала драконов не страшит меня. Пусть и говорят, что прежние сошли с ума или лишились жизни.
Чтобы не сгинуть окончательно, мне придется не только защитить братьев – тройняшек, но и выяснить, что стало причиной столь тяжелого заболевания генерала, чтобы спасти его. Даже если он сам этого не желает и постоянно угрожает убить меня.
Я попала в чужой мир и сразу в такие неприятности! Ладно! Где наша не пропадала?
Если не спасу братьев – умру, таким было условие обретения нового тела. Так что должность сиделки сурового генерала драконов не страшит меня. Пусть и говорят, что прежние сошли с ума или лишились жизни.
Чтобы не сгинуть окончательно, мне придется не только защитить братьев – тройняшек, но и выяснить, что стало причиной столь тяжелого заболевания генерала, чтобы спасти его. Даже если он сам этого не желает и постоянно угрожает убить меня.
Подборка книг
Выберите полку для книги