Подборка книг по тегу: "слоуберн"
– И долго ты планируешь по нему сохнуть? – подначивает меня подруга. – Ты просто обязана заговорить с ним сегодня. Если не получится, то ничего страшного не случится.
Но она ошибается. Случится. Ведь я влюблена в него уже полгода, а он даже не знает о моём существовании.
А потом случается то, чего я точно не ожидала.
– Привет, – произносит парень моей мечты, обращаясь ко мне. – Возможно, это прозвучит глупо, но… Поцелуй меня. Прямо сейчас.
Руслан Демидов – настоящий мажор. Красивый, богатый и привыкший получать всё по щелчку пальцев. Любая согласится быть с ним. Но из всего изобилия он выбирает меня. А дальше – договор. И одно главное условие – никаких чувств.
Но она ошибается. Случится. Ведь я влюблена в него уже полгода, а он даже не знает о моём существовании.
А потом случается то, чего я точно не ожидала.
– Привет, – произносит парень моей мечты, обращаясь ко мне. – Возможно, это прозвучит глупо, но… Поцелуй меня. Прямо сейчас.
Руслан Демидов – настоящий мажор. Красивый, богатый и привыкший получать всё по щелчку пальцев. Любая согласится быть с ним. Но из всего изобилия он выбирает меня. А дальше – договор. И одно главное условие – никаких чувств.
Брошенная мужем дочь преступника должна была тихо угаснуть. Но на ее месте теперь я. Пусть муж грозит скандальным разводом, суровый постоялец смотрит свысока, а за душой ни гроша. Я построю новую жизнь. Из пряников. И не позволю ни бывшему, ни будущему встать у меня на пути!
Я стала его женой, чтобы он мог оформить опеку над племянником.
Но я не справилась со своей ролью.
Слишком скованная. Слишком… настоящая.
Нас почти раскусили, и тогда он сказал, что притворства больше не будет.
Теперь нам придется доказать, что мы — семья.
Есть только один беспроигрышный вариант.
Он станет моим первым мужчиной, а цена этой сделки окажется выше, чем я могла представить.
Но я не справилась со своей ролью.
Слишком скованная. Слишком… настоящая.
Нас почти раскусили, и тогда он сказал, что притворства больше не будет.
Теперь нам придется доказать, что мы — семья.
Есть только один беспроигрышный вариант.
Он станет моим первым мужчиной, а цена этой сделки окажется выше, чем я могла представить.
Морвенна Торн привыкла выживать. В Академии Вельдорн, где правят магия и кровь, простолюдинка с окраины может рассчитывать только на свои руки и знания. Она синтезирует лучшие зелья, годами пробивает себе путь к архиву древних трактатов и не смотрит в сторону аристократов. Особенно в сторону Цириона Эктелиона — идеального, недосягаемого, опасного.
Но когда случайный взгляд открывает чужую тайну, Морвенна понимает: за безупречной улыбкой лучшего дуэлянта академии скрывается нечто тёмное. Что-то, что нельзя исцелить обычными зельями. И если она вмешается — потеряет всё: стипендию, репутацию... Возможно, даже жизнь.
Эктелион не привык, чтобы его разгадывали. Особенно — та, на кого он не привык тратить своё время.
Увидеть чужой тёмный секрет и выжить? Только если есть чем выжечь последствия.
Но когда случайный взгляд открывает чужую тайну, Морвенна понимает: за безупречной улыбкой лучшего дуэлянта академии скрывается нечто тёмное. Что-то, что нельзя исцелить обычными зельями. И если она вмешается — потеряет всё: стипендию, репутацию... Возможно, даже жизнь.
Эктелион не привык, чтобы его разгадывали. Особенно — та, на кого он не привык тратить своё время.
Увидеть чужой тёмный секрет и выжить? Только если есть чем выжечь последствия.
Я поступила в элитную академию по гранту. И в первый же день назвала самого опасного мажора курса «рыжим павлином».
Через неделю надела кольцо, которое оказалось древним артефактом его семьи.
Теперь оно не снимается. А вся академия уверена, что мы пара.
Он говорит, что это ошибка.
Но почему тогда его лис каждый раз выбирает меня быстрее, чем он успевает возразить?
И почему с каждым днём становится всё труднее понять, где заканчивается магия… и начинаются настоящие чувства?
Через неделю надела кольцо, которое оказалось древним артефактом его семьи.
Теперь оно не снимается. А вся академия уверена, что мы пара.
Он говорит, что это ошибка.
Но почему тогда его лис каждый раз выбирает меня быстрее, чем он успевает возразить?
И почему с каждым днём становится всё труднее понять, где заканчивается магия… и начинаются настоящие чувства?
Я хотела в отпуск, и жизнь мне его подарила. Правда, в очень интересном месте и совсем не такой, как я ожидала. И теперь я в этот отпуск уже совсем не хочу, но сразу вернуться обратно не выйдет. Сначала мне нужно передать мистический дар наследнику древнего рода, и это не так-то просто, как кажется на первый взгляд.
Но у меня есть помощники. Можно сказать, моя личная команда мечты: почти рыцарь в начищенных латах, оберегающий меня от невзгод, и загадочная девица с королевскими замашками.
С такой компанией меня точно ждёт успех. А если и не ждет… Что ж, у меня всегда есть мой рыцарь, готовый защищать меня любой ценой.
Вот только что будет, если эта цена окажется слишком высокой?
Но у меня есть помощники. Можно сказать, моя личная команда мечты: почти рыцарь в начищенных латах, оберегающий меня от невзгод, и загадочная девица с королевскими замашками.
С такой компанией меня точно ждёт успех. А если и не ждет… Что ж, у меня всегда есть мой рыцарь, готовый защищать меня любой ценой.
Вот только что будет, если эта цена окажется слишком высокой?
— Удобно? — осведомился он, запрыгивая сзади. Одной рукой он забрал у нее повод, вторую положил на луку седла рядом с ее бедром. Железные пальцы оказались в опасной близости от ее колена.
— Тесновато, — выдохнула она, чувствуя, как бешено колотится сердце. То ли от дерзости, то ли от запаха мужского пота и оружейной смазки, бьющего в ноздри. — Но тепло. Признайте, охотник, вам нравится держать еретичку на коленях. Это пикантно.
— Я держу доказательство своей профнепригодности, — отрезал он, сдавливая ее бедра своими, заставляя сидеть неподвижно. — Еще одно слово про Устав, и остаток пути ты проведешь поперек седла, привязанная вниз головой. Воздух прочистит тебе мозги.
— Попытка удушения пленника у вас тоже карается дисциплинарным взысканием, — промурлыкала она, намеренно расслабляясь и глубже откидываясь на него. — Придется писать сразу два рапорта. Или все-таки обойдемся без бумажек?
_________
Читайте также: https://litmarket.ru/books/institut-blagorodnyh-pokoynic
(другой мир)
— Тесновато, — выдохнула она, чувствуя, как бешено колотится сердце. То ли от дерзости, то ли от запаха мужского пота и оружейной смазки, бьющего в ноздри. — Но тепло. Признайте, охотник, вам нравится держать еретичку на коленях. Это пикантно.
— Я держу доказательство своей профнепригодности, — отрезал он, сдавливая ее бедра своими, заставляя сидеть неподвижно. — Еще одно слово про Устав, и остаток пути ты проведешь поперек седла, привязанная вниз головой. Воздух прочистит тебе мозги.
— Попытка удушения пленника у вас тоже карается дисциплинарным взысканием, — промурлыкала она, намеренно расслабляясь и глубже откидываясь на него. — Придется писать сразу два рапорта. Или все-таки обойдемся без бумажек?
_________
Читайте также: https://litmarket.ru/books/institut-blagorodnyh-pokoynic
(другой мир)
Это наказание и искупление одновременно. Луч света в темноте гаснет слишком быстро. Надежда уже не справляется, но кто останется рядом, чтобы идти со мной дальше? Смогу ли я кому-нибудь доверять? Даже самой себе? Каждый новый день усложняет наше непростое дело. И чем дальше мы движемся, тем больше отдаляемся от цели. Возможно ли вообще разгадать эту загадку? Но все не так плохо, когда рядом тот, кто тебя по-настоящему любит…
И как мне ее не трогать,если она так и просит об этом взглядом?Лис – хакер,на которых наложено негласное табу:без особого распоряжения не трогать.Слишком полезны, чтобы уничтожать. Слишком опасны, чтобы отпускать.
Я — просто боец силового отделения, привыкший брать цель быстро и жестко.
Но с ней все иначе: приказ держать дистанцию превращается в пытку. Потому что чувствую ее интерес ко мне так же отчетливо,как пульс под пальцами — еще до того, как прикоснусь.
Она умеет взламывать системы.
Я — ломать сопротивление.
Судьба снова сталкивает нас во время операции.И сейчас она — единственный шанс вывести группу. Холодная,дерзкая,слишком умная,чтобы бояться.
И слишком близкая,чтобы не почувствовать,как между нами искрит.
Кажется,единственный приказ,который дается мне по-настоящему трудно — держать руки при себе.И я уже давно сгораю от желания нарушить правило: не прикасаться.
Потому что она чувствует меня так же остро,как и я её.А взаимное притяжение становиться почти физической боль
Я — просто боец силового отделения, привыкший брать цель быстро и жестко.
Но с ней все иначе: приказ держать дистанцию превращается в пытку. Потому что чувствую ее интерес ко мне так же отчетливо,как пульс под пальцами — еще до того, как прикоснусь.
Она умеет взламывать системы.
Я — ломать сопротивление.
Судьба снова сталкивает нас во время операции.И сейчас она — единственный шанс вывести группу. Холодная,дерзкая,слишком умная,чтобы бояться.
И слишком близкая,чтобы не почувствовать,как между нами искрит.
Кажется,единственный приказ,который дается мне по-настоящему трудно — держать руки при себе.И я уже давно сгораю от желания нарушить правило: не прикасаться.
Потому что она чувствует меня так же остро,как и я её.А взаимное притяжение становиться почти физической боль
— Ты сволочь!
— Твой муж тебе изменил, а сволочь я? — Баха слегка вскинул брови, и в его голосе проскользнула едва заметная усмешка.
— Проваливай из моего дома.
Он не двинулся с места. Напротив, сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. В воздухе отчетливо пахнуло его парфюмом и дорогим виски — запахом, который всегда ассоциировался у меня с опасностью и чуждой, разгульной жизнью.
— А хочешь, я помогу тебе отомстить твоему мужу? — тихо спросил он.
Я опешила от такой наглости. Логика происходящего окончательно ускользала от меня.
— Как? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.
Баха мазнул коротким взглядом по измятым простыням, где еще минуту назад был Дамир. И снова посмотрел на меня.
— Твой муж тебе изменил, а сволочь я? — Баха слегка вскинул брови, и в его голосе проскользнула едва заметная усмешка.
— Проваливай из моего дома.
Он не двинулся с места. Напротив, сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. В воздухе отчетливо пахнуло его парфюмом и дорогим виски — запахом, который всегда ассоциировался у меня с опасностью и чуждой, разгульной жизнью.
— А хочешь, я помогу тебе отомстить твоему мужу? — тихо спросил он.
Я опешила от такой наглости. Логика происходящего окончательно ускользала от меня.
— Как? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.
Баха мазнул коротким взглядом по измятым простыням, где еще минуту назад был Дамир. И снова посмотрел на меня.
Выберите полку для книги