Книги в жанре «Ужасы» по тегу «zavershennye-knigi»
В Белозерске-на-Ярве зима умеет хранить тайны.
После смерти матери Василисе остаются странное обещание, запертый шкаф и вещь, которую нельзя показывать посторонним. Но горе постепенно отступает, в доме снова пахнет горячими пирогами, отец улыбается, а новая жизнь кажется почти счастливой.
Почти.
Потому что цветы покрываются инеем, ночами кто-то скребется за дверью, а из темного шкафа пробивается кроваво-красный свет.
Говорят, зло не всегда приходит с криком и странными шорохами...
Главное — понять это раньше, чем часы пробьют полночь.
После смерти матери Василисе остаются странное обещание, запертый шкаф и вещь, которую нельзя показывать посторонним. Но горе постепенно отступает, в доме снова пахнет горячими пирогами, отец улыбается, а новая жизнь кажется почти счастливой.
Почти.
Потому что цветы покрываются инеем, ночами кто-то скребется за дверью, а из темного шкафа пробивается кроваво-красный свет.
Говорят, зло не всегда приходит с криком и странными шорохами...
Главное — понять это раньше, чем часы пробьют полночь.
Чёрный полиэтиленовый пакет. Из него торчит лапа. Маленькая, серая, с розовыми подушечками. Я смотрю на неё, и мир сжимается до размеров этой картинки. Воздух застревает в горле. Грудь сдавливает. Я не могу сделать вдох. Мои руки дрожат, когда я набираю номер. Он отвечает после первого гудка.
— Инна, что случилось?
— Под дверью… — выдавливаю я.
— Там пакет. Чёрный пакет. И внутри… дохлая кошка.
— Я сейчас приеду, — говорит он. — Не выходи из квартиры. Закройся на все замки. Я буду через двадцать минут.
— Я так боюсь…
— Я знаю, любимая. Я рядом. Я всегда рядом. Я приеду.
Короткий гудок. Он отключился. Я опускаю телефон и смотрю на чёрный пакет. На мёртвую лапу, которая торчит из него. Кто-то знает, где я живу. Кто-то был здесь, пока я спала. Где-то наверху хлопает дверь. Я вздрагиваю. Я разворачиваюсь, дрожащими руками открываю дверь, вхожу в квартиру и захлопываю её за собой. Прислоняюсь спиной к холодному дереву и сползаю на пол...
— Инна, что случилось?
— Под дверью… — выдавливаю я.
— Там пакет. Чёрный пакет. И внутри… дохлая кошка.
— Я сейчас приеду, — говорит он. — Не выходи из квартиры. Закройся на все замки. Я буду через двадцать минут.
— Я так боюсь…
— Я знаю, любимая. Я рядом. Я всегда рядом. Я приеду.
Короткий гудок. Он отключился. Я опускаю телефон и смотрю на чёрный пакет. На мёртвую лапу, которая торчит из него. Кто-то знает, где я живу. Кто-то был здесь, пока я спала. Где-то наверху хлопает дверь. Я вздрагиваю. Я разворачиваюсь, дрожащими руками открываю дверь, вхожу в квартиру и захлопываю её за собой. Прислоняюсь спиной к холодному дереву и сползаю на пол...
За пищу и саму возможность жить, здесь приходится платить, выполнять свою грязную работу. И чем дольше длится это, тем труднее понять, где заканчивается человек и начинается нечто иное. Чем глубже погружаешься в теплую тьму, тем сильнее заполняешься этой тьмой.
Получив повышение, Максим оказывается в эпицентре грязной игры: его готовят к роли козла отпущения в коррупционном скандале. Единственный шанс спастись — войти в элитный круг тех, кто стоит над законом, ведь особый статус может открыть любые двери.
Вот только цена этого статуса измеряется далеко не деньгами.
Вот только цена этого статуса измеряется далеко не деньгами.
Добро пожаловать в Вихштейн — деревню, которой нет больше на картах. Когда-то здесь добывали сапфиры, пока шахта не загорелась, а половина поселка не ушла под землю вместе с жителями. Теперь это место оцеплено военными, вокруг — минное поле, и попасть сюда можно только по специальному разрешению.
Геммолог Эшли Вайт мечтала об этой экспедиции всю жизнь. Вместе с группой ученых она отправляется в Вихштейн, чтобы раскрыть тайну заброшенного месторождения. Но чем глубже они погружаются в историю деревни, тем яснее понимают: у всего есть цена.
Геммолог Эшли Вайт мечтала об этой экспедиции всю жизнь. Вместе с группой ученых она отправляется в Вихштейн, чтобы раскрыть тайну заброшенного месторождения. Но чем глубже они погружаются в историю деревни, тем яснее понимают: у всего есть цена.
НЕ ДЛЯ СЛАБОНЕРВНЫХ!
ИСТОРИЯ В СТИЛЕ ФИЛЬМОВ "Поворот не туда" и "У холмов есть глаза"
Пожилой водитель автобуса повредил в аварии дорогую иномарку и попал под немилость влиятельного бизнесмена, у которого в городе все схвачено. Мужчине нечего отобрать у бедного старика, кроме его миловидной дочери...
ИСТОРИЯ В СТИЛЕ ФИЛЬМОВ "Поворот не туда" и "У холмов есть глаза"
Пожилой водитель автобуса повредил в аварии дорогую иномарку и попал под немилость влиятельного бизнесмена, у которого в городе все схвачено. Мужчине нечего отобрать у бедного старика, кроме его миловидной дочери...
После жестокой резни, учиненной в 1957 году неизвестными людьми на территории престижного курорта «Кассиопея», его закрыли до окончания следствия. Преступников так и не нашли, а заброшенный курорт стал собственностью штата. Долгое время никто не решался выкупить его, опасаясь проклятия. Но спустя полвека «Кассиопея» снова распахнула двери для посетителей.
Стефани Бойл, мать-одиночка с двумя детьми, пользуясь выгодной акцией, решает провести на возродившемся курорте долгожданный отпуск. Семья наслаждается роскошью, не замечая странностей вокруг. Однажды старшая дочь Стефани сталкивается с необъяснимым и жутким явлением. Она начинает расследование, к которому присоединяются несколько подростков. Они понимают, что оказались здесь не случайно.
У «Кассиопеи» свои планы на счет отдыхающих.
Стефани Бойл, мать-одиночка с двумя детьми, пользуясь выгодной акцией, решает провести на возродившемся курорте долгожданный отпуск. Семья наслаждается роскошью, не замечая странностей вокруг. Однажды старшая дочь Стефани сталкивается с необъяснимым и жутким явлением. Она начинает расследование, к которому присоединяются несколько подростков. Они понимают, что оказались здесь не случайно.
У «Кассиопеи» свои планы на счет отдыхающих.
На углу 15-й линии и Большого проспекта Васильевского острова тату-мастер Анатолий по прозвищу Толик открывает салон «Чистая кожа». Его ремесло - перекрывать старые татуировки, шрамы и имена так, будто их никогда не было. У двери салона на коленях стоит старая женщина, красит губы перед мёртвым телефоном и смотрит в чёрный экран как в зеркало. Толик проходит мимо.
Через неделю начинает стираться уже он сам. Сначала сбоит имя, потом память других людей, потом тело. Клиенты, кассирша из соседнего магазина, случайный моряк с расплывшейся татуировкой, женщина, пришедшая перекрыть чужое имя, - все становятся частью тихого городского ужаса, в котором стирание следа превращается в приговор.
«Чистая кожа» - мрачный петербургский рассказ о тщеславии, телесной памяти, социальном исчезновении и цене желания сделать прошлое чистым.
Через неделю начинает стираться уже он сам. Сначала сбоит имя, потом память других людей, потом тело. Клиенты, кассирша из соседнего магазина, случайный моряк с расплывшейся татуировкой, женщина, пришедшая перекрыть чужое имя, - все становятся частью тихого городского ужаса, в котором стирание следа превращается в приговор.
«Чистая кожа» - мрачный петербургский рассказ о тщеславии, телесной памяти, социальном исчезновении и цене желания сделать прошлое чистым.
В городе плодятся слухи о жестоком серийном маньяке. Главный герой, живет с отцом и не верит в глупые россказни о убийце, пока некто неизвестный сам не постучался в дверь...
1812 год. По императорскому приказу французский гвардейский полк выступает в суровую сибирскую глушь, в таинственное местечко «Лисий Яр». Су-лейтенант Пьер де Ля-Ше, оторванный от дома и возлюбленной Мишель, ведёт хронику похода в личных письмах. Но привычный уклад военной жизни быстро рушится: ледяной климат, чужие земли и странные обычаи местных жителей становятся фоном для нарастающего напряжения.
Полностью завершенные книги
Выберите полку для книги