Практика доктора Ковалевой

Анна Ковалёва привыкла работать там, где ошибка стоит жизни. Реаниматолог с пятнадцатилетним стажем, она знает: между "жив" и "мёртв" — минуты и трезвая голова, а не молитвы.
Она умирает на операционном столе — своём собственном — и просыпается в чужом теле, в чужом мире, посреди операции, которую вот-вот превратят в убийство из милосердия.
Перед ней — генерал, которого лечат заклинаниями, зная, что он умрёт. Так удобнее тем, кто ждёт его должность. У неё — знания, которые здесь называют ересью, и клятва ученичества, по которой за его смерть ответит она сама. Не отставкой. Головой.