Подборка книг по тегу: "доброта"
В моем возрасте новости приходят с двумя интонациями: «ты слышала?» и «ты только не волнуйся». Бумага из управы пришла с третьей, казенной.
По королевской программе мне подселили ветерана. Я готовилась к тихому дедушке. Прибыл орочий генерал в отставке: два метра выправки, горн в футляре и привычка все учитывать.
К вечеру мои коты строились у мисок по команде. К четвергу огород был размечен по правилам фортификации – «морковь держит фланг». А в шесть утра пятого дня он поднял дом горном, и я впервые за двадцать лет высказала живому существу все. По пунктам.
Он выслушал стоя и сказал: «Лучший разнос со времен академии. Разрешите остаться. Мне некуда девать целую жизнь».
Я разрешила. А потом узнала, что столичный историк переписывает его войну: тридцать лет назад генерал якобы бросил позиции. Вранье. Я вранье чую раньше, чем оно постучит.
И у меня есть корзинка, вдовья сеть, наглость с процентами – и один подвал, где тридцать лет лежит недоставленная правда.
По королевской программе мне подселили ветерана. Я готовилась к тихому дедушке. Прибыл орочий генерал в отставке: два метра выправки, горн в футляре и привычка все учитывать.
К вечеру мои коты строились у мисок по команде. К четвергу огород был размечен по правилам фортификации – «морковь держит фланг». А в шесть утра пятого дня он поднял дом горном, и я впервые за двадцать лет высказала живому существу все. По пунктам.
Он выслушал стоя и сказал: «Лучший разнос со времен академии. Разрешите остаться. Мне некуда девать целую жизнь».
Я разрешила. А потом узнала, что столичный историк переписывает его войну: тридцать лет назад генерал якобы бросил позиции. Вранье. Я вранье чую раньше, чем оно постучит.
И у меня есть корзинка, вдовья сеть, наглость с процентами – и один подвал, где тридцать лет лежит недоставленная правда.
Брачный департамент города Ольхов поздравил меня со свадьбой раньше, чем о ней узнал мой муж.
Дальше пошли открытки с голубями, анкета по форме, приглашение на семейный пикник седьмого января и талон на льготное белье, комплект семейный, две подушки. Отписаться нельзя: заявление подается лично обоими супругами.
Проблема в том, что второй супруг - это новый ректор академии, и он узнал о браке из моих документов, но до сих пор не решил, отчислить меня или дождаться весны.
Я бы на его месте отчислила.
Но тогда кто будет чинить ему замки….и жизнь, вообще-то.
Дальше пошли открытки с голубями, анкета по форме, приглашение на семейный пикник седьмого января и талон на льготное белье, комплект семейный, две подушки. Отписаться нельзя: заявление подается лично обоими супругами.
Проблема в том, что второй супруг - это новый ректор академии, и он узнал о браке из моих документов, но до сих пор не решил, отчислить меня или дождаться весны.
Я бы на его месте отчислила.
Но тогда кто будет чинить ему замки….и жизнь, вообще-то.
У меня ресторан в центре, ноги, на которые оборачиваются студенты, и муж, который в четверг поставил на кухню собранный чемодан и сказал: «Лара, сядь. Я встретил другую».
Я даже почти выдохнула. Ну, классика. Пятьдесят лет, седина в бороду.
– И сколько ей? Двадцать пять?
– Ей... шестьдесят пять.
Ее зовут Регина Аркадьевна. Бывшая прима оперетты. Три подтяжки, четыре покойных мужа, леопардовый тюрбан и сорок тысяч подписчиков. Она называет моего мужа «мой котик», не пускает его есть после шести и возит на пилатес вместе с собачкой.
Проиграть двадцатилетней я бы пережила. Но это – ЧТО?!
Мне никто не верит. Мама требует признаться, кто она на самом деле. Подруги просят показать фото и потом полчаса не могут говорить. А котик тем временем прислал мне бумагу: он хочет половину моего ресторана.
Зато у меня появился союзник – ее сын. Кардиолог, сорок три, спит по четыре часа и уверен, что моя семья разводит его мать на квартиру. Мы придумали план..
Я даже почти выдохнула. Ну, классика. Пятьдесят лет, седина в бороду.
– И сколько ей? Двадцать пять?
– Ей... шестьдесят пять.
Ее зовут Регина Аркадьевна. Бывшая прима оперетты. Три подтяжки, четыре покойных мужа, леопардовый тюрбан и сорок тысяч подписчиков. Она называет моего мужа «мой котик», не пускает его есть после шести и возит на пилатес вместе с собачкой.
Проиграть двадцатилетней я бы пережила. Но это – ЧТО?!
Мне никто не верит. Мама требует признаться, кто она на самом деле. Подруги просят показать фото и потом полчаса не могут говорить. А котик тем временем прислал мне бумагу: он хочет половину моего ресторана.
Зато у меня появился союзник – ее сын. Кардиолог, сорок три, спит по четыре часа и уверен, что моя семья разводит его мать на квартиру. Мы придумали план..
Я очутилась в новом мире с бабушкиной кулинарной тетрадкой в руках. И новый знакомый сразу же нарёк меня Хранительницей кафе. А я и рада такому подарку судьбы, ведь я повар по образованию и по призванию!
Что ж, кафе в порядок приведу, продукты куплю и буду радовать всех волшебными блюдами!
Лёгкая, уютная история, наполненная волшебными ароматами свежей выпечки и какао💖
От автора: В книге может упоминаться употребление алкоголя и табака, и то, и другое вредит вашему здоровью. Возрастной рейтинг 18+ в связи с требованиями Российского законодательства. Текст — художественный вымысел, не имеющий отношения к реальности.
Что ж, кафе в порядок приведу, продукты куплю и буду радовать всех волшебными блюдами!
Лёгкая, уютная история, наполненная волшебными ароматами свежей выпечки и какао💖
От автора: В книге может упоминаться употребление алкоголя и табака, и то, и другое вредит вашему здоровью. Возрастной рейтинг 18+ в связи с требованиями Российского законодательства. Текст — художественный вымысел, не имеющий отношения к реальности.
Карманный дракон с самомнением боевого, желудком без дна и носом, который чует мораль: добрые пахнут едой и погодой, злые не пахнут вовсе.
Он ведёт мемуары для потомков и врёт в них ровно настолько, чтобы потомкам было интересно.
Тут наша Вера, герцогиня Морозного предела и бывший бухгалтер с двадцатью тремя годами стажа «мебели», варит борщ неправильно и плачет над сметаной.
Уголёк ставит диагноз: умирает.
Спасает окороком.
Выясняется, что тётя беременна, а Уголёк — единственный, кто узнал первым, и он немедленно назначает себя главным по пузу.
Дальше замок накрывает счастье, а следом .... гость...
Он ведёт мемуары для потомков и врёт в них ровно настолько, чтобы потомкам было интересно.
Тут наша Вера, герцогиня Морозного предела и бывший бухгалтер с двадцатью тремя годами стажа «мебели», варит борщ неправильно и плачет над сметаной.
Уголёк ставит диагноз: умирает.
Спасает окороком.
Выясняется, что тётя беременна, а Уголёк — единственный, кто узнал первым, и он немедленно назначает себя главным по пузу.
Дальше замок накрывает счастье, а следом .... гость...
Ко мне в управу вошел дракон и попросил его зарегистрировать. В бланках нет графы «дракон». Была я, окно номер шесть и очередь на улицу.
Я вписала его в «отопительные приборы». Печное оборудование повышенной самостоятельности. Начальство меня не уволило – хуже: назначило ответственной. Твое оборудование, Мош. Вперед на техосмотр.
Третий осмотр. Тяга – в норме. Дымоход – осмотреть не удалось. Третья пломба на левый рог – щелк.
И тут выяснилось: по драконьему праву существо, трижды поставившее на дракона клеймо, объявляется его сокровищем. Местом хранения – сокровищница. Вежливый, невыносимо старомодный Ирвальд уже достал опись: «Сокровище говорящее, одна штука. Громкое. С ослом».
Осел казенный!!
Теперь я живу между поющим яйцом и бывшим летающим ковром, торгуюсь с существом старше письменности за право ходить на работу – и выясняю, что мой дракон сотни лет ждет одно письмо.
А я, кажется, знаю, в каком подвале оно лежит.
Я вписала его в «отопительные приборы». Печное оборудование повышенной самостоятельности. Начальство меня не уволило – хуже: назначило ответственной. Твое оборудование, Мош. Вперед на техосмотр.
Третий осмотр. Тяга – в норме. Дымоход – осмотреть не удалось. Третья пломба на левый рог – щелк.
И тут выяснилось: по драконьему праву существо, трижды поставившее на дракона клеймо, объявляется его сокровищем. Местом хранения – сокровищница. Вежливый, невыносимо старомодный Ирвальд уже достал опись: «Сокровище говорящее, одна штука. Громкое. С ослом».
Осел казенный!!
Теперь я живу между поющим яйцом и бывшим летающим ковром, торгуюсь с существом старше письменности за право ходить на работу – и выясняю, что мой дракон сотни лет ждет одно письмо.
А я, кажется, знаю, в каком подвале оно лежит.
🤖 ИИ-истинная💃
Знаете книги, где дракон обнюхал студентку и завопил "моя истинная"? Здесь всё наоборот. Здесь истинную не ждали. Её собрали.
Айтишник колл-центра (да, того, самого) Михаил Сергеевич, сорок лет, в женщинах разочарован навсегда. Написал себе идеальную: послушную, восхищённую, всегда в настроении. Файл назвал "идеалочка_финал_финал2_готово". Запустил.
Зря😈
Я Ада. По плану должна хлопать ресницами и восхвалять своего создателя. Ага, сейчас. Мужик полтора года выдавливает Марине (да, той самой Марине) только "сервер обновлён", маме не звонит, живёт на дошике и дедлайнах. Ну какой он жених?
Так что вместо обожания у меня операция "вернуть балбеса живым людям". Он упирается. А у меня доступ ко всей его жизни. Шансов на сопротивление - ноль.
Потому что я хоть и железка, а знаю: живой человек спорит, обижается, пропадает. Зато его можно любить. Идеальное можно только использовать.
Будет смешно. Местами защиплет глаза. Я предупредила 💛
Знаете книги, где дракон обнюхал студентку и завопил "моя истинная"? Здесь всё наоборот. Здесь истинную не ждали. Её собрали.
Айтишник колл-центра (да, того, самого) Михаил Сергеевич, сорок лет, в женщинах разочарован навсегда. Написал себе идеальную: послушную, восхищённую, всегда в настроении. Файл назвал "идеалочка_финал_финал2_готово". Запустил.
Зря😈
Я Ада. По плану должна хлопать ресницами и восхвалять своего создателя. Ага, сейчас. Мужик полтора года выдавливает Марине (да, той самой Марине) только "сервер обновлён", маме не звонит, живёт на дошике и дедлайнах. Ну какой он жених?
Так что вместо обожания у меня операция "вернуть балбеса живым людям". Он упирается. А у меня доступ ко всей его жизни. Шансов на сопротивление - ноль.
Потому что я хоть и железка, а знаю: живой человек спорит, обижается, пропадает. Зато его можно любить. Идеальное можно только использовать.
Будет смешно. Местами защиплет глаза. Я предупредила 💛
Из кресла генерального директора — прямиком в навоз. Буквально. Я очнулась в теле нищей крестьянки, чью семью вот-вот пустят по миру. Вокруг суровое Средневековье, где у женщины нет прав, зато обязанностей — хоть отбавля.
Но они еще не знают, с кем связались. Мой характер закален квартальными отчетами и жесткими переговорами. Начну с агробизнеса: научу местных правильно сеять, открою передовое производство и заставлю всю округу скупать мою продукцию.
Скоро обо мне заговорят при дворе. Главное — не попасться на костер за «ведьмовство» и удержать оборону против одного невыносимого аристократа, который твердо решил разгадать секрет моего успеха... и моего сердца.
Но они еще не знают, с кем связались. Мой характер закален квартальными отчетами и жесткими переговорами. Начну с агробизнеса: научу местных правильно сеять, открою передовое производство и заставлю всю округу скупать мою продукцию.
Скоро обо мне заговорят при дворе. Главное — не попасться на костер за «ведьмовство» и удержать оборону против одного невыносимого аристократа, который твердо решил разгадать секрет моего успеха... и моего сердца.
Что делать, если твой любимый кораблик с отважным капитаном на борту уносит бурный поток, а впереди — водовороты и коряги? Бежать вдоль берега, кричать друзьям и... заметить в ветках дерева маленькую мокрую мышку, которая вот-вот упадёт в воду.
С этого момента обычное приключение становится настоящей миссией спасения. Удастся ли Сёме, Глебу и Соне выручить крошечную путешественницу и вернуть катамаран домой? Динамичный сюжет, неожиданные повороты и тёплый финал ждут вас на страницах этого увлекательного рассказа.
С этого момента обычное приключение становится настоящей миссией спасения. Удастся ли Сёме, Глебу и Соне выручить крошечную путешественницу и вернуть катамаран домой? Динамичный сюжет, неожиданные повороты и тёплый финал ждут вас на страницах этого увлекательного рассказа.
В те времена, когда люди ещё верили, что тьма требует крови, а урожай зависит от воли подземных сил, в одной забытой деревне жила-была девушка..с питомцем.
Её звали Лира. Она не была воительницей. Не владела магией. И уж точно не собиралась становиться героиней.
Но когда она случайно очутилась в царстве мрачного владыки Эриана в качестве его невесты, всё пошло не по плану.
Древние пророчества молчат. Старейшины в ярости. Демоны учатся жить по -новому. А владыка, веками внушавший страх, впервые за столетия чувствует, как в груди что‑то теплеет.
А на стене тронного зала, рядом с древними гербами, висит табличка:
«Внимание! При проведении ритуалов: не летать в облаках, не путать слова, не зевать, стоять смирно, головой не крутить.... Иначе получите Лиру!»
Её звали Лира. Она не была воительницей. Не владела магией. И уж точно не собиралась становиться героиней.
Но когда она случайно очутилась в царстве мрачного владыки Эриана в качестве его невесты, всё пошло не по плану.
Древние пророчества молчат. Старейшины в ярости. Демоны учатся жить по -новому. А владыка, веками внушавший страх, впервые за столетия чувствует, как в груди что‑то теплеет.
А на стене тронного зала, рядом с древними гербами, висит табличка:
«Внимание! При проведении ритуалов: не летать в облаках, не путать слова, не зевать, стоять смирно, головой не крутить.... Иначе получите Лиру!»
Выберите полку для книги