Книги в жанре «Приключения» по тегу «zavershennye-knigi»

– Звони Дикену. Звони и вызывай сюда. - Сверкнул глазами Бастер.
– Под каким предлогом? Есть захотелось? Я ему не жена, чтобы прибегать по первому зову!
– Зво-ни. – Тихо отчеканил Бастер.
– Ну ладно. – Я набрала номер, но короткие гудки оповестили о неудавшейся затее. – Амба. В горах он, в горах!...

Лазурные воды Атлантики, еще недавно ласково плескавшиеся о борта
«Морской Девы», теперь вздымались черными, угрожающими валами. Небо,
минуту назад синее и безоблачное, налилось свинцовой тяжестью, предвещая
нечто ужасное. Капитан Джексон, или просто Джек, как его звали на корабле,
стоял на мостике, вглядываясь в горизонт. Его обветренное лицо, изрезанное
морщинами, отражало беспокойство. Он видел немало штормов за свою долгую
морскую карьеру, но этот… этот был другим. В воздухе витало предчувствие
беды, холодное и липкое, проникающее до самых костей.

Последний из романов, написанных в соавторстве с Еленой Юрьевной Раскиной (1975-2020). Посвящаю Ее доброй и вечной памяти.
Исторический роман из истории последних лет правления Анны Иоанновны и краткого трагического пребывания на престоле младенца Иоанна Антоновича. Дворцовые интриги и перевороты, жестокие увеселения императорского двора и Русско-турецкая война 1735—1739. На страницах романа Вы встретите Анну Иоанновну и Бирона, Елизавету Петровну и Анну Леопольдовну, незаслуженно забытого военного героя Антона Ульриха Брауншвейгского и фельдмаршала Миниха, поэта Василия Тредиаковского, князя-шута Михайлу Голицина и... даже того самого барона Мюнхгаузена! Борьба за власть и война, любовь и измена, благородство и низость. И, конечно, коллективный портрет русского человека первой трети XVIII века - эпохи всесильных временщиков.

Альтернативная история, Крестовые походы, динозавры, орден госпитальеров, взятие Иерусалима, в атаку и рыцарские шпоры

Продолжение дилогии "Гонщик"
Чувства - они такие чувства! На производственный процесс действуют строго негативно. Но не всегда. Главное - научиться отличать настоящие от фальшивых, и тогда возможен взлёт даже без крыльев.

Август 2010 года, в лагерь «Зарница» приехала третья смена. Ребятам и их вожатым предстоит пережить многое – будут и смешные, и страшные случаи. А меж тем в окрестностях начинают гореть леса, и огонь подступает всё ближе к лагерю.

Шариковая ручка моя со скрипом бегала по листку бумаги, пока седая, девяностопятилетняя бабуля, плотно стиснув губы и опираясь на деревянную трость с вытертой до блеска рукоятью, терпеливо ожидала долгожданного рецепта. Зоя Ивановна была нашей местной легендой: в четырнадцать лет убежала на фронт, прибавив себе три года. Морпех, орденоносец.
- Зоя Ивановна, почему вы к ревматологу-то не пошли? Вы же знаете я терапевт!
- Знаю я что ты терапевт! - ловко подхватывая исписанную мной бумажку нахмурилась ветеран, - Только ревматолог ваш, этот Эгим… Эгем.. берде…берды… Тьфу, ты господи, дал же бог фамилию!
- Эгембердиев, Зоя Ивановна. Алтынбек Джолдошович! Отличный врач. Зря вы так.

Книга «Зверятинск» — это как уютное одеяло перед сном, как горячий чай с пирожком, как крепкие объятия. Это мир, в который хочется возвращаться снова и снова, потому что здесь всегда ждут, всегда любят и всегда верят, что даже самый маленький малыш может совершить большое доброе дело.

Для детей 3–7 лет и их родителей, которые не разучились верить в чудеса.

Автор: Дмитрий Тропинский
Иллюстрации: воображение и доброе сердце каждого читателя.

В детстве Майя считала это всего лишь легендой: где-то в астраханских степях спрятаны золотые кони хана Бату, а место их захоронения проклято. Но, годы спустя, она решает проверить миф и находит нечто большее, чем сокровище. Древнее заклятие всё ещё действует. И теперь Майя — часть пророчества, которое должно сбыться в 2027 году. Вопрос только один: успеет ли она остановить проклятие или станет его частью?

Каждая история живет благодаря читателям 💫
Поддержите книгу лайком и поделитесь впечатлением в комментариях.

Все речи давно были произнесены, все слова были сказаны. Хирд, то что от него осталось, каждый гном, был погружён в собственные тяжёлые, безрадостные думы. Но не мысли о смерти печалили клановцев, этого добра в весёлых сражениях гномов Красных утёсов никогда вдоволь не было. Мысли отравляло беспокойство о любимых и близких.