Книги в жанре «Бояр-аниме» по тегу «luchshee»

Меня позвал к себе самый страшный человек столицы.

Только он не знает некоторых вещей. Я – сын того, кого он свёл в могилу.

Я вижу людей насквозь, до последней тайны, которую они прячут даже от себя. И что у меня в груди то, за что таких, как я – жгут без суда.

Я вошёл в его дом с поклоном и улыбкой. Не гостем – хирург заходит внутрь, чтобы вскрыть.

Столица думает, что приручила ещё одного мальчишку из глуши.

Столица ошибается.

Я никогда не хотела жить другой жизнью.
Но это случилось.
Я никогда не хотела умирать.
Но меня убили.
Я никому не желала служить!
Но меня заставили...
Думаете, на этом всё закончилось? О, нет! Всё только начинается!

За всё платят. Это я понял ещё в той жизни, у стола: спас одного – не успел к другому.
Только здесь цена будет ещё выше.

Я поднялся выше, чем смел мечтать списанный бездарь. Стою у самого горла врага, держу в кулаке чужие тайны и чужие сердца.
Вот только за каждую ступень я плачу собой. А тех, кого тащу за собой, война считает уже не поштучно.
Меня учили: хирург режет, чтобы спасти.

Пришла пора узнать, сколько я готов отрезать. И от кого.

Финал цикла. История завершается.
Впервые за три года Глеб выспался. Мёртвая нога не разбудила его под утро, в груди ничего не скулит, и он ловит себя на том, что по этому поводу не чувствует ровно ничего.

Это не выздоровление. Это счёт, который ему выставили: он отдал последнее живое, что в нём оставалось, и стал наконец тем, кого из него двенадцать лет растили — пустым и очень сильным.

Земля уходит по суду, а вместе с землёй ломается ключ, ради которого его берегли. В доме сидит человек, который восемнадцать лет назад отпер ворота его убитым отцу и матери. За воротами — те, у кого не идёт пар изо рта, и правда про них хуже, чем всё, что он о них думал.

А под полом дышит Источник, и Дверь в старице открывают изнутри.

Он дойдёт. Он всегда доходит. Вопрос только в том, останется ли к концу этой дороги кто-нибудь, кто сумеет отличить его голос от чужого — и скажет ему «это ты», когда он сам уже не разберёт.

Майор инженерных войск Алексей Вершинин погиб при разминировании. Проснулся в теле девятнадцатилетнего барона, чей отец казнён за измену, земли конфискованы, а в наследство остались лишь разваливающийся замок на скале, двести голодных крестьян и четырнадцать дней до того, как сосед-граф заберёт всё.

В этом мире два процента людей способны «резонировать» с материей — чувствовать структуру стали, камня, дерева. Барон Алекс по всем записям бездарен. Но майор Вершинин знает металлургию, военную инженерию и то, как из ничего построить производственную цепочку. А Резонанс, проснувшийся в чужом теле, превращает его знания в то, чего здесь ещё не видели.

Никаких систем, уровней и чит-кодов. Только сталь, огонь, расчёт и упрямство человека, который привык решать невыполнимые задачи.

От первой плавки в развалившейся кузне — до нарезных стволов, горных пушек и полка, который остановит вторжение. От опального барона — до того, кого империя назовёт графом.

Первая книга цикла.

Дэлия. Послушник Тысячеэтажного Дома

В мире, где магия рун переплетается с древней силой крови, начинается история Артура. Принятый в загадочный Тысячеэтажный Дом в качестве послушника, он должен обуздать опасный дар, который рвется наружу. Его клан возглавляет Дэлия-женщина-маг,оборотень.Одна половина её души принадлежит миру людей, другая — яростному зверю. Когда руны на броне вспыхивают голубым огнем, ее руки превращаются в когтистые лапы. Артуру придется научиться у нее всему или погибнуть в доме с тысячью этажей и миллионом порталов в иные миры....

Погрузитесь в захватывающий роман в жанре «Бояриниме», полный тайн, магии и клановых интриг.

Алексей Воронцов принят в Академию благородных родов, но враги не дремлют. Здесь ему предстоит не только постигать науку войны, но и завоевать сердце новой героини — целительницы. Первый поход в Дикие Земли принесёт славу, но столкнёт с вождём Хааром. Зимний бал станет ареной открытого вызова клану Толмачевых. Чёрное знамя Воронова взметнётся над столицей.

Первая книга: Уголь. Бастардка Дома Северцевых
Меня вписали в книгу империи на семьсот сорок первый лист. Я гордилась одной строкой в этой записи: не более одного в седмицу. Я выторговала её себе в защиту.

В столице мне объяснили, что теперь эту седмицу назначают они.

Раз в неделю приходит бумага, и в ней стоит имя. Не тот, кому хуже всех: в этом городе тысячи людей с порванным Даром стоят в очередях и пишут прошения. Мне назначают тех, кто полезнее всех. Человека, при котором говорят лишнее. Дом, в котором ничего не портится. Человека, которому верят на слово.

Меня не покупают и не пугают. Мною собирают набор, и плачу за него я.

А в четвёртой бумаге стоит имя женщины, которую я уже держала за руки однажды. И с декабря всё, за что я берусь во второй раз, ломается насмерть.

Зима 1227 года. Алексей Воронцов возвращается в поместье, чтобы собрать частную армию. Толмачев готовит удар, и время играет против него. Диверсии, засады, ночные вылазки — и в центре всего Варвара, чьи руки творят оружие, а тело становится наградой. Война — это не только поле боя, но и женские бёдра, сжатые в темноте оружейной мастерской.

И сказано было в древних летописях: когда Глуаровый камень покинул императорскую корону, раскололся мир надвое - на тех, кто горит, и тех, кто гасит пламя чужое телом своим.
И вовеки не сойтись огню с водою, ибо там, где они сходятся - рождается пар, застилающий разум. Но однажды, в час, когда луна оденется в кровь, явится тот, в ком оба пламени сплелись воедино. И содрогнутся троны. И падут те, кто считал себя вечными. И сам государь преклонит колени - не перед силой, но перед той, что эту силу носит под сердцем...

«Сказание о безлунных», апокриф, список сожжён в царствование Елизаветы Петровны