Книги в жанре «Психологическая драма» по тегу «besplatnie»

Повесть о сладострастии и о смерти.

"Императору нездоровится,
То испарина, то озноб в ночи,
Выступает из жил сукровица,
Сердце ёкает, хлоп да хлоп врачи.
Говорят, побежден патогенный штамм.
Но о чем они шепчут с первым министром там?"
Ростислав Чебыкин

Почему кому-то всё, а кому-то ничего? В этом романе поднят не только этот вопрос по мимо основной сюжетной линии. Преступления просто так не случаются, маньяками просто так не становятся. Всегда есть причина, за которую нужно будет заплатить. За всё нужно платить.
Ученик девятого класса Сашка Отходников хорошо учится, никого не обижает, но его одноклассник Серёжа его просто ненавидит. И настраивает весь класс против него, к чему это всё приведёт? И многое другое вы узнаете прочитав этот роман.

Если вы спрашиваете, убил ли я доктора Штраусса — да. За что? Взгляните на меня — и вы получите ответ.

Они вернулись из ада, из плена у пиратов, они пытаются жить, как обычные люди. Но огромный город не ждет гостей, ему все равно, сколько кто пережил страданий. И что делать? Служить друг другу вечным напоминанием о драме двух искалеченных жизней? Расстаться? Или попытаться найти иной путь?

Что делать, если школа превратилась для тебя в филиал ада, одноклассники - в садистов, а из телефона настойчиво предлагает помощь потустороннее нечто - спаситель или демон?

"Цветы ненависти" - драма страстей в девяти сценах. Действующих лиц - 3 (две девушки и один мужчина).
Место действия: квартира Софи и Леона. Всюду по сцене разбросаны листы бумаги. Слева стоит стол – на нем несколько ваз с цветами, несколько свеч в подсвечниках, спички, столовые приборы – ножи, вилки, ложки и т.д. – это кухня. В центре сцены пусто – это коридор. Справа – кровать - спальня. Всюду цветы.

"Мысль, заполоняющая все её существо, поднимала настоящий восторг из самых глубин, восторг, неведомый ей до этого момента. Конечно же, для того, чтобы обзавестись семьёй вовсе не обязательно выходить замуж, не обязательно рожать! Наверно, подобный восторг испытывают женщины, узнав о своей беременности. У Елены Сергеевны же осознание своего грядущего материнства произошло здесь, в этом зале. После этого вечера-то всё и началось".

"На кухне было светлее, чем в прихожей — лампа дневного освещения до мельчайших подробностей беспощадно осветила Полину фигуру. Стала заметна её болезненная худоба. Тонкие, но жилистые руки, обнаженные ниже предплечья, были бледны до желтизны, отчего почти незаметны были уже сходящие синяки, кое-где отдельными пятнами, а кое-где полукружиями поднимающиеся от запястий. Поле было всего двадцать восемь лет, но на вид ей можно было дать и сорок. Осунувшееся, вечно не то встревоженное, не то испуганное лицо. Запавшие в глубокие бессонные круги глаза смотрели исподлобья, затравленно и почти умоляюще, но на самом их дне сияла тихая кротость и смирение.".

Всего лишь неделя из жизни девушки, из целых семнадцати лет, однако насыщенная грустью и радостью, проблемами и переживаниями, вопросами и ответами, запомнившимися надолго впечатлениями; такой отрезок, который, выйдя из колеи обыденности, ярче всего отпечатался в молодой и впечатлительной голове героини, желающей жить.

"Она шла, растворенная в этом спокойствии, глядя под ноги, на асфальт, погребённый под плотным слоем хрустящих жёлто-бурых листьев. В голове почти не осталось мыслей, а те, что были, воспринимались не как собственные, а как мысли постороннего человека. Она словно смотрела на себя и свою жизнь со стороны. Первая мысль была как раз о том, как это удивительно, что, наверное, единственный вид кратковременного спокойствия можно заполучить исключительно случайно, благодаря стечению обстоятельств — вот как сейчас совпали и погодные условия, и выставка, на которой они побывали, и сашино ненавязчивое присутствие, и даже колокола. И уже на фоне этой первой мысли плавали другие".