— Так, — прошептал он, наклоняясь так, что его губы почти касались моего уха. — Давай проясним раз и навсегда, птичка. Ты — здесь. По моей воле. Каждую дверь, которую ты видишь открытой, я открываю специально. Чтобы посмотреть, что ты будешь делать. Куда побежишь. Как будешь искать выход. Это — игра. Моя игра. И правила в ней устанавливаю я.
Его лицо было в сантиметрах от моего.
— Ты не гостья. Не клиентка клуба. Ты — лот, который я украл. Пока что неудобный, непослушный и… — он окинул меня ещё одним ледяным взглядом, — …одетый, как провинциальная библиотекарша. Это оскорбление. А теперь встань и иди за мной.
— Нет, — выдохнула я. Слово вырвалось само, тихое, но чёткое. Последний бастион.
Он замер. И вдруг улыбнулся. Это была самая страшная улыбка, которую я видела в жизни. Холодная, без единой искорки тепла.
— «Нет», — повторил он за мной, растягивая слово. — Отлично. Очень хорошо. Значит, в тебе ещё что-то есть. Жаль, что направлено не туда.