Книги в жанре «Мистический триллер»
Из огня да в полымя. А когда было по-другому? Каждый раз отправляясь на задание, он оказывается в самой гуще событий. А между делом умудряется влезть куда-нибудь ещё.
Что это – пророчество, предупреждение или всего лишь шутка туристов?
Что это – пророчество, предупреждение или всего лишь шутка туристов?
Смысл жизни у тяжело больных людей строится на их последнюю надежду — это родной человек. несмотря на то что это даже не родитель, а сосед по палате, который с радостью делится своей жизнью с главным героем . но когда наступает ночь, то его диагноз выходит на новый уровень, что рушит его жизнь полностью.
Уицраоры противоборствующих цивилизаций борются за судьбы мира, прорывая тонкую ткань реальности. Через цифровую матрицу они манипулируют сознанием, играя народами как пешками. Но судьбы империй могут зависеть от воли маленького человека. Простому питерскому парню Саше предстоит сделать роковой выбор. А это сложно в мире, в котором любовь, политика и древние тайны переплетены неразрывно.
Озеро, укрытое вечным туманом, всегда казалось чужим.
И однажды из его глубин поднялось то, чего никто не ждал.
Икона с мёртвым ликом - находка, что принесла с собой не удачу, а страх.
С тех пор в деревне стали тише говорить по вечерам и чаще креститься, проходя мимо чужого дома.
И однажды из его глубин поднялось то, чего никто не ждал.
Икона с мёртвым ликом - находка, что принесла с собой не удачу, а страх.
С тех пор в деревне стали тише говорить по вечерам и чаще креститься, проходя мимо чужого дома.
Психолог Анастасия Лужайкина привыкла замечать, что люди прячут за правильными словами. На открытой лекции о природе зла она задает профессору один вопрос: зачем ему так важно, чтобы у зла был источник? В тот же вечер он приглашает ее в лабораторию. Научная демонстрация заканчивается исчезновением человека, а уже на следующий день Анастасия начинает видеть то, чего не должно существовать. Потом страх находит ее первым.
Она приходит в себя в мире Куба — мире камня, цепей и старого порядка, где жестокость называют необходимостью, а спасение слишком часто оказывается еще одной формой власти. Вернуться домой можно. По крайней мере, так говорят легенды. Но каждый, кто обещает Анастасии выход, сначала пытается решить, кем она должна быть: жертвой, спасаемой, материалом или доказательством чужой правоты. Что страшнее — мир, который хочет тебя сломать, или человек, уверенный, что имеет право тебя спасти?
Она приходит в себя в мире Куба — мире камня, цепей и старого порядка, где жестокость называют необходимостью, а спасение слишком часто оказывается еще одной формой власти. Вернуться домой можно. По крайней мере, так говорят легенды. Но каждый, кто обещает Анастасии выход, сначала пытается решить, кем она должна быть: жертвой, спасаемой, материалом или доказательством чужой правоты. Что страшнее — мир, который хочет тебя сломать, или человек, уверенный, что имеет право тебя спасти?
"Эту историю я записал лишь потому, что молчать о ней оказалось страшнее.
Я не прошу верить ни единому слову. Более того, искренне надеюсь, что однажды вы решите, будто все написанное здесь было лишь плодом больного воображения.
Потому что если хотя бы малая часть этого рассказа окажется правдой, значит, по ночам над Волгой до сих пор горят огни, которым никто не должен отвечать взглядом"
Я не прошу верить ни единому слову. Более того, искренне надеюсь, что однажды вы решите, будто все написанное здесь было лишь плодом больного воображения.
Потому что если хотя бы малая часть этого рассказа окажется правдой, значит, по ночам над Волгой до сих пор горят огни, которым никто не должен отвечать взглядом"
Выберите полку для книги