— Вы ненавидите меня только из-за фамилии?
Мой голос звучит тише, чем я хотела.
— Ненавижу всё, что вы олицетворяете, — говорит он, и его голос — это скрежет по гравию. — Фальшь. Позолоту. — Он делает затяжку, глаза сужаются. — И хлипкие стены, в которых люди сгорают заживо.
Каждое слово — удар. «Хлипкие стены» — это те самые новостройки её отца. Крики, которых она не слышала. Запах гари, который никогда не доносился до их утеплённых окон.
— Вы ничего обо мне не знаете, — говорю я, и в голосе звенит металл.
— Знаю достаточно, — произносит он на выдохе. — Вы здесь. В этом платье. С этой фамилией. Вы — часть системы, которая убивает моих людей. Остальное — детали.