Подборка книг по тегу: "аристократия"
Гибель империи всё ближе. Моё вмешательство меняет историю, но слишком медленно. Демоны внедрились во все слои общества и даже вмешиваются в политику. Чтобы найти зерно истины, я поступила в Школу имперцев вместо брата и нашла доказательство существования третьих сил.
Скрытые пеленой времени и предательством, они нашли свой путь в настоящее через меня. Моё тело меняется, обретая невообразимую мощь, но вместе с тем растёт и сомнение: действительно ли в прошлой войне были виноваты демоны? И что это за существо, слепо зовущее меня Матерью?..
Скрытые пеленой времени и предательством, они нашли свой путь в настоящее через меня. Моё тело меняется, обретая невообразимую мощь, но вместе с тем растёт и сомнение: действительно ли в прошлой войне были виноваты демоны? И что это за существо, слепо зовущее меня Матерью?..
Я смотрю в его глаза напротив и совершенно забываю перезарядить пистолет. Как я пришла к этому? Нет, не так. Как МЫ пришли к этому? Я разрушила ему жизнь, протекающую по заведённому порядку. Заставила убивать и приносить в жертву всех ради цели. Пообещала новый мир, совсем забыв про первый кирпич, заложенный кровавыми руками. И я ещё раз спрашиваю себя – как мы пришли к этому?
Он вкладывает мне в руку катану, и я утешаю себя, что все делала правильно.
Он вкладывает мне в руку катану, и я утешаю себя, что все делала правильно.
Кучер кэба думал, что везет домой подгулявшего джентльмена, но доставил его труп. Скорее всего, вдрызг пьяного мужчину отравил снотворным знакомый, покинув двуколку на полпути. Мельбурн смакует подробности сенсации: здесь давно не слышали о подобном. На скамье подсудимых – молодой представитель высшего света, вместе с убитым претендовавший на руку богатой наследницы. Казалось бы, исход ясен, следователь, представив железные доказательства, потирает руки в ожидании смертного приговора. Но к делу привлечен второй сыщик, привыкший ставить палки в колеса своему коллеге. Его версия стремительно обрастает столь же неоспоримыми уликами…
1825 год. Молодой граф Владимир Новосильцев — завидный жених, отличная партия для любой знатной и богатой невесты Петербурга и Москвы. Но предложение одной девушке он уже сделал. Вот только Екатерина Орлова, его мать, совершенно не рада такой самодеятельности.
Цикл:
перерождение в игре #2
(23)
Джей переродился в отоме-игре, в которую часто играла его сестра, и стал даже не второстепенным персонажем, а так… не более чем фоном. Увидев свое новое положение, ему ничего не оставалось, кроме как засучить рукава и заняться огородом. Он планировал заработать немного денег, получить титул и тихо жить. Но постепенно начали проявляться тайны мира, внезапно сменил его рейтинг и жанр.
Начали появляться монстры, гибнуть растения, умирать люди в городах от голода. Включился адский режим выживания.
И так получилось, что Джей оказался с этим связан. Давнее прошлое снова начало его преследовать.
Итак вот теперь в чем вопрос, был ли это мир отоме-игры или на самом деле что-то большее?
Начали появляться монстры, гибнуть растения, умирать люди в городах от голода. Включился адский режим выживания.
И так получилось, что Джей оказался с этим связан. Давнее прошлое снова начало его преследовать.
Итак вот теперь в чем вопрос, был ли это мир отоме-игры или на самом деле что-то большее?
Из князей — прямо в грязь. Ни магии, ни влияния, ни свободы. Меня ждет гибель на островах, где среди ледяных болот караулят жертву хищные твари. Кто я? Жена государственного преступника. Каторжанка. Семья от меня отказалась, муж считает предательницей, заговорщики — шпионкой. Меня убьют, не стоит и сомневаться.
Кто я? Пацанка, безотцовщина, миллионер, икона стиля, так чем меня хотят испугать? Я вырву зубами последний шанс, увижу выгоду в куче пепла, взойду на трон по головам. Плевать на семью, любовь, титул — мне нужна свобода, и мы в расчете.
Кто я? Пацанка, безотцовщина, миллионер, икона стиля, так чем меня хотят испугать? Я вырву зубами последний шанс, увижу выгоду в куче пепла, взойду на трон по головам. Плевать на семью, любовь, титул — мне нужна свобода, и мы в расчете.
Стоптанные, но крепкие ботинки ступали по мокрой брусчатке перепрыгивая через кучи лошадиного дерьма, огрызки яблок, комки намокшей обёрточной бумаги, раздавленную копытом мышь, сломанный гребешок и другой мусор оставшийся на улицах города после долгого, шумного дня.
Рассказ в эпистолярном стиле, повествующий об истории, случившейся после бала.
"2 января 1807 года.
Мне сложно начинать сие письмо, однако, если я не выскажу все те мысли, что неустанно обуревают меня днями и ночами, то, поверьте, мне нет смысла жить дальше..."
"2 января 1807 года.
Мне сложно начинать сие письмо, однако, если я не выскажу все те мысли, что неустанно обуревают меня днями и ночами, то, поверьте, мне нет смысла жить дальше..."
Рубелия умирает от руки своего возлюбленного. Ненависть мужа, потеря ребенка и несчастный брак. Все это остается в прошлом, когда Божество дает ей еще один шанс, возвращая на пять лет назад.
Кто-то выплёскивает своё горе наружу, стремясь поделиться им с окружающими, сделать немногим легче, другие держат всё внутри. Последние раньше вызывали у меня уважение. Вот только помочь как правило им уже не получается. Просто уже поздно…
Выберите полку для книги