Подборка книг по тегу: "духи"
На блошином рынке под дождём Аня находит старый именной медальон — и призрачного «квартиранта» в придачу.
На пороге Ани появляется Зоя — хладнокровный санинструктор из сороковых годов. Восемьдесят лет назад она пообещала умирающему парню передать его сестре слова прощения. Время не умеет прощать долги, и теперь Ане придётся поднять архивы, чтобы доставить затерявшееся в прошлом письмо. Но когда в старом аукционном каталоге всплывает то же таинственное имя, Аня понимает: эта встреча — далеко не совпадение. Клятва, которая ждала своего часа восемьдесят лет. Дойдёт ли послание до адресата?
На пороге Ани появляется Зоя — хладнокровный санинструктор из сороковых годов. Восемьдесят лет назад она пообещала умирающему парню передать его сестре слова прощения. Время не умеет прощать долги, и теперь Ане придётся поднять архивы, чтобы доставить затерявшееся в прошлом письмо. Но когда в старом аукционном каталоге всплывает то же таинственное имя, Аня понимает: эта встреча — далеко не совпадение. Клятва, которая ждала своего часа восемьдесят лет. Дойдёт ли послание до адресата?
Заброшенный цирк, чердак, пропахший пылью и гримом, — и деревянная крестовина марионетки с обрывками нитей, которая явно не собирается молчать. Феликс по прозвищу Крючок — обаятельный шулер и цирковой аферист — не столько меняет манеры Ани, сколько обостряет её чутьё на фальшь: отныне ни один лживый гуру, продающий «энергетические консультации» доверчивым однокурсникам, не пройдёт мимо незамеченным.
Но за лёгким, балаганным весельем Феликса скрывается вина, которую он тащил на себе почти сто лет: обманутая семья, непрощённый долг и старик, так и не оправившийся от разорения. Ане и её команде предстоит разоблачить современного шарлатана и вернуть долг чести, отданный слишком поздно — но лучше поздно, чем никогда.
Но за лёгким, балаганным весельем Феликса скрывается вина, которую он тащил на себе почти сто лет: обманутая семья, непрощённый долг и старик, так и не оправившийся от разорения. Ане и её команде предстоит разоблачить современного шарлатана и вернуть долг чести, отданный слишком поздно — но лучше поздно, чем никогда.
На этот раз дар не приходит голосом — только рваными, тревожными вспышками: дым, чей-то крик, оборванный провод в темноте. Клубок домотканой пряжи с костяной иглой несёт в себе не собеседника, а безмолвную, отчаянную немую — слепую девушку из позапрошлого века, которую вся деревня считала ведьмой, потому что не умела слушать иначе, чем словами.
Прасковью при жизни никто не стал слушать вовремя — и трагедия, которую она пыталась предотвратить, всё-таки случилась. Теперь у Ани есть считаные дни, чтобы отличить смутное предчувствие от паники, убедить скептически настроенных друзей — и успеть остановить пожар, который вот-вот повторится через сто с лишним лет, но уже в её собственном настоящем.
Самая тревожная и напряжённая книга цикла — о цене недоверия и о том, как много стоит один вовремя услышанный голос.
Прасковью при жизни никто не стал слушать вовремя — и трагедия, которую она пыталась предотвратить, всё-таки случилась. Теперь у Ани есть считаные дни, чтобы отличить смутное предчувствие от паники, убедить скептически настроенных друзей — и успеть остановить пожар, который вот-вот повторится через сто с лишним лет, но уже в её собственном настоящем.
Самая тревожная и напряжённая книга цикла — о цене недоверия и о том, как много стоит один вовремя услышанный голос.
Год приключений позади, девять судеб обрели покой, а впереди Аню и Макса ждали лишь выпускные экзамены. Но перстень с тёмным камнем из бабушкиной шкатулки оказывается не очередным гостем, а вековым кукловодом — в нём полтора века томилась коварная гадалка мадам Данкур, собиравшая чужие незавершённые судьбы, чтобы через Аню вытянуть из них силу для собственного воскрешения. Впервые чужая воля не просит, а требует, и девушке предстоит буквально сразиться за собственное тело и жизнь, противопоставив вековому расчёту единственное непредсказуемое оружие — настоящую, произнесённую вслух любовь.
Ярине в наследство досталась Избушка на курьих ножках. Вместе с ней служба, от которой нельзя отказаться.
Избушка стоит на границе Яви и Нави и служит последним постоялым двором для усопших: каждую ночь сюда приходят души, ещё не готовые отправиться дальше. Вместе с хвастливым котом Баюном и угрюмым Запечником Ярина принимает их, кормит их хлебом, поит поминальным киселём и укладывает спать до первой зорьки. А на рассвете провожает к реке Смородине, где лодочник Радомир переправляет путников в царство мёртвых.
Ярина не просила этой службы, но приняла её с высоко поднятой головой. Теперь ей приходится учиться выходить из сложных ситуаций, справляться с чужой болью и не терять себя.
Но глубоко внутри её мучает страх: что, если прожив здесь долгие годы, она тоже станет старой и злой, как прежняя Яга?
И почему ее так тянет к Радомиру — лодочнику, который каждое утро увозит души туда, откуда нет возврата? К тому, кто сам, кажется, давно перестал принадлежать и Яви, и Нави?
Избушка стоит на границе Яви и Нави и служит последним постоялым двором для усопших: каждую ночь сюда приходят души, ещё не готовые отправиться дальше. Вместе с хвастливым котом Баюном и угрюмым Запечником Ярина принимает их, кормит их хлебом, поит поминальным киселём и укладывает спать до первой зорьки. А на рассвете провожает к реке Смородине, где лодочник Радомир переправляет путников в царство мёртвых.
Ярина не просила этой службы, но приняла её с высоко поднятой головой. Теперь ей приходится учиться выходить из сложных ситуаций, справляться с чужой болью и не терять себя.
Но глубоко внутри её мучает страх: что, если прожив здесь долгие годы, она тоже станет старой и злой, как прежняя Яга?
И почему ее так тянет к Радомиру — лодочнику, который каждое утро увозит души туда, откуда нет возврата? К тому, кто сам, кажется, давно перестал принадлежать и Яви, и Нави?
Город, в котором живет маленький Ал, буквально расколот надвое: на одном берегу — золоченая жизнь для избранных, на другом — шум, хаос и традиции, от которых богачи морщатся, как от прокисшего вина.
Честное слово, у Ала хватает проблем! Его мама — мастер взгляда «ты уже проиграл, даже не спрашивай почему», а воспитатель Ноа мог бы преподавать курс «Как отвечать на вопросы так, чтобы никто ничего не понял». Ал мечтает вырасти, разбогатеть и наконец взять жизнь в свои руки.
Но кажется, судьба решила, что ему рановато расслабляться. Одна встреча — и вот уже мифы оживают, тайны настигают, а сам Ал оказывается втянутым в историю, которая началась задолго до его рождения.
Честное слово, у Ала хватает проблем! Его мама — мастер взгляда «ты уже проиграл, даже не спрашивай почему», а воспитатель Ноа мог бы преподавать курс «Как отвечать на вопросы так, чтобы никто ничего не понял». Ал мечтает вырасти, разбогатеть и наконец взять жизнь в свои руки.
Но кажется, судьба решила, что ему рановато расслабляться. Одна встреча — и вот уже мифы оживают, тайны настигают, а сам Ал оказывается втянутым в историю, которая началась задолго до его рождения.
В свои двадцать пять лет Изанами Сакура осталась ни с чем в огромном неоновом Токио. Побег в Аяриму, горную деревушку из глубокого детства, казался идеальным способом залечить душевные раны. Но в глухих лесах прячутся древние духи и забытые легенды, а некогда тихое местечко полно новых лиц. Где заканчиваются местные байки и начинается скрытая от лишних глаз реальность? И что делать с таинственным беловолосым парнем, любимцем деревенских жителей, который вечно появляется из ниоткуда?
От автора: Книга по подписке
От автора: Книга по подписке
Сбежать из отчего дома, услышав новость о помолвке? Неужели я способна на такое? Более того, приехать в известнейшую человеческую академию, чтобы пойти по стопам матери? Невозможно…
Но Великий эфир на то и Великий, чтобы управлять нашими судьбами. Пропустив поступление, я не опустила руки и показала все, на что способна. В итоге стала не просто адепткой, а одной из возможных участниц Прославленного Турнира, который состоится уже этой весной.
Кажется, о чем еще можно мечтать? Все как я хотела. Но нет – люди умеют удивлять. Мне придется через многое пройти, чтобы понять сущность этих непредсказуемых существ. Пусть даже перенести предательство и слезы, ощутить любовь и счастье, узнать, что такое дружба и вера…
Но Великий эфир на то и Великий, чтобы управлять нашими судьбами. Пропустив поступление, я не опустила руки и показала все, на что способна. В итоге стала не просто адепткой, а одной из возможных участниц Прославленного Турнира, который состоится уже этой весной.
Кажется, о чем еще можно мечтать? Все как я хотела. Но нет – люди умеют удивлять. Мне придется через многое пройти, чтобы понять сущность этих непредсказуемых существ. Пусть даже перенести предательство и слезы, ощутить любовь и счастье, узнать, что такое дружба и вера…
Оттавио ар Стрегон - имперский служащий, по долгу службы расследует преступления, связанные с использованием потусторонних сил. Он одаренный - колдун, наследник рода, герб которого уничтожен.
Таинственное убийство имперского электора? Одержимый льет кровь как воду и вырвался в большой город? Еретики составили заговор против церкви и императора и готовят восстание? Оттавио затычка в каждой бочке.
Благодаря стечению обстоятельств и собственному упрямству он становится фигурой в игре высших духов. Все это происходит на фоне разгорающейся религиозной распри, похожей на нашу тридцатилетнюю войну.
Таинственное убийство имперского электора? Одержимый льет кровь как воду и вырвался в большой город? Еретики составили заговор против церкви и императора и готовят восстание? Оттавио затычка в каждой бочке.
Благодаря стечению обстоятельств и собственному упрямству он становится фигурой в игре высших духов. Все это происходит на фоне разгорающейся религиозной распри, похожей на нашу тридцатилетнюю войну.
Странная работа — наблюдать за тестированием новой игры, в которой никто не может победить, такой уж она создана. То ли психологический эксперимент, то ли тайный заговор. Но в тоскливом ноябре, помноженном на одиночество и изоляцию, даже безмолвное наблюдение за фокус-группой из шести человек становится для Тимура отдушиной. Он следит за их игрой, слушает их слова. Все говорят об одном и том же: «Когда всё это закончится, я…» — мантра людей из года Мора. Но как крошечный росток сквозь бетон, пробивается надежда: выигрыш в игре всё-таки возможен, а призом станет истинная свобода… тогда, когда всё это закончится.
Выберите полку для книги