Подборка книг по тегу: "политика"

Сона — попаданка в мир, напоминающий Древний Китай. Теперь она вынуждена войти во дворец правителя, самого «Нефритового Тигра».

«Сона, тебя и тобою избранного ждут новые сражения и сильные враги. Вы долго бежали от них, но написанная вами судьба всё равно бросит вас в море. Сколько вы сможете плыть? Вернётесь ли? Захотите ли? Держись своих союзников, но помни, что война — есть путь лжи». Красный бог.

История славян имеет большое значение для понимания сути того духовного наследия, которое оставили нам наши предки.
История в некотором смысле есть священная книга народов: главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности; скрижаль откровений и правил; завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего, – написал в самом начале своей «Истории государства Российского» Николай Карамзин. Отличные слова, вот только эта история постоянно вымарывалась, переписывалась и искажалась в угоду изменившимся политическим взглядам.

Зима тридцатого года была голодной. Урожай погиб. Мука подорожала втрое. Сало — впятеро. Жёны декабристов жили на пособие — скудное, казённое, которого не хватало даже на хлеб.
Александра Муравьёва ходила по дворам. Просила. Не милостыню — работу. Стирала. Шила. Колола дрова. За горсть муки. За кусок сала. За миску каши.
Однажды пришла к казачке Настасье. Та жила на краю посёлка, в избе с резными наличниками. Муж — на службе. Дети — трое. Хозяйство — корова, куры, огород.
— Постираю, — сказала Александра. — За муку.
Настасья посмотрела на неё. На руки — красные, в трещинах. На лицо — худое, с тёмными кругами под глазами. На шубу — потрёпанную, перешитую.
— Заходи, — сказала. — Постираешь. И поешь. Садись.
Александра стирала. В лохани. В горячей воде, с щёлоком. Руки горели. Спина ныла. Но она стирала. Рубахи. Портянки. Детские пелёнки. А Настасья кормила детей и рассказывала:
— Муж-то мой на границе. Месяцами не бывает. Я одна. С тремя. И корова. И огород. И печь. Тяжко, барыня.

История мальчика что потерял дорогое свое сокровище, и начал свое историю и покарать того кто отнял это

Через три года он стал королём. Фридрих Вильгельм Второй. Король Пруссии. А я стала его фавориткой. Официальной. Не тайной. Не в сумерках. В свете. Перед всем двором.
Он дал мне титул. Графиня Лихтенау. Не за красоту. Не за тело. За то, что я была рядом. За то, что слушала. За то, что говорила правду, когда все лгали. За то, что была человеком в стране машин.
Графиня. Дочь гобоиста. Я носила титул как броню. Входила в залы. В синем шёлке. С поднятой головой. Без короны — мне не нужна корона. У меня есть то, что дороже. Его доверие. Его любовь. Его голос, который спрашивает: «Что ты думаешь, Вильгельмина?»
Я думала. И говорила. О налогах. О войне. О союзах. О министрах. Он слушал. Не всегда соглашался. Но слушал. И это было больше, чем получала любая королева.
Двор шептался. Прусский двор — машина шёпота. Дисциплинированная. Выверенная. Каждый шёпот по протоколу. Каждая сплетня по уставу.
«Фаворитка правит Пруссией». «Дочь музыканта раздаёт должности». «Король спит, а графиня решае

Альфонсо умер в марте. Ему было тридцать девять. Но в моей памяти он навсегда остался девятнадцатилетним. С тёмными глазами. С тонким шрамом. С дрожащими руками, которые касались моей щеки в первую ночь.
Чума. Осада Гибралтара. Он не уехал. Не послушал. Не вернулся. «Король не бежит», — сказал он. И остался. И умер. В палатке. В бреду. В жару.
Мне не сказали. Не сразу. Три дня я не знала. А потом пришёл гонец. Бледный. С опущенными глазами.
— Сеньора. Король мёртв.
Я не упала. Не закричала. Не заплакала. Стояла. В саду. У фонтана. Где десять лет назад сидела и читала. Где Мария сказала мне: «Когда его не станет...»
Я стояла и смотрела на воду. Как она течёт. Как капает. Как падает. И думала: вот оно. Кончилось. Кончилось всё. Не любовь. Не власть. Не жизнь. Всё.
Новый король — Педро. Сын Альфонсо и Марии. Двадцать лет. Худой. Бледный. С глазами отца и губами матери. Он смотрел на меня на похоронах. Долго. Молча. И я не могла прочесть его взгляд. Ненависть? Жалость? Расчёт?

Кризис поразил человеческую цивилизацию. Но кризис этот не экономический, не политический, и даже не демографический.
Мировоззренческий тупик – вот та формулировка, которая отражает современное состояние мира.
В чём разница между русским миром и «западной демократией»? Для русского мира человек с эмпатией – свой, и, соответственно, человек, не способный понять чувства другого – чужой. Для «западной, просвещённой демократии» всё наоборот – человек с эмпатией – чужак, а эгоист, ставящий свои интересы превыше всего – свой. И вот именно такие «человекоподобные особи» создали существующие общественную, политическую и экономическую системы, и управляют нынешней человеческой цивилизацией.

В центре скандинавской столицы, на перекрестке тихих улочек, в упор расстрелян популярный премьер-министр. Преступление, потрясшее нацию, становится лишь верхушкой айсберга.

Расследование, возглавляемое амбициозным комиссаром, с самого начала идет по ложному следу. Его одержимость «курдским следом» заводит дело в тупик, в то время как улики и показания свидетелей рисуют совсем иную картину. За расследованием пристально следит журналист, а честный полицейский начинает подозревать, что за убийством стоят высокопоставленные лица.

Эта книга — захватывающее путешествие в самое сердце политического заговора. Вы столкнетесь с коррупцией на самом верху, грязными сделками по продаже оружия, тайными масонскими ложами и спецслужбами, готовыми на все, чтобы скрыть правду. Череда случайностей и трагических совпадений открывает дорогу частному расследованию, которое подвергнет опасности жизни всех, кто приблизится к разгадке.

Смогут ли правда и справедливость восторжествовать в мире, где це

СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ УПОТРЕБЛЕНИЯ АЛКОГОЛЯ. АЛКОГОЛЬ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
Казалось, их пути никогда не пересекутся. Что может быть общего у юной наследницы межгалактической корпорации Лейлы Масинес и победоносного адмирала Звездного флота Вадима Копылова? Только вот однажды в жизни каждого из них все пошло не так. Сумеет ли не попасть к работорговцам сбежавшая в поисках мечты Лейла? Останется ли жив обвиненный в измене адмирал? А если оба останутся невредимы, какую роль сыграет в их судьбе далекая курортная планета Оруна?

Если вы - лесник, волею судьбы оказавшийся в глухой сибирской тайге, и вам придан служебный медведь, запомните, никогда, вообще никогда не пытайтесь пойти на преступление. Даже если вам кажется, что медведь только и может, что пить, играть на балалайке и шерудить кочергой в реакторе, будьте осторожны. Все может оказаться не так просто.
В тексте могут содержаться сцены употребления алкоголя, курения, повышенная жестокость.