Книги в жанре «Хоррор»
Весна 1945 года. До конца войны остаётся совсем немного, но для горстки уцелевших солдат время будто останавливается.
Они идут через чужой лес, неся на носилках раненого командира. Нужно лишь держать направление, не останавливаться и добраться до своих. Но деревья стоят слишком ровно, тишина кажется неестественной, а дорога раз за разом приводит людей туда, откуда они уже ушли.
На берегу тёмного озера никто не видит опасности. Только вода иногда вздрагивает без ветра, камыши шевелятся сами по себе, а ночью среди отражений появляется что-то лишнее.
Они идут через чужой лес, неся на носилках раненого командира. Нужно лишь держать направление, не останавливаться и добраться до своих. Но деревья стоят слишком ровно, тишина кажется неестественной, а дорога раз за разом приводит людей туда, откуда они уже ушли.
На берегу тёмного озера никто не видит опасности. Только вода иногда вздрагивает без ветра, камыши шевелятся сами по себе, а ночью среди отражений появляется что-то лишнее.
Сегодня она поставит рекорд. Сегодня она умрёт.
Алиса — королева мукбангов. Полмиллиона подписчиков, три камеры, идеальный свет и море еды. Её стримы смотрят, чтобы забыть о собственном голоде, чтобы завидовать, чтобы ненавидеть. Этим вечером онлайн бьёт все рекорды. Чат забит донатами, модератор докладывает о росте просмотров, и всё идёт идеально. Только вот еда на тарелке не заканчивается. Кнопка «Завершить эфир» не нажимается. А в отражении монитора стоит кто-то, кого не видит ни одна камера.
Алиса — королева мукбангов. Полмиллиона подписчиков, три камеры, идеальный свет и море еды. Её стримы смотрят, чтобы забыть о собственном голоде, чтобы завидовать, чтобы ненавидеть. Этим вечером онлайн бьёт все рекорды. Чат забит донатами, модератор докладывает о росте просмотров, и всё идёт идеально. Только вот еда на тарелке не заканчивается. Кнопка «Завершить эфир» не нажимается. А в отражении монитора стоит кто-то, кого не видит ни одна камера.
Продать broken-смартфон за гроши и написать разгневанный отзыв интернет-продавцу — что может быть обыденнее? Но Чон Са Ра не подозревала, что её короткий текст станет для неё смертным приговором.
Продавец с ником J-Tech не просто починил и вернул ей телефон. Он впаял под его корпус невидимый микрочип. Теперь её смартфон — это его глаза и уши. Он видит каждый её шаг, слышит каждый вздох во сне и управляет её жизнью, превращая квартиру в изолированную клетку.
Пока её отец, детектив отдела по расследованию тяжких преступлений, идет по следу хладнокровного серийного маньяка, ловушка вокруг Са Ры сжимается. Чтобы выжить в этой цифровой паутине, девушке придется перестать быть жертвой и вступить в смертельный бой один на один...
Продавец с ником J-Tech не просто починил и вернул ей телефон. Он впаял под его корпус невидимый микрочип. Теперь её смартфон — это его глаза и уши. Он видит каждый её шаг, слышит каждый вздох во сне и управляет её жизнью, превращая квартиру в изолированную клетку.
Пока её отец, детектив отдела по расследованию тяжких преступлений, идет по следу хладнокровного серийного маньяка, ловушка вокруг Са Ры сжимается. Чтобы выжить в этой цифровой паутине, девушке придется перестать быть жертвой и вступить в смертельный бой один на один...
Если собираешься заставить механизм работать на пределе и рассчитываешь, что он выдержит, ты должен хотя бы примерно понимать, где проходит этот предел.
Но что делать, если ты знаешь предел машины, знаешь трассу до последнего поворота - а она продолжает преподносить то, чего невозможно предусмотреть?
На острове Мэн у гонщика есть 60,7 километра, чтобы выяснить, насколько далеко можно зайти, прежде чем предела достигнет не машина, а человек.
Но что делать, если ты знаешь предел машины, знаешь трассу до последнего поворота - а она продолжает преподносить то, чего невозможно предусмотреть?
На острове Мэн у гонщика есть 60,7 километра, чтобы выяснить, насколько далеко можно зайти, прежде чем предела достигнет не машина, а человек.
Август 2026 года. ЦКП «СКИФ» почти готов к первому свету. Физик Лена Савельева знает: большие установки редко ломаются из-за одной большой ошибки. Гораздо опаснее цепочка маленьких решений, каждое из которых по отдельности кажется допустимым.
Модуль не той ревизии. Временная компенсация. Расширенное окно защиты. Одна секунда, которую люди внутри комплекса проживают по-разному.
Модуль не той ревизии. Временная компенсация. Расширенное окно защиты. Одна секунда, которую люди внутри комплекса проживают по-разному.
В этом маленьком провинциальном языке зима никогда не бывает просто временем года.
Раиса знает это лучше многих. Несколько лет назад Красная Снегурочка спасла ей жизнь, и с тех пор страшные городские сказки перестали быть сказками. Но теперь всё спокойно. Василиса рядом, до диплома осталось совсем немного, а прошлое, кажется, наконец научилось молчать.
Пока в институте не появляется новая студентка. Слишком красивая. Слишком холодная. И рядом с ней люди почему-то перестают смеяться, влюбляться и мечтать.
А следом приходит Он.
Нелепый свитер, огромные очки, потрепанная сумка с книгами и совершенно невозможное имя. Он раздражает Раису, задает вопросы, которых задавать не должен.
Что-то черное и ледяное снова проснулось в Белозерске-на-Ярве. Красный костюм ждет своего часа, а первая гроза уже идет к городу, хотя, до весны еще далеко.
Раиса знает это лучше многих. Несколько лет назад Красная Снегурочка спасла ей жизнь, и с тех пор страшные городские сказки перестали быть сказками. Но теперь всё спокойно. Василиса рядом, до диплома осталось совсем немного, а прошлое, кажется, наконец научилось молчать.
Пока в институте не появляется новая студентка. Слишком красивая. Слишком холодная. И рядом с ней люди почему-то перестают смеяться, влюбляться и мечтать.
А следом приходит Он.
Нелепый свитер, огромные очки, потрепанная сумка с книгами и совершенно невозможное имя. Он раздражает Раису, задает вопросы, которых задавать не должен.
Что-то черное и ледяное снова проснулось в Белозерске-на-Ярве. Красный костюм ждет своего часа, а первая гроза уже идет к городу, хотя, до весны еще далеко.
Проводник-экстремал рассказывает группе туристов историю про обвал в шахте, случившийся много лет назад и ставший причиной её закрытия. По слухам, обвал был не случайным, но владельцы решили это скрыть. Однако, гибель шахтёра под завалом и халатность руководства стали известны общественности благодаря врачу, ранее засвидетельствовавшему смерть работника. Позже шахта закрылась в связи с несоответствием требованиям безопасности, но по слухам, у произошедших смертей были мистические причины. В дальнейшем повествование раскрывает читателю тайну произошедшего.
Виктория Савельева – блестящий хирург-онколог. Она спасает чужие жизни, но не может спасти свою. Работа выжигает её изнутри, муж ушёл, дочь перестала ждать. Однажды в больнице появляется человек, который называет себя Андреем Викторовичем. Он обещает забрать её боль. Взамен просит только одно – накормить его своим голодом. И Виктория соглашается, не понимая, что за этим именем скрывается тот, кого нельзя впускать. Это история о пустоте, которая притворяется покоем, и о любви, которая сильнее тьмы.
Выберите полку для книги