Книги в жанре «Фантастика» по тегу «zavershennye-knigi»

"– Ауууу! – позвала она. Но снова тишь да гладь. А в голове женщины который раз проносится - «Боже, я гоняюсь за Скелетом в пустой школе вечером?».
И тут же другой голос немедленно объясняет – «Да какой там Скелет, прекрати, это Юлечка подумаешь – кости» А потом, вдруг другая мысль, словно уже вырываясь наружу из более глубоких местечек, проходит сквозь женщину, словно обнимая – «Между прочим, у нас тоже кости под кожей. Вообще‑то мы тоже Скелеты. Забыла?».
И Гусева продолжает мягко подниматься по ступенькам. Оказавшись на другом этаже, Гусева старается бесшумно отдышаться, так, чтобы Юлия не расслышала. Но перед женщиной снова пустынный коридор, Юлии нет. «Давай, думай Катя, где же может прятаться Скелет ... то есть Юлия». «А вдруг в туалете?» ‑ мелькнула мысль..."

ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Маленькая повесть не является самостоятельным произведением, а является частью романа "Ожившие по ошибке".

"Скелет‑Дмитрий всё ещё смотрел на Мишу, а затем прогремел его голос:
– Позор!
Металлический палец вождя медленно поднялся, указывая на Мишу.
– Позор! – повторил он, и его голос зазвучал с новой силой, усиленный эхом двора.
И тут же, как по команде, десятки рук взметнулись вверх. И теперь десятки пальцев указывали на дрожащего мальчика. Для Миши пальцев было бесконечное число. И грянул громкий хор голосов:
– Позор! Позор! Позор!
Хор был ритмичный, синхронный, беспощадный.
С каждым звуком Миша дрожал ещё сильнее, как лист на ветру, и его колени подкосились.
А потом, слеза скатилась по его щеке."

Примечания автора: "Дружина Иваныча" - не самостоятельное произведение, а часть романа "Ожившие по ошибке".

Это маленький рассказ о Маше, которая получает неожиданный подарок, но не ощущает счастья: оно в чужих руках.

«Космопрограмма‑2»: мозаика будущего, где наука становится чудом.

Инженер Виктор Рябинин строит корабль, который должен стать ключом к звёздам. Но чем ближе запуск, тем яснее: космос не просто далёк — он чужд самой природе человека.

Это не один сюжет, а серия глубоких историй о будущем: от точных расчётов антигравитационного модуля до парадоксов чёрных дыр, от телепортации, обходящей законы скорости, до попытки услышать ответ самого Солнца. Герои спорят, сомневаются, рискуют — и каждый раз сталкиваются с одним вопросом: что останется от нас, когда мы шагнём за пределы Земли?

Внутри:
• инженерные решения и реальные научные аналогии без «магии»;
• философские размышления о человечности в космосе;
• яркие образы и диалоги, которые держат темп;
• неожиданные повороты между «лекцией» и драмой.

Для поклонников «Марсианина» Энди Вейера, «Гипериона» Дэна Симмонса и научно‑популярной прозы Карла Сагана.

Вселенная «Робур и Мышки»: здесь технологии — это язык, на котором будуще

Этот сборник — не продолжение, а расширение карты вселенной: здесь нет линейного сюжета, зато есть множество точек входа в её философию и механику. Коля Летягин проходит через места и устройства, которые по-новому определяют базовые понятия: память, время, тепло, дом.

Роман-притча о вере, свободе и цене, которую платит душа за отказ быть частью толпы.
Город Новый Карфаген построен на костях левиафанов. Здесь правят Башни Трех Законов, Церковь Единого Стандарта и те, кто превратил Бога в инструмент власти. Каждый обязан выбрать сторону: Левый Синод или Либеральная Теократия, Чистота или Гармония.
Иеремия Винтер — переписчик старых книг — единственный, кто не выбирает. Он не подписывает Декларацию Абсолютной Верности, не поклоняется камню, объявленному «Ядром Истины», и не ищет убежища в догме.
Когда его отказ провоцирует цепь событий, рушащих ложные святыни, Винтер становится Свидетелем — тем, кто видит тьму, скрытую под маской света. В поисках подлинного Бога он спускается в чрево спящего левиафана, проходит через подземные реки сомнений, слышит Голос, который не отпускает, а порабощает, и возвращает морю то, что люди украли у вечности.
Иеремия должен выйти безоружным против армии страха — и доказать, что любовь сильнее меча, а надежда крепче...

Когда тело дает сбой, логика и уговоры бессильны. Но у вашей нервной системы есть кнопки экстренной перезагрузки.

Накатила паническая атака? Тревожные мысли не дают уснуть? Сковало шею от стресса или внезапно замучила икота? В критический момент бессмысленно повторять аффирмации — нужно говорить с организмом на языке физиологии.

В этой книге собрано ровно 50 экспресс-методов саморегуляции, работающих через безусловные рефлексы, блуждающий нерв и проприоцепцию:
Как остановить ночную «мыслительную жвачку» за 7 минут с помощью обычной ложки;

Простой зрительный трюк, который гасит острую панику быстрее глубокого дыхания;

Способ купировать тошноту за 30 секунд, используемый в операционной анестезиологии;

Экстренная остановка спазмов, тахикардии, утомления глаз и головной боли напряжения.

1761 год. Петербург замер в ожидании. Императрица Елизавета при смерти, Пётр III готовится занять престол, а Екатерина — после семнадцати лет терпеливого строительства — наконец чувствует себя готовой к решающему шагу. Её сеть сторонников охватывает гвардейские казармы, провинциальные канцелярии и дипломатические салоны. Кажется, судьба уже у неё в руках.
Но в один зимний вечер она находит в старой книге записку, зашифрованную её собственным, забытым кодом

Владимир увидел светящиеся провода, невидимые другим.
Коснулся — реальность треснула.
Мир — симуляция. Человечество спит в капсулах. Выход один: глубокий сон, где обитает Страж из кошмаров всех людей. Он охотится. Убивает.
Смерть во сне = смерть в реальности.
Чтобы освободить всех, нужно победить Стража в двух мирах. Но кто-то должен стать жертвой.
Пробудиться можно, лишь заснув по-настоящему.
18+ | Научная фантастика | Психологический хоррор

В прибрежном городе Красный Мыс забвение стало прибыльным промыслом, а человеческая боль вполне осязаемым мусором. Десять лет смотритель архива Томас сжигал в чугунном чане разбитые надежды, безответные письма и вещи, о которых горожане умоляли забыть. Магистрат был спокоен, пустой сосуд не разобьется от чужого горя, а сам Томас не помнил ничего о своем прошлом до архивной башни, расплатившись за покой фалангой безымянного пальца.
Но у человеческой памяти есть плотность, а у забвения свои стены. Когда наступает Великий отлив, море отступает, обнажая жуткую изнанку - «Географию неслучившегося». На высохшем дне океана из пепла сожженных писем и потерянных обручальных колец выросли целые улицы, вытеснившие воду. Из бездны в город начинают возвращаться забытые вещи, требуя страшную плату по закону сохранения веса, взамен возвращенного прошлого люди теряют рассудок и самих себя.