Любовно Фантастические книги о попаданках
Я нашла чужой ключ в пустом выставочном павильоне и открыла дверь, которой там никогда не было.
Один шаг — и вместо знакомого коридора передо мной оказался другой мир. А в руке уже не один ключ, а семь.
Теперь я временная хозяйка старого Дома на Седьмой улице, где каждая дверь способна перенести человека в другой район огромного магического города. Когда-то через этот дом проходили тысячи людей и грузов. Теперь переходы закрыты, денег почти нет, а через двадцать восемь дней здание собираются окончательно отключить.
Чтобы сохранить дом и единственный шанс разобраться, как я сюда попала, мне придется восстановить пять маршрутов, найти арендаторов и заставить разоренный городской пассаж снова приносить прибыль.
Есть только одна проблема.
Саэр Ровен — дракон и Хранитель городских переходов — пришел именно за моими ключами.
Один шаг — и вместо знакомого коридора передо мной оказался другой мир. А в руке уже не один ключ, а семь.
Теперь я временная хозяйка старого Дома на Седьмой улице, где каждая дверь способна перенести человека в другой район огромного магического города. Когда-то через этот дом проходили тысячи людей и грузов. Теперь переходы закрыты, денег почти нет, а через двадцать восемь дней здание собираются окончательно отключить.
Чтобы сохранить дом и единственный шанс разобраться, как я сюда попала, мне придется восстановить пять маршрутов, найти арендаторов и заставить разоренный городской пассаж снова приносить прибыль.
Есть только одна проблема.
Саэр Ровен — дракон и Хранитель городских переходов — пришел именно за моими ключами.
Полевой медик. Тридцать два года. Двенадцать лет выездов.
А потом — чужое тело девятнадцатилетней «бездарной» адептки и красная черта в списках на отчисление.
В академии свет лечит кожу и прячет порчу внутрь. Ядро командора драконьего корпуса горит три года и рвёт его изнутри. Целители бессильны. Я — нет. Но каждое гашение оставляет ожоги на моих руках.
Совет нашёл «решение»: истинная вязь.
Не свадьба. Не выбор. Магический контур навсегда — чтобы его сила не сожгла его до вылета к разлому.
Он не просил связывать меня.
Я не просила становиться инструментом академии.
Теперь мы в одной цепи: если он вспыхнет — плачу я. Если я откажусь — умрёт он.
И чем туже затягивают контур, тем яснее одно: цена вязки пишется не в протоколах.
Она пишется на коже.
А потом — чужое тело девятнадцатилетней «бездарной» адептки и красная черта в списках на отчисление.
В академии свет лечит кожу и прячет порчу внутрь. Ядро командора драконьего корпуса горит три года и рвёт его изнутри. Целители бессильны. Я — нет. Но каждое гашение оставляет ожоги на моих руках.
Совет нашёл «решение»: истинная вязь.
Не свадьба. Не выбор. Магический контур навсегда — чтобы его сила не сожгла его до вылета к разлому.
Он не просил связывать меня.
Я не просила становиться инструментом академии.
Теперь мы в одной цепи: если он вспыхнет — плачу я. Если я откажусь — умрёт он.
И чем туже затягивают контур, тем яснее одно: цена вязки пишется не в протоколах.
Она пишется на коже.
– Твой папаша сдох, не выплатив долг, но я выбью деньги с тебя! Если хочешь, чтобы твои проклятые братья выжили, принесёшь мне две тысячи золотых до новолуния, – рычал злой человек, замахиваясь, чтобы в очередной раз ударить.
Я попала в чужой мир и сразу в такие неприятности! Ладно! Где наша не пропадала?
Если не спасу братьев – умру, таким было условие обретения нового тела. Так что должность сиделки сурового генерала драконов не страшит меня. Пусть и говорят, что прежние сошли с ума или лишились жизни.
Чтобы не сгинуть окончательно, мне придется не только защитить братьев – тройняшек, но и выяснить, что стало причиной столь тяжелого заболевания генерала, чтобы спасти его. Даже если он сам этого не желает и постоянно угрожает убить меня.
Я попала в чужой мир и сразу в такие неприятности! Ладно! Где наша не пропадала?
Если не спасу братьев – умру, таким было условие обретения нового тела. Так что должность сиделки сурового генерала драконов не страшит меня. Пусть и говорят, что прежние сошли с ума или лишились жизни.
Чтобы не сгинуть окончательно, мне придется не только защитить братьев – тройняшек, но и выяснить, что стало причиной столь тяжелого заболевания генерала, чтобы спасти его. Даже если он сам этого не желает и постоянно угрожает убить меня.
На похоронах мужа я замечаю одну странность: покойник стоит у дальней колонны и смотрит прямо на меня.
Проблема в том, что я не его жена.
Еще вчера меня звали Ника Рубежина, я жила в другом мире и занималась проверкой чужих ошибок. Сегодня все называют меня Лиарой Крайл — вдовой дракона, которого никто, кроме меня, не способен узнать.
Эрдан уверен, что его жена украла Ключ Имени и помогла тем, кто объявил его мертвым. Я уверена только в одном: документы о его смерти появились раньше самого нападения.
Теперь у нас считанные дни, чтобы выяснить, кто научился стирать живых людей из памяти, зачем кому-то понадобилось имя Эрдана и что случилось с настоящей Лиарой.
Вот только чем ближе мы подбираемся к правде, тем опаснее становится еще один вопрос.
Если я не его жена, почему именно мне живой покойник начинает доверять больше всех?
Проблема в том, что я не его жена.
Еще вчера меня звали Ника Рубежина, я жила в другом мире и занималась проверкой чужих ошибок. Сегодня все называют меня Лиарой Крайл — вдовой дракона, которого никто, кроме меня, не способен узнать.
Эрдан уверен, что его жена украла Ключ Имени и помогла тем, кто объявил его мертвым. Я уверена только в одном: документы о его смерти появились раньше самого нападения.
Теперь у нас считанные дни, чтобы выяснить, кто научился стирать живых людей из памяти, зачем кому-то понадобилось имя Эрдана и что случилось с настоящей Лиарой.
Вот только чем ближе мы подбираемся к правде, тем опаснее становится еще один вопрос.
Если я не его жена, почему именно мне живой покойник начинает доверять больше всех?
~БⲈⲤПЛⲀⲦⲎⲞ ~Ректор академии ошибся, призвав вместо магического защитника - меня, обычную девушку-кассира из супермаркета.С первой секунды между нами вспыхнула... ненависть, да еще древняя магия связала против воли!
Теперь нам предстоит делать выбор. Чтобы выжить, суметь довериться. Чтобы освободиться - рискнуть всем.
Что же поддастся первым, древнее заклятие или ледяное сердце ректора?
ХЭ
Теперь нам предстоит делать выбор. Чтобы выжить, суметь довериться. Чтобы освободиться - рискнуть всем.
Что же поддастся первым, древнее заклятие или ледяное сердце ректора?
ХЭ
Брошенная мужем дочь преступника должна была тихо угаснуть. Но на ее месте теперь я. Пусть муж грозит скандальным разводом, суровый постоялец смотрит свысока, а за душой ни гроша. Я построю новую жизнь. Из пряников. И не позволю ни бывшему, ни будущему встать у меня на пути!
В сорок шесть лет я знала, как поставить пекарню на ноги. А вот что делать, если обычная служебная дверь выводит в другой мир, — понятия не имела.
В Лессаре у меня нет ни денег, ни связей. Зато есть опыт и шанс начать заново. Так появляется «До рассвета» — моя собственная пекарня.
А потом городской Совет сообщает: перед вступлением во власть князь Терен Веймар обязан семь смен отработать у меня обычным подмастерьем.
В моей пекарне. По моим правилам.
Он привык командовать княжеством. Я привыкла сама решать, как строить свою жизнь. И все усложняется, когда князь оказывается слишком умным, слишком привлекательным и совсем не таким, каким я ожидала его увидеть.
Особенно когда город решает, что своим успехом я обязана именно ему.
В Лессаре у меня нет ни денег, ни связей. Зато есть опыт и шанс начать заново. Так появляется «До рассвета» — моя собственная пекарня.
А потом городской Совет сообщает: перед вступлением во власть князь Терен Веймар обязан семь смен отработать у меня обычным подмастерьем.
В моей пекарне. По моим правилам.
Он привык командовать княжеством. Я привыкла сама решать, как строить свою жизнь. И все усложняется, когда князь оказывается слишком умным, слишком привлекательным и совсем не таким, каким я ожидала его увидеть.
Особенно когда город решает, что своим успехом я обязана именно ему.
Четыре дня. Именно столько мне оставили до продажи чужой прачечной, в которой я очнулась с чужим лицом, чужим именем и долгами, способными похоронить любое дело.
Возвращаться мне некуда, поэтому придется спасать то, что досталось.
Я умею работать с тканью, считать деньги и превращать убыточное предприятие в нормальный бизнес. Вот только прежняя хозяйка оставила после себя гораздо больше, чем неоплаченные счета.
Сто двадцать серебряных исчезли без следа. В старых заказах спрятана опасная закономерность. А служебная одежда людей, давно лишившихся своих полномочий, почему-то продолжает подтверждать их права.
Хуже всего то, что след приводит к человеку, который уже заранее распланировал мой участок под собственное производство.
И к Варлену Рейдару — дракону и главе Палаты городских договоров, который слишком хорошо знал прежнюю Лавену и первым понял, что женщина перед ним больше на нее не похожа.
Возвращаться мне некуда, поэтому придется спасать то, что досталось.
Я умею работать с тканью, считать деньги и превращать убыточное предприятие в нормальный бизнес. Вот только прежняя хозяйка оставила после себя гораздо больше, чем неоплаченные счета.
Сто двадцать серебряных исчезли без следа. В старых заказах спрятана опасная закономерность. А служебная одежда людей, давно лишившихся своих полномочий, почему-то продолжает подтверждать их права.
Хуже всего то, что след приводит к человеку, который уже заранее распланировал мой участок под собственное производство.
И к Варлену Рейдару — дракону и главе Палаты городских договоров, который слишком хорошо знал прежнюю Лавену и первым понял, что женщина перед ним больше на нее не похожа.
Я провалилась сквозь старую витрину и оказалась в заброшенном Стекольном дворе, который город собирался закрыть навсегда.
Денег нет. Документов нет. Зато на складе находят счетное окно с клеймом мастерской, не работавшей семь лет. И именно это стекло утверждает, что здесь недавно велось производство.
Старший поверенный Арден Сольвей дает мне три дня, чтобы доказать обратное.
Проблема в том, что я почти ничего не знаю о местной магии. Зато пятнадцать лет работала со стеклом и хорошо знаю одну вещь: производство всегда оставляет следы.
Чем внимательнее я изучаю городские счетные окна, тем хуже становится картина. Они не просто ошибаются. Кто-то годами заставляет их лгать — и с помощью этих ошибок отнимает у людей мастерские, склады и лавки.
Теперь мне предстоит вернуть к жизни разоренный Стекольный двор, найти заказчиков, разобраться с чужими долгами и доказать городу, что его безупречная система построена на подделке.
Денег нет. Документов нет. Зато на складе находят счетное окно с клеймом мастерской, не работавшей семь лет. И именно это стекло утверждает, что здесь недавно велось производство.
Старший поверенный Арден Сольвей дает мне три дня, чтобы доказать обратное.
Проблема в том, что я почти ничего не знаю о местной магии. Зато пятнадцать лет работала со стеклом и хорошо знаю одну вещь: производство всегда оставляет следы.
Чем внимательнее я изучаю городские счетные окна, тем хуже становится картина. Они не просто ошибаются. Кто-то годами заставляет их лгать — и с помощью этих ошибок отнимает у людей мастерские, склады и лавки.
Теперь мне предстоит вернуть к жизни разоренный Стекольный двор, найти заказчиков, разобраться с чужими долгами и доказать городу, что его безупречная система построена на подделке.
В первую брачную ночь муж-дракон просит меня молчать. Мой голос напоминает ему, что я — не та женщина, чьё лицо теперь вижу в зеркале.
Её портрет висит над нашей кроватью, её платья ждут меня в гардеробной, а брачный договор уже скреплён моей подписью. Вот только ещё вчера я жила в другом мире и никогда не соглашалась становиться заменой умершей жены.
Дракон хотел вернуть прошлое. Но его покорная копия внезапно заговорила.
Её портрет висит над нашей кроватью, её платья ждут меня в гардеробной, а брачный договор уже скреплён моей подписью. Вот только ещё вчера я жила в другом мире и никогда не соглашалась становиться заменой умершей жены.
Дракон хотел вернуть прошлое. Но его покорная копия внезапно заговорила.
Подборка книг
Выберите полку для книги