Максим придерживает мою голову, заставляя смотреть прямо в его глаза. Так близко. Я вижу мелкие морщинки у глаз, темные зрачки, в которых тонет мое отражение — маленькое, перекошенное робостью.
- Ты привыкла, — говорит он тихо, ласково, и от этого контраста мурашки бегут по позвоночнику. — Что на тебя смотрят. С восхищением. С вожделением. С желанием обладать. Ты, как конфета в блестящей обертке. Её хочется развернуть и съесть.
Его дыхание касается моих губ. Оно тоже теплое, пахнет крепким кофе. Между нами теперь — сантиметры, весь мир сузился до этого пространства. До его рук на моей коже. Сердце бьется где-то в горле, дико и глухо. Стыд? Да. Но вместе с ним — щекотный электрический разряд. Максим обращается со мной, как с вещью, и это оскорбительно. Но в этой бесцеремонности есть ужасающая честность. Он не притворяется...