Я привык побеждать на дорожке, где правила просты: есть цель и есть противник. Но в игре с Софой правил не существует.
Свадьба отца Ярослава должна была стать очередным вечером, когда мы будем обмениваться колкостями и делать вид, что не замечаем друг друга. Но потом появилась она. В этом платье, которое облегало её так, словно было второй кожей. Она уверяла себя, что нарядилась не для меня, но я видел этот вызов в её глазах.
— Решила, что мы в Большом театре, Соф? — Процедил я у бара, чувствуя, как внутри всё закипает от её невыносимой красоты.
— А ты, я смотрю, решил, что твое раздутое эго поместится в этот зал? — Парировала она, даже не глядя в мою сторону.
Между нами искрило так, что могли загореться скатерти. Нас тянуло друг к другу вопреки логике, вопреки той ненависти, которую мы бережно выращивали годами.