Книги по тегу «исторический любовный роман»: ""
Париж восемнадцатого века был городом контрастов. Городом, где роскошь соседствовала с нищетой, где просвещение сочеталось с предрассудками, где любовь переплеталась с расчетом.
Женщины этого времени жили в мире, созданным мужчинами. Мире, где их права были ограничены, где их голоса редко слышали. Но они нашли способы выжить. Способы сохранить свою индивидуальность, свою достоинство, свою человечность.
Куртизанки, маркизы, вдовы, художницы — все они играли свои роли. Но за масками скрывались настоящие люди. Со своими мечтами, страхами, надеждами.
Их истории не попали в учебники истории. Их имена не высечены на памятниках. Но они жили. Любили. Страдали. Радовались.
И в этом была их главная победа. Победа жизни над обстоятельствами. Победа духа над материей. Победа женщины над временем.
Женщины этого времени жили в мире, созданным мужчинами. Мире, где их права были ограничены, где их голоса редко слышали. Но они нашли способы выжить. Способы сохранить свою индивидуальность, свою достоинство, свою человечность.
Куртизанки, маркизы, вдовы, художницы — все они играли свои роли. Но за масками скрывались настоящие люди. Со своими мечтами, страхами, надеждами.
Их истории не попали в учебники истории. Их имена не высечены на памятниках. Но они жили. Любили. Страдали. Радовались.
И в этом была их главная победа. Победа жизни над обстоятельствами. Победа духа над материей. Победа женщины над временем.
Я не поймала букет невесты. Его выхватила чужая наглая рука – прямо у меня из-под пальцев.
– Отдайте, – потребовала я. – Букет ловят девицы, а не мрачные капитаны!
Он посмотрел на меня сверху вниз. Долго. И сказал только одно слово:
– Отниму.
И не отдал.
Его зовут Николай Северцев, штабс-капитан. Весь свет шепчется о нём: три дуэли, разбитое сердце, ледяные серые глаза, в которых стынет чья-то нерассказанная зима. Он не танцует. Не улыбается. Семь лет назад он разучился хотеть – и с тех пор носит своё сердце застёгнутым на все пуговицы мундира.
А мне восемнадцать, у меня коса до пояса, и я твёрдо решила: этого мужчину я растоплю.
Все считают меня беспечной вертушкой, которая влюбляется по три раза на дню. Пусть считают. Под всем моим порханием прячется холодный расчёт – и я знаю, чего хочу. Я хочу узнать, что у него там, под мундиром, вместо сердца.
Даже если для этого придётся впустить его туда, где ещё не бывал ни один мужчина.
– Отдайте, – потребовала я. – Букет ловят девицы, а не мрачные капитаны!
Он посмотрел на меня сверху вниз. Долго. И сказал только одно слово:
– Отниму.
И не отдал.
Его зовут Николай Северцев, штабс-капитан. Весь свет шепчется о нём: три дуэли, разбитое сердце, ледяные серые глаза, в которых стынет чья-то нерассказанная зима. Он не танцует. Не улыбается. Семь лет назад он разучился хотеть – и с тех пор носит своё сердце застёгнутым на все пуговицы мундира.
А мне восемнадцать, у меня коса до пояса, и я твёрдо решила: этого мужчину я растоплю.
Все считают меня беспечной вертушкой, которая влюбляется по три раза на дню. Пусть считают. Под всем моим порханием прячется холодный расчёт – и я знаю, чего хочу. Я хочу узнать, что у него там, под мундиром, вместо сердца.
Даже если для этого придётся впустить его туда, где ещё не бывал ни один мужчина.
Выберите полку для книги