Книги в жанре «Романтическая эротика. ФЛР» по тегу «oborotni»
Мы были влюблены и счастливы… так казалось мне, пока не появилась она – Руслана – его невеста.
Сегодня наша свадьба… наша… его, моя и её.
В левой руке Влад сжимает мою холодную ладонь, а в правой – маленькую ладошку улыбающейся Русланы.
Я думала истинные пары – это дар небес, а оказалась ненужным придатком к давно запланированному союзу.
Хватит ли мне сил сделать последний шаг и стать второй женой сильнейшего Альфы или стоит всё-таки сказать «нет» этому безумию? Но, что ждёт меня тогда? Останусь ли я в живых?
В тексте присутствуют нецензурные выражения и жестокие сцены, властный и жестокий герой, нежная героиня, откровенные сцены секса, эмоционально, много стекла. Дилогия. Обе части завершены.
Вторая часть дилогии здесь: https://litmarket.ru/books/istinnaya-zhena-alfy
Сегодня наша свадьба… наша… его, моя и её.
В левой руке Влад сжимает мою холодную ладонь, а в правой – маленькую ладошку улыбающейся Русланы.
Я думала истинные пары – это дар небес, а оказалась ненужным придатком к давно запланированному союзу.
Хватит ли мне сил сделать последний шаг и стать второй женой сильнейшего Альфы или стоит всё-таки сказать «нет» этому безумию? Но, что ждёт меня тогда? Останусь ли я в живых?
В тексте присутствуют нецензурные выражения и жестокие сцены, властный и жестокий герой, нежная героиня, откровенные сцены секса, эмоционально, много стекла. Дилогия. Обе части завершены.
Вторая часть дилогии здесь: https://litmarket.ru/books/istinnaya-zhena-alfy
Небольшая цепочка случайностей — и вот я уже стою в чужом душе под слишком внимательным взглядом незнакомого оборотня.
Глебу Северову хватило одного вдоха, чтобы понять: я его истинная.
Два километра до правильного домика. Метель за окном. И слишком много желания между мной и мужчиной, которого я только встретила.
Я согласилась остаться на одну ночь.
Но, похоже, у Альфы другие планы.
Глебу Северову хватило одного вдоха, чтобы понять: я его истинная.
Два километра до правильного домика. Метель за окном. И слишком много желания между мной и мужчиной, которого я только встретила.
Я согласилась остаться на одну ночь.
Но, похоже, у Альфы другие планы.
Говорила мне мама, что моя рассеянность до добра не доведет, но вот то, что могу схватить в руки опасный предмет, который выкинет меня в другой мир - она почему-то забыла дополнить!
А теперь я, как гусь на праздничном столе - одна на четверых «пирующих», которые смотрят голодными глазами...
«Мама дорогая, роди меня обратно!»
А теперь я, как гусь на праздничном столе - одна на четверых «пирующих», которые смотрят голодными глазами...
«Мама дорогая, роди меня обратно!»
— Подписывай, Алина. Это отличный шанс закрыть долги и начать новую жизнь без проблем.
Я смотрела на документы с пометкой «Спецзаказ главы холдинга», и внутри всё сворачивалось в тугой, болезненный узел.
— Что будет, если я откажусь? — спросила, глядя ему прямо в глаза.
Он вздохнул, недовольно скривившись.
— Через пятнадцать минут служба безопасности поможет вам освободить рабочее место. Бухгалтерия рассчитает вас по статье, со всеми вытекающими… — выдержал паузу. — И, Алина Валерьевна… Не стоит.
Я подняла взгляд на портрет Виктора Воронцова на стене. Даже на фото от него исходила волна мужской привлекательности и первобытной агрессии.
Красивый и опасный мужчина.
Я знала, что иду в ловушку. Знала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловках, но альтернатива была ещё хуже.
Мои пальцы, дрожа, обхватили дорогую ручку. Один росчерк, и я принадлежу боссу на семь дней.
— Надеюсь, я об этом не пожалею. — прошептала я, ставя подпись.
Я смотрела на документы с пометкой «Спецзаказ главы холдинга», и внутри всё сворачивалось в тугой, болезненный узел.
— Что будет, если я откажусь? — спросила, глядя ему прямо в глаза.
Он вздохнул, недовольно скривившись.
— Через пятнадцать минут служба безопасности поможет вам освободить рабочее место. Бухгалтерия рассчитает вас по статье, со всеми вытекающими… — выдержал паузу. — И, Алина Валерьевна… Не стоит.
Я подняла взгляд на портрет Виктора Воронцова на стене. Даже на фото от него исходила волна мужской привлекательности и первобытной агрессии.
Красивый и опасный мужчина.
Я знала, что иду в ловушку. Знала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловках, но альтернатива была ещё хуже.
Мои пальцы, дрожа, обхватили дорогую ручку. Один росчерк, и я принадлежу боссу на семь дней.
— Надеюсь, я об этом не пожалею. — прошептала я, ставя подпись.
Бывший пришел на свадьбу моей сестры с другой.
Я вцепилась в пиджак самого красивого незнакомца в зале и попросила:
— Побудь моим мужчиной пять минут.
Кто же знал, что он окажется Альфой! Да еще и объявил меня своей истинной.
Теперь у нас трехдневное соглашение: изображать пару, не ставить метку и не говорить о «навсегда».
Вот только там ничего не сказано о поцелуях, от которых сбивается дыхание, и том, что делать, если пять минут давно закончились, а отпускать друг друга уже никто не хочет.
Я вцепилась в пиджак самого красивого незнакомца в зале и попросила:
— Побудь моим мужчиной пять минут.
Кто же знал, что он окажется Альфой! Да еще и объявил меня своей истинной.
Теперь у нас трехдневное соглашение: изображать пару, не ставить метку и не говорить о «навсегда».
Вот только там ничего не сказано о поцелуях, от которых сбивается дыхание, и том, что делать, если пять минут давно закончились, а отпускать друг друга уже никто не хочет.
Моя жизнь рухнула в тот момент, когда я увидела их на своей кровати. Я была для всех удобной, пока не стала никому не нужной. Но Демьян, мой генеральный директор, пришёл и сказал: «Ты будешь моей женой. Фиктивной. На год». Я согласилась. Я не знала, что он оборотень. Но теперь он носит меня на руках и шепчет: «Ты моя луна».
В моей деревне появились новые соседи. Они богаты, опасно молчаливы и явно что-то скрывают.
А один из них смотрит на меня так, будто я — его добыча.
Я не верю в оборотней.
Не верю в истинные пары.
И точно не собиралась становиться частью чужого мира.
Но когда медведь выбирает — он не спрашивает.
— Никогда больше не ходи в лес одна, — сказал он.
— Ты мне не отец, чтобы указывать, — резко ответила я.
Он медленно повернулся. Взгляд резко стал тяжёлым.
— В следующий раз, — произнёс он, — я могу не успеть.
— Не успеть что?
Он посмотрел на деревья за моей спиной.
— Забрать тебя первым.
А один из них смотрит на меня так, будто я — его добыча.
Я не верю в оборотней.
Не верю в истинные пары.
И точно не собиралась становиться частью чужого мира.
Но когда медведь выбирает — он не спрашивает.
— Никогда больше не ходи в лес одна, — сказал он.
— Ты мне не отец, чтобы указывать, — резко ответила я.
Он медленно повернулся. Взгляд резко стал тяжёлым.
— В следующий раз, — произнёс он, — я могу не успеть.
— Не успеть что?
Он посмотрел на деревья за моей спиной.
— Забрать тебя первым.
Светофор. Удар. Женский крик. Тишина.
Она помнит лишь вспышку фар, визг шин — и темноту. А очнулась… в теле зверя. Вся в крови, со сломанными рёбрами и перебитыми лапами — в тесной клетке. В углу — мёртвая женщина. И волчонок: дрожащий комок, прижавшийся к ней.
Кто она? Откуда? Почему всё внутри рвётся защитить этого малыша, как родного?
За решёткой — голоса. Где-то рядом — выстрелы, звуки погони. Кто-то открывает дверь фургона… За ними пришли. Это — конец. Красная пелена перед глазами, чей-то предсмертный хрип. И вкус крови во рту. Нет — в пасти.
Она бежит. Сквозь боль, страх и снег. На одних инстинктах. В зубах — волчонок. Её? Чужой? Она не знает.
Но точно знает одно: она его спасёт, чего бы ей это ни стоило.
Она помнит лишь вспышку фар, визг шин — и темноту. А очнулась… в теле зверя. Вся в крови, со сломанными рёбрами и перебитыми лапами — в тесной клетке. В углу — мёртвая женщина. И волчонок: дрожащий комок, прижавшийся к ней.
Кто она? Откуда? Почему всё внутри рвётся защитить этого малыша, как родного?
За решёткой — голоса. Где-то рядом — выстрелы, звуки погони. Кто-то открывает дверь фургона… За ними пришли. Это — конец. Красная пелена перед глазами, чей-то предсмертный хрип. И вкус крови во рту. Нет — в пасти.
Она бежит. Сквозь боль, страх и снег. На одних инстинктах. В зубах — волчонок. Её? Чужой? Она не знает.
Но точно знает одно: она его спасёт, чего бы ей это ни стоило.
— Ты будешь слушаться меня, — сказал он тихо, но от глубины его голоса волоски на теле встали дыбом. — Ты будешь делать то, что я скажу. Потому что другого выхода у тебя нет. Поняла?
Мужчина поднял руку, и Лея невольно зажмурилась.
Но удара не последовало. Вопреки ожиданиям прикосновение оказалось аккуратным — обхватив пальцами подбородок девушки, он приподнял ее лицо.
Лея открыла глаза, проваливаясь в синюю холодную бездну чужого взгляда.
— Не слышу.
— Поняла, — выдавила Лея, чувствуя как вместе с волей обмякает всё тело...
______♦______
Она увидела его случайно — альфу-убийцу над бездыханным телом. Она сбежала, но он ее нашел. Теперь в его руках всё — её судьба и жизнь.
Мужчина поднял руку, и Лея невольно зажмурилась.
Но удара не последовало. Вопреки ожиданиям прикосновение оказалось аккуратным — обхватив пальцами подбородок девушки, он приподнял ее лицо.
Лея открыла глаза, проваливаясь в синюю холодную бездну чужого взгляда.
— Не слышу.
— Поняла, — выдавила Лея, чувствуя как вместе с волей обмякает всё тело...
______♦______
Она увидела его случайно — альфу-убийцу над бездыханным телом. Она сбежала, но он ее нашел. Теперь в его руках всё — её судьба и жизнь.
Сердце пропустило удар. Затем еще один. Затем забилось с такой силой, норовя выскочить и упасть к ее ногам.
Пара. Истинная. Моя.
— Что? — девушка дернула плечами, сбрасывая мои руки. — Язык проглотил, гонщик?
Я смотрел на нее и не мог пошевелиться. Не мог отвести взгляд. Дождь заливал ее лицо, стекал по щекам, по губам, по подбородку. Темные волосы облепили голову мокрыми прядями. Глаза — серые, как грозовое небо, — метали молнии. Она была прекрасна.
И она не узнала меня.
— Эй! — она помахала ладонью перед моим лицом. — Ты там живой вообще? Может, скорую вызвать?
Я скосил глаза на ее шею, но она была скрыта воротником мокрой толстовки. Я не видел метку. Но чувствовал ее. Чувствовал ту связь, которую создал тогда.
Это была она.
Мне было двенадцать, когда на шее появилась метка.
Девять лет я мечтала найти того кто ее поставил и отомстить. И вот я вернулась в Старкросс- город, где правят волчьи законы.
Я приехала найти врага. Но что, если найду совсем не то, что искала?
Пара. Истинная. Моя.
— Что? — девушка дернула плечами, сбрасывая мои руки. — Язык проглотил, гонщик?
Я смотрел на нее и не мог пошевелиться. Не мог отвести взгляд. Дождь заливал ее лицо, стекал по щекам, по губам, по подбородку. Темные волосы облепили голову мокрыми прядями. Глаза — серые, как грозовое небо, — метали молнии. Она была прекрасна.
И она не узнала меня.
— Эй! — она помахала ладонью перед моим лицом. — Ты там живой вообще? Может, скорую вызвать?
Я скосил глаза на ее шею, но она была скрыта воротником мокрой толстовки. Я не видел метку. Но чувствовал ее. Чувствовал ту связь, которую создал тогда.
Это была она.
Мне было двенадцать, когда на шее появилась метка.
Девять лет я мечтала найти того кто ее поставил и отомстить. И вот я вернулась в Старкросс- город, где правят волчьи законы.
Я приехала найти врага. Но что, если найду совсем не то, что искала?
Подборка романтической эротики об оборотнях
Выберите полку для книги