Книги в жанре «Фэнтези» по тегу «skachat»

Я невеста демона. И почти чужая жена.
Мне придется выйти замуж, чтобы спасти брата, и понять, где грань добра и зла, когда в твою дверь стучатся ужасные монстры, способные уничтожить весь мир.
Однако спасти свое сердце от влюбленности будет ещё сложнее.
Истинности для демонов не существует… или бывают исключения?

Что, если величайшие тайны Древнего мира до сих пор ждут того, кто осмелится их открыть?
Роман «Изумруды Клеопатры» приглашает читателя совершить путешествие в эпоху, когда судьбы могущественных царств решались во дворцах, на полях сражений и в тени храмов, а золото, драгоценности и тайные знания могли изменить ход истории.
Перед читателем оживает загадочный мир Древнего Египта — мир фараонов и жрецов, роскошных дворцов и священных храмов, политических интриг, великих страстей и смертельно опасных заговоров. Здесь прошлое ещё не стало легендой, а тайны, скрытые от посторонних глаз, способны пережить не одно поколение.
В центре повествования — Клеопатра, последняя великая царица Египта, женщина, чьё имя стало символом красоты, власти, ума и политического искусства. Она стремилась сохранить своё царство в эпоху, когда могущество Рима становилось всё более грозной силой, а над Египтом постепенно сгущалась тень неизбежных перемен.
Но за величественными дворцами, царскими сокровищами и

«Сердце Рима» - произведение современной поэтессы и писательницы Анастасии Владимировны Дорожкиной.
Это поэма о тысячах человеческих сердец, слившихся в единый ритм в поисках выхода из надвигающейся катастрофы.
Рим — великий Рим, веками повелевавший огромными пространствами и народами, — переживает своё трагическое падение. Империя слабеет изнутри: политические распри, борьба за власть, междоусобицы и непрерывные войны разрывают государство на части. Там, где ещё недавно звучали голоса сенаторов и гремели победные речи полководцев, всё чаще слышны тревога, отчаяние и предчувствие неизбежного конца.
Но пока рушатся стены, ещё бьётся сердце Рима.
В центре поэмы — судьбы людей, оказавшихся в водовороте исторических событий. Их любовь, надежды, мужество переплетаются с судьбой самой Империи. Герои проходят через мир, раздираемый страстями, политическими интригами, междоусобицами и борьбой за власть.

Алина снимает старую краску с чужих картин — слой за слоем возвращает то, что когда-то замазали. Она знает правило ремесла: чем ровнее закрашено, тем важнее спрятанное под этим слоем.

Про себя она об этом не думала.

Пока однажды с холста на неё не посмотрело лицо, которого она не звала. Пока из-под лака не вышел он — тот, кого нельзя коснуться, кто знает о ней больше, чем она сама, и просит об одном: не трогай то, что тебе оставили закопанным.

А следом приходит другой — тёплый, спокойный, добрый. И говорит гладко, наполовину правдиво: тебя берегли, живи, не лезь.

Так не берегут. Так прячут.

И теперь она знает две вещи, и обе её погубят: коснуться его нельзя, и вспомнить себя — тоже. Но остановиться она уже не может.

А назад из-под краски выхода нет.

В мире, где у каждого бога свой закон, не бывает невинных. Здесь бывают лишь те, кто ещё не успел согрешить.
Тшосилл - лучший убийца храма Возмездия. Он не знает жалости, не видит смысла в жизни. Его работа - возмездие, а жизнь уже давно превратилась в долг.
Риетан - наследник бога Войны. Он не знает страха, не помнит боли, не чувствует ничего, кроме ледяной пустоты. Его работа - война, жестокая и кровопролитная.
Два орудия для убийства. Их встреча предрешена. Их битва неизбежна. Но этого ли они жаждут на самом деле?

«Когда Белый огонь Смерти сольётся в битве с Алым огнём Чувств, барьер будет разрушен, дракон будет разбужен, а бессмертие будет даровано лишь победителю вечной схватки».
Так гласит пророчество Матери Судьбы.

Ради больного брата я пошла в запретную чащу и нарушила закон Леса. Теперь у меня есть выбор: умереть или на тридцать дней стать собственностью двух его заступников. Кто же знал, что эти заступники такие красивые?..

История любви двух миров. Вы слышали о Суккубах? Нет? Но это не значит, что они не слышали про вас. Запретный плод всегда очень сладок.

История о том, как создаются империи из руин чужих судеб, как рождаются дети, способные стирать галактики одним чихом, и как древний голод может смениться желанием просто держать любимого за руку во время прогулки по человеческому парку.

Смесь мрачного городского фэнтези, эпической семейной саги и чувственного психологического триллера о цене абсолютной любви.

Ночью они вышли в город. Дамир надел свой чёрный плащ с капюшоном — знак Лорда Ордена. Алиса укуталась в серый шарф, скрывая лицо. Её дар был активен — она видела магические следы повсюду, как тонкие нити, сплетённые в воздухе.
Старый Квартал был самым древним районом Серогорья — с узкими улочками, покосившимися домами, подвалами, в которых, по слухам, до сих пор жили потомки первых ведьм.
Они шли молча, прислушиваясь к каждому звуку. Дождь моросил, камни блестели в свете редких фонарей.
— Здесь, — прошептала Алиса, останавливаясь у тупика. — Я чувствую магию. Сильную.
Дамир кивнул. Он достал из кармана маленький кристалл — он светился тусклым синим светом, указывая на источник магии.
Они вошли в переулок. В конце, у старой кирпичной стены, был тот самый символ — перевёрнутый круг с тремя линиями, нарисованный чем-то тёмным.
— Кровь, — сказал Дамир, понюхав. — Свежая.
Алиса закрыла глаза, активируя Второй дар. И увидела.
Мужчина в чёрном плаще, стоящий над кем-то, лежащим на зе

Огромный, чёрный, с серебряными прожилками на чешуе, как прожилки на звёздном небе. Размах крыльев — как у целого облака. Глаза — серые, те самые, с портрета.
Он опустился на башню напротив, сложил крылья — и начал меняться. Чешуя таяла, становилась кожей. Крылья втягивались в спину, оставляя два длинных шрама, которые тут же затянулись. Когти превратились в пальцы. Морда — в лицо.
Через минуту на каменном парапете стоял мужчина. Тот самый — с портрета. Но живой. Настоящий. И такой красивый, что у Элины перехватило дыхание.
Он посмотрел на неё — через расстояние, через вечерний воздух, через всю свою долгую, одинокую жизнь.
И улыбнулся.
— Ты пришла, — сказал он. Его голос был низким, с хрипотцой, как у того, кто долго молчал. — Я слышал тебя ещё в дороге. Твоё сердце пело моё имя.
Элина не могла ответить. Слова застряли в горле.
— Иди ко мне, — сказал он мягче. — Не бойся. Я не причиню тебе вреда.
Она перешла по узкому мостику между башнями — босиком, в лёгком платье.

Прошло пять лет с тех пор, как Вэйра покинула Глубокий Лес. Мир знал её под новым именем: Серая Госпожа. Не тёмная, не светлая. Та, кто стоит на границе, кто понимает обе стороны и не принадлежит ни одной. К ней приходили те, кого сломали, те, кто носил в себе чужую тьму, те, кто не мог найти места в мире чистых категорий. И она помогала им. Не исцеляла, не спасала. Она учила их жить со своими шрамами. Учила превращать боль в силу, а память — в мудрость.
Её дом стоял на окраине мира, там, где заканчивались земли людей и начинались дикие пустоши. Это было место тишины и покоя, но покой этот был не отсутствием звука, а присутствием смысла. Каждое дерево, каждый камень, каждая тень здесь были частью её истории. Напоминанием о том, откуда она пришла, и свидетельством того, кем она стала.
Однажды вечером, когда солнце садилось, окрашивая небо в цвета пепла и золота, к её порогу постучали. На крыльце стояла молодая девушка, не старше двадцати лет, с глазами, в которых плескалась та самая..