Книги в жанре «Любовное фэнтези» по тегу «luchshie»
Он предал меня. Публично. Холодно. Без сожалений.
Мой муж — дракон, сильнейший в империи — привёл другую женщину и объявил: я больше ему не нужна.
Развод.
Позор.
Конец.
Я потеряла всё: имя, статус, дом.
Но он ошибся в главном.
Я не сломалась.
Я стану сильнее.
Я начну новую жизнь.
И больше никогда не буду той, которую можно унизить и выбросить.
Вот только есть проблема.
Он не отпустил.
И чем сильнее я пытаюсь уйти, тем опаснее становится его одержимость.
— Ты моя, — говорит он.
Но я больше не принадлежу ему.
И теперь вопрос только один:
кто из нас сломается первым?
Мой муж — дракон, сильнейший в империи — привёл другую женщину и объявил: я больше ему не нужна.
Развод.
Позор.
Конец.
Я потеряла всё: имя, статус, дом.
Но он ошибся в главном.
Я не сломалась.
Я стану сильнее.
Я начну новую жизнь.
И больше никогда не буду той, которую можно унизить и выбросить.
Вот только есть проблема.
Он не отпустил.
И чем сильнее я пытаюсь уйти, тем опаснее становится его одержимость.
— Ты моя, — говорит он.
Но я больше не принадлежу ему.
И теперь вопрос только один:
кто из нас сломается первым?
У некроманта Альдиса все шло по плану: тишина, порядок, свежеобновленная защита от разбойников и эпидемий. Но однажды утром его мрачная обитель превращается в цветущий сад — сквозь камни пробиваются растения, которых не видели триста лет. Гильдия присылает «ценного специалиста» — смешливую эльфийку-друида Лиссию, которая вместо ужаса приходит в восторг и начинает изучение аномалии в компании строгого некроманта. Что происходит, когда сталкиваются строгость и эмоциональность, "мертвая" и "живая" магии? Как оказалось, величайшие открытия!
Давненько в нашей академии не было такого переполоха.
К преподавательской работе по королевскому указу вернулся Родерик Риверстоун, некромант и самый завидный жених королевства.
Нелюдимый бирюк — и мечта всех женщин от мала до велика.
Вот только у Родерика есть маленькая тайна, о которой не знают наивные невесты.
Случайная жена, которой он обзавёлся в результате одного ритуала.
Откуда это известно мне?
Все очень просто.
Меня зовут Валерия Скворцова, и я стала той самой женой.
Когда попала сюда из своего родного мира.
Мы с Родериком не афишируем факт нашей женитьбы, но для академии наступают не самые лучшие времена.
И под угрозой может оказаться не только наша тайна, но и будущее всего мира.
В КНИГЕ ВАС ЖДУТ:
— неунывающая попаданка, которой поручили восстановить доброе имя некроманта
— некромант, который не горит желанием восстанавливать свое доброе имя
— неунывающий котик — еще более неунывающий, чем главная героиня, поскольку хочет удачно женить буку-некроманта
К преподавательской работе по королевскому указу вернулся Родерик Риверстоун, некромант и самый завидный жених королевства.
Нелюдимый бирюк — и мечта всех женщин от мала до велика.
Вот только у Родерика есть маленькая тайна, о которой не знают наивные невесты.
Случайная жена, которой он обзавёлся в результате одного ритуала.
Откуда это известно мне?
Все очень просто.
Меня зовут Валерия Скворцова, и я стала той самой женой.
Когда попала сюда из своего родного мира.
Мы с Родериком не афишируем факт нашей женитьбы, но для академии наступают не самые лучшие времена.
И под угрозой может оказаться не только наша тайна, но и будущее всего мира.
В КНИГЕ ВАС ЖДУТ:
— неунывающая попаданка, которой поручили восстановить доброе имя некроманта
— некромант, который не горит желанием восстанавливать свое доброе имя
— неунывающий котик — еще более неунывающий, чем главная героиня, поскольку хочет удачно женить буку-некроманта
Передо мной стоял огромный чёрный волк. Его шерсть отливала воронёной сталью в лунном свете, мышцы перекатывались под гладкой кожей. И глаза — жёлтые, светящиеся, хищные. Те самые глаза, которые я видела у Игната.
Я замерла. Воздух застрял в лёгких.
— Ты не боишься меня? — вдруг раздалось у меня в голове. Голос моего мужа — низкий, тёплый, чуть хрипловатый. Я узнала бы его из тысячи.
— Какого чёрта? — выдохнула я вслух. — Я схожу с ума?
Волк шагнул ко мне. Мягко, плавно, будто тек по воздуху. Он ткнулся носом мне в грудь, прямо в вырез пижамы, и я почувствовала его горячее дыхание.
— Нет. Ты не сошла с ума, — снова раздался его голос. — То, что ты видишь, — реально.
Я замерла. Воздух застрял в лёгких.
— Ты не боишься меня? — вдруг раздалось у меня в голове. Голос моего мужа — низкий, тёплый, чуть хрипловатый. Я узнала бы его из тысячи.
— Какого чёрта? — выдохнула я вслух. — Я схожу с ума?
Волк шагнул ко мне. Мягко, плавно, будто тек по воздуху. Он ткнулся носом мне в грудь, прямо в вырез пижамы, и я почувствовала его горячее дыхание.
— Нет. Ты не сошла с ума, — снова раздался его голос. — То, что ты видишь, — реально.
Владен Ройгард отверг меня перед всей стаей.
Сказал, что женщина с моей кровью опасна для волчат. Что рядом с альфой мне больше нет места. Что его дом больше не мой.
Я ушла в снег без защиты, без имени будущей луны и почти без сил. А потом нашла первого ребенка-оборотня — голодного, испуганного, с обломком железного ошейника на шее.
Потом второго. Третьего. Пятого.
Так появился Дом тепла — старый трактир у северной дороги, где потерянные волчата впервые перестали просыпаться от каждого шороха. Здесь пахло хлебом, дымом, травами и мокрой шерстью. Здесь дети учились спать без цепей. Здесь мой очаг не пускал тех, кто приходил забрать силой.
Но однажды на пороге появился Владен.
Он пришел за волчатами своей стаи.
Только теперь это был не его дом. И не его приказ.
Альфа может командовать Грозовым Логом. Но в моем доме он всего лишь мужчина, который однажды мне не поверил.
Сказал, что женщина с моей кровью опасна для волчат. Что рядом с альфой мне больше нет места. Что его дом больше не мой.
Я ушла в снег без защиты, без имени будущей луны и почти без сил. А потом нашла первого ребенка-оборотня — голодного, испуганного, с обломком железного ошейника на шее.
Потом второго. Третьего. Пятого.
Так появился Дом тепла — старый трактир у северной дороги, где потерянные волчата впервые перестали просыпаться от каждого шороха. Здесь пахло хлебом, дымом, травами и мокрой шерстью. Здесь дети учились спать без цепей. Здесь мой очаг не пускал тех, кто приходил забрать силой.
Но однажды на пороге появился Владен.
Он пришел за волчатами своей стаи.
Только теперь это был не его дом. И не его приказ.
Альфа может командовать Грозовым Логом. Но в моем доме он всего лишь мужчина, который однажды мне не поверил.
Мир, в существование которого я отказывалась верить, открылся передо мной после встречи с певцом Он Тэ-Ёном.
Его голос завораживает, улыбка - ослепляет, а глаза видят больше, чем кажется на первый взгляд.
Я боюсь, что скоро не смогу ему сопротивляться. Но с каждым днем в душе крепнет уверенность, что судьба намеренно отдаляет нас друг от друга.
Почему я плачу, когда слышу песни в его исполнении? И почему он уверен, что наша встреча была предопределена?
Он называет меня саланганой. Но разве я похожа на птицу?..
Его голос завораживает, улыбка - ослепляет, а глаза видят больше, чем кажется на первый взгляд.
Я боюсь, что скоро не смогу ему сопротивляться. Но с каждым днем в душе крепнет уверенность, что судьба намеренно отдаляет нас друг от друга.
Почему я плачу, когда слышу песни в его исполнении? И почему он уверен, что наша встреча была предопределена?
Он называет меня саланганой. Но разве я похожа на птицу?..
Марьяна три года держала осажденный замок вместо мужа, который не прислал ни письма, ни помощи. Когда войну выигрывает драконий генерал Радан, она впервые за долгое время позволяет себе поверить, что ее держат не за титул. Но объявляется живой муж и требует жену обратно по закону, а солдатский амулет, связавший ее с генералом в осаде, начинает гудеть при каждой его клятве верности. Марьяна должна сама разобрать чужую ложь, защитить свой замок и решить, кому она отдаст руку, имя и право решать за себя.
Вэрин был тёмным эльфом, и это определяло всё. Его кожа была цвета пепла, волосы — белыми, как снег, а глаза — красными, как угли. На его теле были татуировки — каждая за убитого. Их было так много, что не было места для новых.
Он был наёмником. Убийцей. Тем, кого нанимают, чтобы убрать тех, кого нельзя убрать открыто. Он не верил ни во что, кроме золота и стали. Любовь была для слабых. Милосердие — для глупых.
Его наняли убить магессу по имени Элара. Она была целительницей, служила в храме, лечила даже врагов. Это делало её опасной для тех, кто хотел войны. Её наниматель не хотел мира. Он хотел крови.
Вэрин проник в храм ночью. Он двигался бесшумно, как тень. Его клинок был отравлен — один порез, и она умрёт медленно, мучительно. Он нашёл её комнату, вошёл, приставил клинок к её шее.
Она не спала. Она сидела у окна и смотрела на луну. Она не вздрогнула, не закричала. Просто повернула голову и посмотрела на него...
Он был наёмником. Убийцей. Тем, кого нанимают, чтобы убрать тех, кого нельзя убрать открыто. Он не верил ни во что, кроме золота и стали. Любовь была для слабых. Милосердие — для глупых.
Его наняли убить магессу по имени Элара. Она была целительницей, служила в храме, лечила даже врагов. Это делало её опасной для тех, кто хотел войны. Её наниматель не хотел мира. Он хотел крови.
Вэрин проник в храм ночью. Он двигался бесшумно, как тень. Его клинок был отравлен — один порез, и она умрёт медленно, мучительно. Он нашёл её комнату, вошёл, приставил клинок к её шее.
Она не спала. Она сидела у окна и смотрела на луну. Она не вздрогнула, не закричала. Просто повернула голову и посмотрела на него...
Элрион выронил меч. Клинок с звоном упал на камни. Его разум, привыкший к холодной логике, затуманился. Жар её тела был невыносим, но именно этого жара он теперь жаждал всем существом. Он схватил её за талию, притягивая к себе. Их губы встретились в жадном, почти яростном поцелуе.
Она имела вкус пепла и дикого мёда. Его руки, привыкшие к луку и мечу, теперь жадно сжимали её горячие бёдра. Морвана обвила его шею руками, её ногти слегка впивались в его плечи, оставляя красные следы. Он поднял её, прижимая к шершавой коре дуба.
Каждое её прикосновение обжигало, каждое движение вызывало волну экстаза. Эльфийская сдержанность рушилась под натиском демонической страсти. Он впился губами в её шею, чувствуя, как бьётся её сердце, быстрое и горячее, как птица в клетке. Она выгнулась, издавая низкий, вибрирующий стон, который отозвался в его паху тяжёлым пульсом.
Их тела сплелись в ритме древнего танца. Прохлада его кожи и огонь её плоти создавали невероятный контраст.
Она имела вкус пепла и дикого мёда. Его руки, привыкшие к луку и мечу, теперь жадно сжимали её горячие бёдра. Морвана обвила его шею руками, её ногти слегка впивались в его плечи, оставляя красные следы. Он поднял её, прижимая к шершавой коре дуба.
Каждое её прикосновение обжигало, каждое движение вызывало волну экстаза. Эльфийская сдержанность рушилась под натиском демонической страсти. Он впился губами в её шею, чувствуя, как бьётся её сердце, быстрое и горячее, как птица в клетке. Она выгнулась, издавая низкий, вибрирующий стон, который отозвался в его паху тяжёлым пульсом.
Их тела сплелись в ритме древнего танца. Прохлада его кожи и огонь её плоти создавали невероятный контраст.
Лира была пикси, крошечной феей с прозрачными крыльями. Артур был человеком, лесником. Они любили друг друга, но разница в росте была проблемой. Пока Лира не нашла древний цветок, дающий временный рост.
Она выпила нектар, и её тело начало расти. Крылья исчезли, растворившись в магии. Теперь она была его размера. Артур смотрел на неё с изумлением и восторгом.
— Ты настоящая, — прошептал он, касаясь её лица.
— Временная, — усмехнулась она, её глаза всё ещё светились волшебным светом. — Но этой ночи хватит.
Лира была игривой, её природная шаловливость не исчезла. Она толкнула его на кровать, её движения были быстрыми, порывистыми. Она целовала его жадно, её зубы слегка кусали его губы.
Когда она оседлала его, Артур ахнул. Её тело было лёгким, но её магия делала каждое её движение невероятно интенсивным. Она двигалась внутри него, её смех смешивался со стонами. Пикси не знали сдержанности, их страсть была вспышкой, яркой и быстрой.
Артур сжимал её бёдра, чувствуя, как её магия...
Она выпила нектар, и её тело начало расти. Крылья исчезли, растворившись в магии. Теперь она была его размера. Артур смотрел на неё с изумлением и восторгом.
— Ты настоящая, — прошептал он, касаясь её лица.
— Временная, — усмехнулась она, её глаза всё ещё светились волшебным светом. — Но этой ночи хватит.
Лира была игривой, её природная шаловливость не исчезла. Она толкнула его на кровать, её движения были быстрыми, порывистыми. Она целовала его жадно, её зубы слегка кусали его губы.
Когда она оседлала его, Артур ахнул. Её тело было лёгким, но её магия делала каждое её движение невероятно интенсивным. Она двигалась внутри него, её смех смешивался со стонами. Пикси не знали сдержанности, их страсть была вспышкой, яркой и быстрой.
Артур сжимал её бёдра, чувствуя, как её магия...
ТОП лучших книг
Выберите полку для книги