Книги в жанре «Мистика»
Он всегда жил фрагментами — вечера, стримы, сторис, лайки. Пока одна «удачная» ночь не закончилась на перекрёстке, где кто‑то не доехал до больницы. Теперь он существует только там, где о нём вспоминают те, кому он принёс боль.
В безымянном продакшене оператор каждый день нажимает «rec» и «stop», настраивает свет и звук и отворачивается от готовых роликов. Ему достаточно видеть закулисье: крики, срывы, пустые глаза после команды «снято». Лица стираются, остаётся только картинка.
Единственное устойчивое присутствие здесь — менеджер: идеальный пиджак, рекламная улыбка и взгляд, проходящий сквозь людей, как через стекло. Он говорит про рынок, алгоритмы и то, что зритель быстро забывает тех, кто больше не в кадре.
Однажды в архивах оператор находит странную пустоту: стул, студия, свет — и никаких гостей, словно их вырезали из реальности без шва. Менеджер называет это гуманным забвением. У героя есть возможность нарушить тишину. Как же он поступит...
Единственное устойчивое присутствие здесь — менеджер: идеальный пиджак, рекламная улыбка и взгляд, проходящий сквозь людей, как через стекло. Он говорит про рынок, алгоритмы и то, что зритель быстро забывает тех, кто больше не в кадре.
Однажды в архивах оператор находит странную пустоту: стул, студия, свет — и никаких гостей, словно их вырезали из реальности без шва. Менеджер называет это гуманным забвением. У героя есть возможность нарушить тишину. Как же он поступит...
После Исчезновения в городе не осталось никого — кроме тех, кто появляются, когда тебе особенно больно, стыдно или страшно. Они ничего не делают. Они просто смотрят. И однажды я понял, что больше не хочу быть чьим‑то зрелищем.
После тяжёлой аварии Ольга возвращается домой, где её начинают преследовать необъяснимые явления: загадочные порезы на теле, странные звуки и чужие записи в личном дневнике. Чем глубже она погружается в поиски истины, тем сильнее осознаёт, что границы между реальностью и кошмаром становятся всё более хрупкими. Как далеко готова зайти героиня, чтобы выяснить правду о происходящем?
Пора бы закругляться, но картина уже начала говорить с ней — не словами, а ритмом мазков, напряжением линий. Она не могла остановиться.
Ещё один слой. Ещё один. Тени на холсте стали гуще, будто впитывали свет из комнаты.
Полина замерла.
Тени в мастерской тоже изменились.
Они были слишком густыми. Слишком неподвижными.
Ещё один слой. Ещё один. Тени на холсте стали гуще, будто впитывали свет из комнаты.
Полина замерла.
Тени в мастерской тоже изменились.
Они были слишком густыми. Слишком неподвижными.
Зимний лес. Заброшенный санаторий «Буревестник». Два смотрителя на неделю отрезаны от мира. Один из них — новичок, который надеялся в тишине справиться с собственными демонами. Второй — Ветров, человек, который знает каждую трещину в стенах и не задаёт лишних вопросов. Но в «Буревестнике» не бывает тишины. По ночам в подвале слышны голоса. В северном крыле наглухо заперты комнаты. А Ветров каждый раз находит объяснение: трубы, крысы, ветер. Психологический триллер о границе между спасением и одержимостью, одиночеством и безумием.
Земля помнит всё. Каждый шаг, каждое слово, каждую жизнь, что прошла по ней. Иногда эта память прорывается наружу, меняя правила привычного мира.
Двенадцать историй о том, что скрыто за краем зрения. Почему старые фундаменты хранят тепло ушедших эпох? Как обычное утро может стать началом вечности?
Здесь время течёт не линейно, а кругами. Здесь мертвые не уходят, а меняют форму. Здесь каждый из нас — продолжение чьей-то мечты и начало чьей-то судьбы. Истории для тех, кто чувствует: мы здесь не случайно.
Двенадцать историй о том, что скрыто за краем зрения. Почему старые фундаменты хранят тепло ушедших эпох? Как обычное утро может стать началом вечности?
Здесь время течёт не линейно, а кругами. Здесь мертвые не уходят, а меняют форму. Здесь каждый из нас — продолжение чьей-то мечты и начало чьей-то судьбы. Истории для тех, кто чувствует: мы здесь не случайно.
Саша проснулся от будильника в 6:45 как всегда. Умылся, выпил чаю, вышел из дома, сел в метро. На станции «Стрельцово» поезд остановился, открылись двери, и он увидел себя другого себя, который стоял и смотрел прямо на него. Тот он улыбнулся, ни естественно, слишком широко и прошипел сквозь смех губами:«Ты уже повторяешь это 36-ой раз». Саша закрыл глаза, а, когда снова открыл, он лежал в кровати. Будильник звенел и показывал на циферблате 6:45. Он закричал от не понимания, ударил кулаком по будильнику, встал и пошёл в ванну, но там стоял он, Саша провалился будто бы в забытьё. Открыв глаза первое, что он увидел это 6:45.
Когда рассудочный лондонский врач Элиас Вэнс приезжает в Северную Англию, чтобы принять в наследство усадьбу покойного дяди, он не верит ни в семейные проклятия, ни в шепот из-под половиц — до первой ночи, когда из-под пола кабинета раздается голос, называющий его по имени, а наутро земляной пол подвала оказывается взрыхлен снизу, будто нечто огромное пробивается на свет. Но что, если дом построен не над землей, а над пастью — и ты уже стоишь на языке?
Охотник на нечисть Сергей привык к пустым форумам и дешёвым городским легендам, но однажды он получает анонимное сообщение с видео ночного ритуала в лесу: фигуры в капюшонах вызывают огненное заклинание, а оператор едва спасается под звуки выстрелов. Приложенные списки пропавших без вести ведут в тихий город Краснолукский, где внешнее спокойствие лишь маска для чего-то древнего и кровавого. Сергей отправляется туда, ещё не зная главного: кто прислал это предупреждение — потенциальная жертва, желающая помощи, или сам охотник стал пешкой в игре, где грань между добром и злом давно стёрта?
Выберите полку для книги