Подборка книг по тегу: "интересное"
— Никогда больше не произноси при мне это слово.
— Какое? Сестра?
Машину не заносит. Заносит меня.
Я наклоняюсь к ней — так близко, что вижу чёрный ободок в серых глазах.
— Не рассчитывай давить на братские чувства. Их нет. И знаешь почему? Я Герману не сын. Ни капли его крови во мне нет. Так что я тебе не брат. Даже если ты трижды его дочь — я. Тебе. Никто.
Мир качается, как палуба.
Потому что я только что выдал чужому человеку то, что прятал от целого города.
— Зачем вы мне это сказали? — спрашивает она тихо.
Секунда. Ещё одна.
— Чтобы ты понимала расклад.
***
Она появилась на поминках в мокром пальто, с одним потёртым конвертом и назвала себя дочерью моего отца. Дочь женщины, из-за которой умерла моя мать. Я обязан её ненавидеть. Но чем сильнее я пытаюсь вытолкнуть её из своей жизни, тем крепче она врастает в неё. И однажды мне придётся выбрать: сохранить империю отца или девушку, которую весь город считает моей сестрой.
— Какое? Сестра?
Машину не заносит. Заносит меня.
Я наклоняюсь к ней — так близко, что вижу чёрный ободок в серых глазах.
— Не рассчитывай давить на братские чувства. Их нет. И знаешь почему? Я Герману не сын. Ни капли его крови во мне нет. Так что я тебе не брат. Даже если ты трижды его дочь — я. Тебе. Никто.
Мир качается, как палуба.
Потому что я только что выдал чужому человеку то, что прятал от целого города.
— Зачем вы мне это сказали? — спрашивает она тихо.
Секунда. Ещё одна.
— Чтобы ты понимала расклад.
***
Она появилась на поминках в мокром пальто, с одним потёртым конвертом и назвала себя дочерью моего отца. Дочь женщины, из-за которой умерла моя мать. Я обязан её ненавидеть. Но чем сильнее я пытаюсь вытолкнуть её из своей жизни, тем крепче она врастает в неё. И однажды мне придётся выбрать: сохранить империю отца или девушку, которую весь город считает моей сестрой.
— Мам, мы ничего не сломали! — торопливо сообщает Макс, решив, что сейчас самое подходящее время для оправданий. — Мы хотели только посмотреть.
— Изнутри, — уточняет Даня.
— А этот дядя-военный нас поймал, — Лева показывает на Тиграна. — Он тут главный. Командует всеми. Крутой!
Мальчики говорят и говорят, а я не могу выдавить и слова. Не могу даже поздороваться с ним. Или схватить мальчиков и сбежать. Я застыла на месте, как статуя, и только моргаю. Иногда.
Потому что в голове вновь раздаются взрывы, сыплется песок, а Тигран закрывает меня от беды своим телом.
— Гх-гх… Это ваши дети? — откашлявшись, спрашивает он.
И хотела бы я ответить, что работаю няней, но…
— Да, они мои, — приходится признать.
И твои... добавляю я уже про себя.
— Изнутри, — уточняет Даня.
— А этот дядя-военный нас поймал, — Лева показывает на Тиграна. — Он тут главный. Командует всеми. Крутой!
Мальчики говорят и говорят, а я не могу выдавить и слова. Не могу даже поздороваться с ним. Или схватить мальчиков и сбежать. Я застыла на месте, как статуя, и только моргаю. Иногда.
Потому что в голове вновь раздаются взрывы, сыплется песок, а Тигран закрывает меня от беды своим телом.
— Гх-гх… Это ваши дети? — откашлявшись, спрашивает он.
И хотела бы я ответить, что работаю няней, но…
— Да, они мои, — приходится признать.
И твои... добавляю я уже про себя.
Капитан баскетбольной команды спас меня от изнасилования и восстановил репутацию «давалки» — просто назвав своей. Фёдору нужны мои оценки, мне нужна его защита. Фальшивые отношения без чувств — идеальный план.
Но когда его командный голос срывается на шёпот, а случайные прикосновения задерживаются дольше, чем нужно, я забываю, что это всего лишь спектакль. Как устоять и не влюбиться в того, кто разрушит тебя одним щелчком пальцев?
— Лети, лепесточек, прямо ко мне в руки…
Но когда его командный голос срывается на шёпот, а случайные прикосновения задерживаются дольше, чем нужно, я забываю, что это всего лишь спектакль. Как устоять и не влюбиться в того, кто разрушит тебя одним щелчком пальцев?
— Лети, лепесточек, прямо ко мне в руки…
— Мне нужна невеста. Приличная, с хорошей речью. Я предлагаю тебе контракт на три месяца. По истечении срока — мирно расходимся, версия для прессы «не сошлись характерами».
— А я получаю…
Он называет сумму.
Я молчу. Долго. Считаю.
Это — ипотека закрыта. Это — декрет, который я смогу позволить себе. Это — год жизни без паники.
— Марк, — говорю я тихо. — Я должна вам кое-что сказать. И после этого вы, возможно, сами откажетесь...
Он чуть приподнимает бровь.
— Я беременна, — говорю я. — Где-то шесть-семь недель. И, Марк… отец ребёнка – ваш брат.
***
За один день я потеряла всё: работу, личную жизнь и, кажется, рассудок. А ещё узнала, что беременна — от мужчины, который женился на другой.
И в этот же день я въехала задом в чёрный Bentley.
Я узнала это лицо сразу.
Марк Велесов. Старший брат человека, от которого я ношу ребёнка. И мужчина, который предложил мне сделку.
Я думала, это будет легко. Как же я ошибалась…
— А я получаю…
Он называет сумму.
Я молчу. Долго. Считаю.
Это — ипотека закрыта. Это — декрет, который я смогу позволить себе. Это — год жизни без паники.
— Марк, — говорю я тихо. — Я должна вам кое-что сказать. И после этого вы, возможно, сами откажетесь...
Он чуть приподнимает бровь.
— Я беременна, — говорю я. — Где-то шесть-семь недель. И, Марк… отец ребёнка – ваш брат.
***
За один день я потеряла всё: работу, личную жизнь и, кажется, рассудок. А ещё узнала, что беременна — от мужчины, который женился на другой.
И в этот же день я въехала задом в чёрный Bentley.
Я узнала это лицо сразу.
Марк Велесов. Старший брат человека, от которого я ношу ребёнка. И мужчина, который предложил мне сделку.
Я думала, это будет легко. Как же я ошибалась…
Ее воспитывали как принцессу. Сказочно красивый ребёнок превратился в избалованную неприметную девушку. Сказка о гадком утёнке наоборот.
Вынужденный переезд привёл Эллу к Владу. Сначала в его офис, а потом и в его дом…
Как не помочь бедной родственнице? Бесполезная блеклая девчонка, с высокомерием королевы. А ещё бедовая на всю голову. Элла-Круэлла…
Как ребёнок. Потерялась, паспорт не взяла, трудоустроилась, а зарплату не знает. Такая наивная? У меня прям чувство ответственности по отношению к ней разыгралось.
Волновался, не вляпалась ли она снова в неприятности. Даже геолокацию проверял. Сталкер, блин. Пора завязывать. Она взрослая.
А что потом началось… Придётся снова разруливать ее проблемы. Отвёз к себе. А что делать то? Не на улице же оставлять.
Утро началось с грохота. Интересно, какой общий ущерб она нанесёт дому за время проживания. Но вообще, я уже не удивляюсь, девочка - магнит для неприятностей.
Вынужденный переезд привёл Эллу к Владу. Сначала в его офис, а потом и в его дом…
Как не помочь бедной родственнице? Бесполезная блеклая девчонка, с высокомерием королевы. А ещё бедовая на всю голову. Элла-Круэлла…
Как ребёнок. Потерялась, паспорт не взяла, трудоустроилась, а зарплату не знает. Такая наивная? У меня прям чувство ответственности по отношению к ней разыгралось.
Волновался, не вляпалась ли она снова в неприятности. Даже геолокацию проверял. Сталкер, блин. Пора завязывать. Она взрослая.
А что потом началось… Придётся снова разруливать ее проблемы. Отвёз к себе. А что делать то? Не на улице же оставлять.
Утро началось с грохота. Интересно, какой общий ущерб она нанесёт дому за время проживания. Но вообще, я уже не удивляюсь, девочка - магнит для неприятностей.
- А через сколько мы закончим? – спросила меня клиентка, ткнув пальчиком со свежим маникюром в экран телефона, чтобы узнать время.
- Почти закончили, - я невольно бросила взгляд на ее телефон и обомлела – на заставке было фото моего мужа...
Узнав об измене мужа, я придумала хитрый план. На что только не пойдешь, чтобы вернуть блудного мужа в лоно семьи.
- Почти закончили, - я невольно бросила взгляд на ее телефон и обомлела – на заставке было фото моего мужа...
Узнав об измене мужа, я придумала хитрый план. На что только не пойдешь, чтобы вернуть блудного мужа в лоно семьи.
В хрупком теле барышни из позапрошлого века таится душа, закалённая в XXI столетии. Полина Романова восстаёт против оков Российской империи, изгоняет алчных опекунов и устремляет взор к златоглавой Москве, где Кузнецкий мост тонет в дерзких кражах. Полиция в смятении, но Полина, воспитанная детективными романами и законами будущего, видит закономерности в хаосе. Бросая вызов обществу, она вступает в рискованный союз с князем Дмитрием Волконским, начальником отдела расследований. В пучине преступных интриг Полина сталкивается с легендами старой Москвы — шепотом о призрачной карете и проклятии моста, той самой карете, что швырнула её сквозь время. Разгадка тайн не только изловит воров, но и раскроет, почему её судьба переплелась с этой эпохой. Волконский, пленённый проницательностью Полины, испытывает к ней уважение и влечение, омрачённое пропастью сословий и надвигающейся бурей политических перемен в России начала XX века.
У Эли была жизнь. Такая же, как и у всех. Любящие родители, верная подруга, учёба, несвойственная многим доброта к тем, на кого всем плевать. Но однажды она подала руку не тому человеку, и он стал её тенью, её защитой, риском и искушением. Её сталкером.
Он калечит тех, кто заставляет Элю плакать. Чужая жизнь для него ничего не стоит. Он — Тень. Он — призрак. Он — её стена от опасностей.
Но всё ли так просто, как кажется на первый взгляд?
Годы незримого присутствия, наблюдения, сталкинга. Одна допущенная ошибка с его стороны— и она его замечает. Один опрометчивый поступок с её — и он навсегда меняет её жизнь.
Он калечит тех, кто заставляет Элю плакать. Чужая жизнь для него ничего не стоит. Он — Тень. Он — призрак. Он — её стена от опасностей.
Но всё ли так просто, как кажется на первый взгляд?
Годы незримого присутствия, наблюдения, сталкинга. Одна допущенная ошибка с его стороны— и она его замечает. Один опрометчивый поступок с её — и он навсегда меняет её жизнь.
Своё тридцатилетие подруга Олеси решила отметить не в душном ресторане, а в самом сердце питерского ужаса — в комнате страха на краю промзоны, где ровно час двух девушек преследуют безликие и убедительные актеры с ножами и бензопилами. Это должно было быть смешно и весело. Просто адреналин, просто крик, просто объятия с брызгами шампанского после финальной сирены.
Но игра в прятки не закончилась с сигналом таймера, и «маньяки» решили не останавливаться на достигнутом. Теперь весь Петербург — это их личная комната страха.
Но игра в прятки не закончилась с сигналом таймера, и «маньяки» решили не останавливаться на достигнутом. Теперь весь Петербург — это их личная комната страха.
Один день из жизни врача. Это не миф, не иллюзия и не сказка. Просто знайте, что такие врачи существуют на самом деле.
Выберите полку для книги