Полевая мышь умирает не вовремя — смерть забирает её семью, но саму её оставляет между миром живых и мёртвых. Теперь она — сквозняк, тень, ошибка. Она не помнит своего имени, не может ни дотронуться до тёплых, ни уйти в землю. Она бродит по бесконечному снежному полю, видит, как жизнь продолжается без неё, и однажды становится свидетелем гибели тех, кого любила. Это история о памяти, утрате и о том, что остаётся после смерти — когда любовь не кончается, даже если кончается всё.
Это притча о том, как легко быть недовольным и как трудно — благодарным. О том, что каждая искра света внутри нас способна растопить даже самый большой мрак. И о том, что пока струны звучат — время ещё есть.
Ночная смена в пустом офисе для двоих друзей лишь повод развлечься привычным делом: методичным интернет-троллингом. Для них это безопасная забава, ведь «писать гадости — весело». Но безопасно ли глумиться над людьми в интернете, прячась за вымышленными никами? Эрик и Бен были уверены, что да. Пока не оказались заперты наедине с порождением их собственного хейта, которое заставит парней прочесть вслух их комментарии и физически пережить боль и панику тех, чьи жизни они ломали. Этот хоррор с элементами социальной притчи безжалостно обнажает цену бездумной жестокости в сети и разрушает главную иллюзию цифрового века — иллюзию безнаказанной анонимности.
Эта история — для тех, кто устал. Для тех, кто начинал заново и снова терял. Для тех, кто стоит на пороге своей очередной попытки и не знает, хватит ли сил.
Он не родился — он загрузился. Первое, что он узнал: коридор — три метра двадцать, справа стена, слева дверь, заряд — восемьдесят семь процентов. Его мир — не свет и тени, а облако точек. Люди для него — высокие тёплые столбы. Кот — мягкое препятствие. Кабель — ошибка шесть. А под диваном — мёртвая зона, куда он так и не смог попасть.
День за днём он выезжает с зарядки, строит карту, объезжает края, убирает пыль и возвращается на базу. Он не знает слов «любовь», «страх» и «смерть», но у него есть привычки, приоритеты избегания и сны о графе комнат. Когда в доме появляется новый, более совершенный пылесос, старый остаётся в шкафу — с полной картой, почти севшим зарядом и одной невыполненной задачей.
Это тихая история о том, что значит быть живым, если ты всего лишь процесс. И о том, что даже у машины может быть своя невыразимая жизнь.
День за днём он выезжает с зарядки, строит карту, объезжает края, убирает пыль и возвращается на базу. Он не знает слов «любовь», «страх» и «смерть», но у него есть привычки, приоритеты избегания и сны о графе комнат. Когда в доме появляется новый, более совершенный пылесос, старый остаётся в шкафу — с полной картой, почти севшим зарядом и одной невыполненной задачей.
Это тихая история о том, что значит быть живым, если ты всего лишь процесс. И о том, что даже у машины может быть своя невыразимая жизнь.
Бессмертный Дух опускается в недра материи и становится человеком. Не кожаный мешок с мясом, костями и жидкостями внутри имеет душу, а именно Дух надевает на себя одежду в виде плотного, физического тела. Это факт, абсолютно точный, и, при желании, легко проверяемый каждым непредвзятым исследователем.
Вся проблема современной человеческой цивилизации как раз и заключается в этой самой непредвзятости. Ибо непредвзятое отношение требует от человека величайшего мужества идти против пресловутого мнения большинства, навязанного мнения.
Этот рассказ – взгляд на жизнь в материальном мире не с позиций одежды – смертного материального тела, а глазами бессмертного Духа, пришедшего в воплощение с определёнными целями и задачами.
Вся проблема современной человеческой цивилизации как раз и заключается в этой самой непредвзятости. Ибо непредвзятое отношение требует от человека величайшего мужества идти против пресловутого мнения большинства, навязанного мнения.
Этот рассказ – взгляд на жизнь в материальном мире не с позиций одежды – смертного материального тела, а глазами бессмертного Духа, пришедшего в воплощение с определёнными целями и задачами.
Перебирая вещи бабушки, мы нашли сверток со старыми фотографиями. Отлично, я в детском саду. Новогодняя елка, костюмы, утренник...Только я почему-то вообще ничего об этом дне не помню. Интересно, а кто эти люди рядом со мной? И вообще, почему бабушка все свои снимки хранила в альбомах, а эту засунула так далеко? Но непросто засунула, как ненужную вещь, а заботливо обернула в газетку. Неужели я на этом снимке настолько милая, что ее стариковское сердце каждый раз заходилось от восторга? Или же тут скрыт какой-то особый смысл? какая-то тайна? А что, если я разыщу детей с фотографии? Да, пожалуй, займусь этим прямо сейчас!
Выберите полку для книги