Социальная фантастика бесплатные
Ситуация: тебя подставили, уволили, ты умерла в туалете офиса. Просыпаешься за три недели до этого. Что делаешь?
— Спасаешь проект? ❌
— Раскрываешь заговор? ❌
— Отдаёшь проект врагу и смотришь, как он сам себя уничтожает? ✅
Корпоративный ад, временная петля и месть без грязных рук.
— Спасаешь проект? ❌
— Раскрываешь заговор? ❌
— Отдаёшь проект врагу и смотришь, как он сам себя уничтожает? ✅
Корпоративный ад, временная петля и месть без грязных рук.
В семьях, где правят деньги, нет места слабости.
Рейвен Восс узнала это, когда переступила порог особняка своих биологических родителей. Её место уже было занято — Серафиной, идеальной, любимой, безжалостной.
Она отняла у Рейвен всё. Но Рейвен вернулась — с одним единственным оружием. Она слышит мысли Серафины. И она может переписывать их.
Серафина разрушила её жизнь. Теперь Рейвен заставит её разрушить свою собственную.
Рейвен Восс узнала это, когда переступила порог особняка своих биологических родителей. Её место уже было занято — Серафиной, идеальной, любимой, безжалостной.
Она отняла у Рейвен всё. Но Рейвен вернулась — с одним единственным оружием. Она слышит мысли Серафины. И она может переписывать их.
Серафина разрушила её жизнь. Теперь Рейвен заставит её разрушить свою собственную.
В 2126 году биткоины стали музейным экспонатом и мифом из учебников истории, так как все финансовые системы давно просчитывались квантовыми компьютерами. Предложение вложиться в биткоины спустя век считалось вопиющей глупостью — это как если бы в 2026 году вам предложили купить акции компании по производству паровозов.
В 2126 году искусственный интеллект развился настолько, что быть идеальным стало дурным тоном. Роботы безупречно писали симфонии, без единой ошибки вели бухгалтерию и никогда не опаздывали.
В мире, утомлённом совершенством, возникла новая элита — Настоящие Люди. Чтобы получить этот статус, налоговые льготы и право официально ошибаться, гражданам приходилось сдавать строжайший государственный экзамен на «углеродную аутентичность».
Тридцатилетний Питер готовился к сдаче экзамена очень серьёзно.
В 2126 году искусственный интеллект развился настолько, что быть идеальным стало дурным тоном. Роботы безупречно писали симфонии, без единой ошибки вели бухгалтерию и никогда не опаздывали.
В мире, утомлённом совершенством, возникла новая элита — Настоящие Люди. Чтобы получить этот статус, налоговые льготы и право официально ошибаться, гражданам приходилось сдавать строжайший государственный экзамен на «углеродную аутентичность».
Тридцатилетний Питер готовился к сдаче экзамена очень серьёзно.
Она уже прожила свою смерть — и знает цену каждого поцелуя, каждой улыбки, каждого обещания.
Вернувшись, Мирабелла позволяет сопернице украсть её место, чтобы посмотреть, как та сама окажется в клетке, которую так жадно желала.
Мирабелла не спасает мир, не ищет любви и не ждёт справедливости.
Она просто знает, что будет дальше.
И использует это знание так, как хочет.
Это история не о мести — а о свободе, которую даёт отсутствие иллюзий.
Вернувшись, Мирабелла позволяет сопернице украсть её место, чтобы посмотреть, как та сама окажется в клетке, которую так жадно желала.
Мирабелла не спасает мир, не ищет любви и не ждёт справедливости.
Она просто знает, что будет дальше.
И использует это знание так, как хочет.
Это история не о мести — а о свободе, которую даёт отсутствие иллюзий.
"Учёный Иван Иванович валялся на диване, погружённый в таинственный ритуал; его дыхание было неровным, прерывистым; он будто исполнял некий священный танец воздуха, механически втягивая и выталкивая его из лёгких. В лаборатории царил хаос звуков: громко, почти вызывающе, гремел вальс Арама Хачатуряна к драме Михаила Лермонтова «Маскарад». Роковые интонации, нежность и фатализм гениального композитора заполняли стены лаборатории, сплетаясь в причудливый гобелен эмоций. Музыка резала слух, вибрировала в воздухе, а Иван Иванович лежал с закрытыми глазами, полностью растворяясь в мелодии; его лицо сейчас выглядело почти блаженным. Лёгкая улыбка то и дело проскальзывала на его губах, как будто он общался с невидимым собеседником. Вокруг него царил творческий беспорядок: на столе и диване хаотично были раскиданы тоненькие книги с загадочным названием «Рыдающее дыхание»."
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Это пятнадцатая глава из романа "Ожившие по ошибке".
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Это пятнадцатая глава из романа "Ожившие по ошибке".
Цифровая реальность строится на строгой логике, математических алгоритмах и чистых данных, где нет места иллюзиям или обману. Это пространство, где каждый процесс поддается расчёту, а результат всегда закономерен.
В 2028 году всё население планеты Земля переселилось в цифровые объятия персональных ИИ-ассистентов. Люди больше не заводят друзей — они покупают подписку на «Идеального Собеседника v5.0».
Всё человечество упоенно шепчется со своими наушниками и задумчиво пялится в смарт-очки, консультируясь с нейросетями по поводу цвета носков, смысла жизни и рецепта яичницы.
Но Фрэнк — неисправимый романтик прошлого века. Ему хочется настоящего, живого, несовершенного человеческого общения.
В 2028 году всё население планеты Земля переселилось в цифровые объятия персональных ИИ-ассистентов. Люди больше не заводят друзей — они покупают подписку на «Идеального Собеседника v5.0».
Всё человечество упоенно шепчется со своими наушниками и задумчиво пялится в смарт-очки, консультируясь с нейросетями по поводу цвета носков, смысла жизни и рецепта яичницы.
Но Фрэнк — неисправимый романтик прошлого века. Ему хочется настоящего, живого, несовершенного человеческого общения.
Их любовь невозможная, не названная, не получившая право на существование была обречена на болезненное для обоих расставание. Они жили порознь в разных мирах на протяжении десятков человеческих жизней. Они пошли каждый своим путём. Но любовь оставила след. Она ждала своего часа, ждала, когда они встретятся снова.
Разница в возрасте, в статусе и положении, гордость и страх потери, смирение перед невозможностью осуществить свои истинные желания встают между ними.
Они обрели единство перед лицом вечности, заключив нерушимый небесный Союз двух начал, но что же делать с таким земным желанием жгучих прикосновений не к душе, но к плоти?
В мире, где неравные браки и супружеская неверность стали обыденностью и почти что нормой, тонкие материи - удел избранных. А не всегда ли было так?
Смогут ли Архангелы Амели и Рольф преступить внутренние нравственные грани и обрести друг друга в земном воплощении? Или же возвышенная любовь погибнет, нарушив запреты?
Разница в возрасте, в статусе и положении, гордость и страх потери, смирение перед невозможностью осуществить свои истинные желания встают между ними.
Они обрели единство перед лицом вечности, заключив нерушимый небесный Союз двух начал, но что же делать с таким земным желанием жгучих прикосновений не к душе, но к плоти?
В мире, где неравные браки и супружеская неверность стали обыденностью и почти что нормой, тонкие материи - удел избранных. А не всегда ли было так?
Смогут ли Архангелы Амели и Рольф преступить внутренние нравственные грани и обрести друг друга в земном воплощении? Или же возвышенная любовь погибнет, нарушив запреты?
Искусственный интеллект - одно из вожделенных желаний человечества, но так ли всё просто с ним? Какие тайны в себе он хранит? К каким последствиям может привести? Готов ли человек обрести новый статус - истинного интеллекта?
Мир рухнул в один день.
Шестнадцатилетняя Агнес Бишоп из Омахи теряет привычную жизнь: школу, друзей, дом. Вместе с отцом она пробивается сквозь заражённую Америку — от Небраски до пустынь и закрытых военных зон. По пути они сталкиваются с человеческой жестокостью, отчаянием и выбором, который невозможно сделать без потерь. Отец учит её трём правилам: избегать людей, не быть ранимой, не останавливаться.
Но правила не спасают. Оставшись одна, Агнес находит убежище в лесном лагере выживших — и там встречает Мейсона, юношу с тяжёлым прошлым, и других людей, каждый из которых несёт свою боль. Но страшные сны девушки предупреждают: ОНИ придут за ними. Верить ли снам? Идти дальше или ждать конца?
Шестнадцатилетняя Агнес Бишоп из Омахи теряет привычную жизнь: школу, друзей, дом. Вместе с отцом она пробивается сквозь заражённую Америку — от Небраски до пустынь и закрытых военных зон. По пути они сталкиваются с человеческой жестокостью, отчаянием и выбором, который невозможно сделать без потерь. Отец учит её трём правилам: избегать людей, не быть ранимой, не останавливаться.
Но правила не спасают. Оставшись одна, Агнес находит убежище в лесном лагере выживших — и там встречает Мейсона, юношу с тяжёлым прошлым, и других людей, каждый из которых несёт свою боль. Но страшные сны девушки предупреждают: ОНИ придут за ними. Верить ли снам? Идти дальше или ждать конца?
Мир рухнул в один день. Мужчины падают без видимой причины, города охватывает паника, а по улицам начинают бродить ОНИ — люди, потерявшие рассудок и жаждущие только крови. Никто не знает, что это: вирус, биотерроризм или кара небесная. Официальные власти молчат, а те, кто понял правду, уже бегут.
Это история о конце мира, который начался не с вируса, а с людей. О страхе, любви, предательстве и вере, которая остаётся, когда рушится всё остальное. Роман для тех, кто ищет в постапокалипсисе не только ужас, но и свет человеческой души.
Это история о конце мира, который начался не с вируса, а с людей. О страхе, любви, предательстве и вере, которая остаётся, когда рушится всё остальное. Роман для тех, кто ищет в постапокалипсисе не только ужас, но и свет человеческой души.
Подборка книг
Выберите полку для книги