Книги в жанре «Деревенский роман» по тегу «yumor-i-lyubov»

- Привет, малышка, – осторожно подхожу к девочке, чтобы не напугать.
- Я не малышка, – гордо выпятив подбородок, перемазанный моей же клубникой, заявляет эта маленькая кукла.
- А кто?
- Я дочка генерального!
И этим всё сказано. Вздыхаю, так как предчувствие моё не обманешь.
- А ты кто? – строго продолжает ребёнок.
- Я? Я клубничная фея. Добро пожаловать в мой сад.
***
В моей сказке не было принца, зато был прекрасный магазинчик натуральных продуктов. Но когда один жадный беспардонный негодяй угробил мой бизнес, я вернулась в деревню.
Но чего я не ожидала, так это спустя два года, встретить этого беспредельщика на своей скромной ферме по выращиванию клубники. И этот петух снова с претензиями в мой адрес!
А не пойти бы вам, мистер Генеральный, вонь!

— Мне нужна работа.
Сосед придирчиво осматривает меня с ног до головы. Задерживается на моём маникюре.
— И что ты делать будешь? Кур доить? Справишься-то с такими когтями?
Поджимаю губы и со всей уверенностью заявляю:
— Справлюсь!
Снова осматривает меня. Кивает.
— Побудешь женой на вечер, а там посмотрим.

Если бы мы только знали, чем закончится тот вечер, то никогда не пошли на эту сделку.
Он считает меня избалованной барышней из столицы. Я его деревенским чурбаном. Мы мечтаем прибить друг друга, но вынуждены отыгрывать любовь.
И только его очаровательная дочка верит, что наша игра может перерасти в нечто большее.

Однажды любому терпению приходит конец.
Устав от оскорблений нового руководителя фирмы, я послала его куда подальше. Как есть, прямым текстом. В общем, сделала то, о чем мечтают многие.
Он цеплялся ко всему, что я делала. Ему не нравилась моя внешность с лишними килограммами, не нравились веснушки и цвет моих волос. Ему даже имя моё не нравилось!
И плевать, что своим поступком я перечеркнула восемь лет, которые отдала этой фирме, работая без сна и отдыха.
Собрала вещи и уехала в деревню, начинать новую жизнь.
Но я не была готова к тому, что через месяц на пороге моего деревенского дома появится посланный мной руководитель с желанием послать меня туда, куда я точно не хочу – к нему в жёны.

— Открывайте! — звучит из-за двери рассерженный голос соседки.
Любопытно, что на этот раз фею разозлило. Готовлюсь укрощать недотрогу, открываю дверь.
Ухмылка падает на пол, а из фраз остаются нецензурные. Фея в бешенстве.
— Вот! Полюбуйтесь!
Любуюсь. Смотрю, как с белокурых волос ее дочери жирными каплями стекает синяя краска. Логика подсказывает, что без Вовки тут не обошлось.
— Оп-па, — усмехаюсь. — А ты у нас кто? Мальвина? Аватар?
— Прекратите издеваться! Ваш внук Агату краской облил.
Вовка шуршит и уже возможно удирает через окно. Понял, паршивец, что снова деду малину обломал своей войной с девчонкой.
— Понял. Разъяснительную беседу проведу. А ты как заскучаешь, на чай приходи. Кино посмотрим. Про синих человечков.
Фея фыркает, хватает за руку дочь и уходит, что-то бубня под нос.
Вот спасибо, внучек. Удружил. С девчонкой ругаешься ты, а страдает дед.
— Буратино! Сынок! — ору вглубь дома. — Неси инструменты. Сейчас тебе дед сучки равнять будет. Рубанком.

В пятницу мой библиобус закроют. А в понедельник в него садится Антон Соколов — аудитор, который должен решить, нужен ли району этот маршрут.

У него планшет, безупречные таблицы и опасная привычка задавать правильные вопросы. У меня — семь посёлков, старый автобус и чёрная тетрадь, где записано то, чего не бывает в библиотечных отчётах.

По документам я выдаю книги. На деле вожу лекарства, помогаю записаться к врачу, отправляю заявления и соединяю с миром тех, кому давно не до романов. Антон считает это нарушениями. Я — своей работой.

У нас пять дней, чтобы не возненавидеть друг друга и найти законный способ спасти маршрут. Но чем дальше автобус уходит по разбитым дорогам, тем труднее понять, чего я боюсь сильнее: его честного отчёта — или того, что после пятницы он уедет.

Тёплая романтическая комедия о взрослых героях, семи посёлках и любви, которая начинается со спора о глаголах.

– Хочешь, чтобы я подписал эти бумаги? – спросил он, подаваясь вперед и опираясь локтями о стол. Он осмотрел меня. Медленно. Снизу вверх. С явным интересом, от которого у меня мурашки побежали по спине.
Я вспомнила, как он смотрел на меня в самолёте, его руки, его дыхание на моей шее, его голос.
Он помнил. Чёрт, он помнил всё до мельчайших деталей, и эта ухмылка на его лице говорила об этом яснее любых слов.
– Я сделаю это, – сказал он, с ленивой, опасной ноткой, которая свела меня с ума десять тысяч метров над землёй. – Но только при одном условии.
Он помолчал, глядя мне прямо в глаза. Я задержала дыхание, надеясь, что он видел сейчас во мне не просто городскую, зазнавшуюся карьеристку.
– Если ты проведешь это лето здесь. В Сибири.

Черный внедорожник промчался мимо меня, окатив водой из лужи. И теперь я стояла, буквально обтекая и глупо хлопала ресницами. Черная махина резко затормозила и сдала назад, снова въезжая в ту самую лужу и окатывая меня повторно.
- Прости, зай, не заметил, - раздалось глумливое из окна машины. Потом и вовсе просунулась рука с крупной купюрой. – На, это тебе на чистку. Без обидок.
Отвечать ничего не стала. Просто подошла поближе и выплеснула то, что у меня заменило кофе в чашке, этому козлу в физиономию.
- Ты охренела? – последовал весьма знакомый гневный рык в ответ. – Горячий же.
- Подумаешь, - пожала равнодушно плечами. – Вот вам на мазь от ожогов: - Сообщила и, выхватив крупную купюру из пальцев козла, прилепила ему на лоб.
***********
Отправляясь на отдых к бабушке, совершенно не ожидала, что противный отпрыск босса окажется моим соседом. Ну что же, данный отпуск он запомнит надолго. Правда, его дед с моей бабушкой, кажется, что-то замышляют.

Зоя приезжает в деревню к бабушке, залечивать душевные раны после измены мужа с ее лучшей подругой. Неожиданно она встречает Степана, ее первую любовь, который тоже гостит у своей бабули…Две старушки -хохотушки активно сводят своих внуков вместе , ведь они то лучше знают, что Зоя и Степан просто созданы друг для друга!

Ночь. Трасса. Я ковыляю по обочине.
В одной руке сломанный каблук. В другой поросёнок.
Пятачок хрюкает, словно смеётся.
Вдруг из темноты выплывает «бентляк». Чёрный, матовый, с тонировкой «я слишком богат, чтобы на меня пялились».
Вытягиваю руку. Стекло опускается.
За рулём харизма во плоти с квадратной челюстью в тёмных очках и в костюме от кутюр…
— Чего на трассе? Плечевая, что ли? Так здесь дальнобои не ездят.
— Дяденька… подвезите… меня с Фунтиком… до поворота… Па–жа–а–льста–а… — лепечу, натянув на лицо маску «невинной няшности».
Брутал кивает. Я плюхаюсь на дорогое сидение, прижимая поросёнка.
— Маньяк?! — выдыхаю, зевая.
Слышу в ответ «агась» и проваливаюсь в темноту, еще не зная, что утро меня очень и очень удивит…

— Вас же Василиса зовут?
— Да, — ответила я.
— Как в сказке что ли? — раздался рядом насмешливый мужской голос.
Я, решив, что на провокации не отвечаю, холодно пожала плечами.
— А ты Василиса Премудрая или Прекрасная? — не унимался мой спаситель и улыбался при этом во все тридцать два зуба.
Я закатила глаза и усмехнулась. Знал бы он сколько раз я отбивалась от подобных шуточек за всю свою жизнь.
— А ты, я смотрю, бессмертный? — с издёвкой спросила я.