Любовь хранит нас
Любовь хранит нас
#5159
Женский роман
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
— Здравствуй, таинственная незнакомка. Встречаешь у порога?
— Добрый вечер, – Несмеяна сухо отвечает. – Нет!
— «Нет» – простой ответ, всегда и на любой вопрос, – пытаюсь усмирить дрожание крепких рук. – Что с тобой, изумруд души моей?
— Я занята. Чего ты хочешь?
— Предложишь переночевать? На коврике буду сторожить тебя, как верный пес, как жалкий сторож лампы, – сначала строю ей глаза, а после по-собачьи подвываю. – А? Я места много не займу.
— Нет.
Напираю всей массой и проталкиваю гибкое желанное тело внутрь.
— Ты обалдел?
— Хм... Есть немного. Все из-за тебя, – теперь я тычу пальцем ей в лицо. Лениво стаскиваю обувь и со шлепком бросаю на пол большую сумку с личными вещами.
— Я тебя не приглашала.
— И не пригласишь ведь, да? Наверно, никогда? Я сдохну, но так и не услышу: «Лёшка, я хочу тебя».
— Верно мыслишь.
— Ты плохая актриса, одалиска, никудышная, из того самого провинциального сгоревшего театра.
— Тебе пора домой, Алексей.
— Мой дом здесь, и я останусь.
— Добрый вечер, – Несмеяна сухо отвечает. – Нет!
— «Нет» – простой ответ, всегда и на любой вопрос, – пытаюсь усмирить дрожание крепких рук. – Что с тобой, изумруд души моей?
— Я занята. Чего ты хочешь?
— Предложишь переночевать? На коврике буду сторожить тебя, как верный пес, как жалкий сторож лампы, – сначала строю ей глаза, а после по-собачьи подвываю. – А? Я места много не займу.
— Нет.
Напираю всей массой и проталкиваю гибкое желанное тело внутрь.
— Ты обалдел?
— Хм... Есть немного. Все из-за тебя, – теперь я тычу пальцем ей в лицо. Лениво стаскиваю обувь и со шлепком бросаю на пол большую сумку с личными вещами.
— Я тебя не приглашала.
— И не пригласишь ведь, да? Наверно, никогда? Я сдохну, но так и не услышу: «Лёшка, я хочу тебя».
— Верно мыслишь.
— Ты плохая актриса, одалиска, никудышная, из того самого провинциального сгоревшего театра.
— Тебе пора домой, Алексей.
— Мой дом здесь, и я останусь.
Возрастное ограничение:
18+
Формат:
Роман