Подборка книг по тегу: "двойная жизнь"

✨ПОЛНЫЙ ТЕКСТ✨
✨МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА✨
— Два года? Ты два года спишь с Ксюшей, а потом возвращаешься домой ко мне?
— Аня, не руби с плеча… Это просто ошибка…
— Ошибка? У твоей ошибки есть имя, и она сидела за моим столом.
— Ну вот, завелась… Ладно, перебесишься — поговорим.
— Никаких разговоров! Убирайся — я подаю на развод.
— На развод? Ну-ну… ты без меня никто, и никуда не денешься…

Муж уверен, что знает меня очень хорошо.
Я — удобная жена, которая многое простит — даже измену и сохранит наш брак. Только вслед за любовницей вскрывается другая ложь, которую Сергей скрывал от меня много лет….

✨ПОЛНЫЙ ТЕКСТ✨
✨МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА✨
— Карина беременна, и я ухожу к ней, — спокойно говорит муж. — А Миша останется со мной.
— Ты изменил мне и теперь хочешь отнять сына?
— Хочу, чтобы ты перестала дергаться — соглашаешься на мои условия — будешь видеть ребёнка.

Десять лет я верю, что у меня счастливая семья. Семь лет посвящаю сыну и дому. А потом в один вечер узнаю: у мужа другая женщина, новая семья и уже готовый план моей дальнейшей жизни.
И мой муж уверен, что без денег, работы и сына я быстро сломаюсь и приползу обратно…

✨ПОЛНЫЙ ТЕКСТ✨
✨МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА✨
— Шесть лет у тебя другая семья, Олег? Двое детей? Как ты мог?
— Не устраивай истерику. Я всегда хотел сына, и ты это знала. Я тебя не бросаю, обеспечиваю и содержу вас с Соней. А там у меня сыновья — наследники.
— Значит, я должна сказать спасибо?
— Ты должна успокоиться и не делать глупостей. Без меня у тебя ничего нет…
Пятнадцать лет я стараюсь быть правильной женой. Верю мужу и живу ради семьи, а теперь узнаю: пока я мечтала подарить любимому мужчине второго ребёнка, он уже шесть лет растит сыновей с другой женщиной.
Олег уверен, что я никуда не денусь.
Потому что правильная жена должна терпеть.
Только правильной я больше не буду.

Она двадцать три года жена генерала. Печёт торты на все гарнизонные праздники и знает: за офицерскими плечами всегда стоят их семьи. На юбилее дивизии женсовет вешает стенд «Наши семьи» — и среди фотографий она видит мужа. Рядом с ним — чужая женщина и мальчик в кепке с эмблемой дивизии.

«— Вы Жанна? Мы в понедельник начинаем ремонт. Игорь сказал, вы не против».

Она не против. Она просто ещё не знает, что ремонт — в её собственной квартире, доставшейся от бабушки. Что ключи от неё лежат у мужа в кармане одиннадцать лет. Что фотографию на стенд повесила та самая женщина — и никто в гарнизоне не удивился.

Чья это жизнь — её или чужая? Ответ придётся искать самой: с тортом на восемьдесят человек, чужими ключами в кармане и одной ночью, когда считать уже поздно.

— Извините, я не сажусь в машину к незнакомым. Я лучше вызову такси, —
блондинка в дорогущей тачке хищно улыбается.
— А мы знакомы. Ну, в некотором смысле. Какой срок, кстати? Двадцать пять? Двадцать шесть недель?
— Двадцать пять.
— О, совпадение... Прям двойняшки будут.
— Что? — я смотрю на неё, не понимая, пока не замечаю округлившийся живот.
— Я беременна от твоего мужа. Жди развод. Но не волнуйся, мы не оставим тебя матерью-одиночкой. У тебя же девочка, да? Всегда мечтала о двойняшках. Сын-наследник и дочка-принцесса. Не переживай, воспитаю как свою.
— Что вы несете? Саша не мог так поступить!
— А ты думала его просто так повысили? Ну, милая моя, такого не бывает. Просто моему папочке ничего не жалко для будущего зятя... А для отца будущего внука тем более.
Моя жизнь рушится за минуту. Она забрала моего мужа, мою жизнь и хочет забрать мою дочь. Ну мужа, допустим, пусть забирает — предатель мне даром не нужен. Но дочь мою она не получит.

Двадцать пять лет я жена генерала и двенадцать — заведующая садом в военном городке. Я знаю каждый вентиль в подвале и каждого ребёнка по имени.

В пятницу воспитательница приносит мне на подпись список, кто забирает новенького.

Кондрашов Архип. Мать — Кондрашова Ульяна Сергеевна. Ниже тем же круглым почерком: Шаповал Эдуард Робертович, отец.

За окном горят фары служебной машины моего мужа.

— Архипка, домой. — Она замечает меня и улыбается по-хорошему, без злости. — Вы же Римма Викторовна? Эдуард сказал, вы в курсе.

Я не была в курсе. Но без моей подписи этого мальчика отсюда никто не заберёт.

Нине сорок четыре. Сын взрослый, муж полковник, отец — генерал в отставке, жизнь расписана, как график дежурств. Пока на одной свадьбе не выясняется, что у мужа двадцать два года была вторая семья. Всё это время — в том же гарнизоне, в том же городе, в соседнем кабинете.

— Ты думаешь, почему тебе на всех праздниках так улыбались, как больной?
— Я думала, я всем нравлюсь.
— И нравилась. Одно другому не мешает.

Теперь муж просит тишины до аттестации, свекровь признаётся, что слала варенье на две семьи, а сосед через забор знает про её дачу больше, чем она сама. Жить с этим можно. Вопрос — как.

Встреча кандидата с избирателями, прямой эфир, сорок три человека в зале. Трансляцию ведёт Ольга, жена генерала Самарина. Вопрос из зала задаёт девочка с рюкзаком в значках:

— Пап, ты же обещал, что после выборов мы будем жить вместе!

Палец Ольги лежит на кнопке «Завершить трансляцию». Она не нажимает.

За кулисами муж требует удалить запись и называет всё провокацией. Свекровь просит передать конверт той самой женщине. А в списке гостей фамилию незнакомки кто-то вписал красной ручкой Ольги, той, что пропала у неё из волос неделю назад.

Кто привёл ребёнка в зал? Ольга двадцать лет проверяла чужие факты. Теперь она проверяет свою жизнь.

Ночная смена. Неонатолог на весь роддом один — это я. В три сорок в приёмное вкатывают рыжую роженицу, а рядом с каталкой идёт моя свекровь.

— Инна, раз уж ты здесь, прими по-хорошему. — Тележку она ставит у стены, поперёк прохода. — Внук.

Следом входит муж. Двадцать четыре года брака, пакет из аптеки, в пакете мои таблетки от мигрени.

— Инна. — Он смотрит на мои руки. — Сделай как для своих.

Я сделаю. Я врач. А утром сдам смену, заберу у него ключи от машины и сяду считать сколько лет, сколько денег и кто в этой семье знал всё с самого начала.

Двадцать два года я гладила ему рубашки к выпуску. В этот раз он вручил погоны своему сыну. При всём училище.

Двадцать лет по четвергам у него было «совещание». Двадцать лет квартира на Садовой, записанная на меня, «сдавалась квартирантам».

А вечером муж положил передо мной лист.

— В понедельник в десять, у нотариуса, — говорит он. — Я договорился.
— Это что?
Он придвигает лист ещё на сантиметр ко мне.
— Подпиши. Это ему подарок на выпуск.

Он думал, я подпишу, как подписывала всё. Он забыл, что я главный бухгалтер. А бухгалтер не ставит подпись, пока не сошёлся последний рубль.