— Вы шутите? — я пытаюсь рассмеяться, но звук получается сорванным и жалким. — Эльдар, скажи ему! Ты ведь сам меня терпеть не можешь. Зачем тебе эта обуза? Ты молодой мужчина, у тебя своя жизнь. Зачем тебе нянчиться с вдовой брата?

Он наклоняется ко мне, и его лицо оказывается в нескольких сантиметрах от моего.

— Отец не шутит, Диана, — его голос звучит вкрадчиво, почти нежно, но от этой нежности у меня волосы встают дыбом. — И я не собираюсь с тобой «нянчиться». Ты переезжаешь ко мне сегодня вечером. Мои люди уже забирают твои чемоданы. Ты будешь жить под моей крышей и по моим правилам.

— Я не согласна! Это похищение! Это незаконное лишение свободы!

— Не бойся, Диана, — шепчет он, и его дыхание обжигает мою кожу. — Я буду очень внимательным опекуном. Я не спущу с тебя глаз ни на минуту. Ты ведь так хотела внимания в браке с моим братом? Теперь ты получишь его сполна.