Развод. Наши пути должны разойтись.

Он ложится. Скрип. Он лежит секунд двадцать. Я жду «спокойной ночи». Слова не идут.
Он поворачивается на бок, к стене. Я слышу, как он устраивается — в два приёма, сначала плечо, потом бедро, чтобы всё не было слишком жёстко.
И тогда он говорит.
— Кристин.
Голос ровный. Не шёпот. Не приговор. Хуже — голос человека, который произносит заготовленную фразу.
— Что?
— Нам надо поговорить.
Пауза.
— Не сейчас, — добавляет он. — В субботу. После ужина.
Восемь лет я засыпаю под скрип этого матраса. Восемь лет я жду, кто из нас первым произнесёт то, что мы оба знаем.
Я не спрашиваю о чём.
Не из деликатности. Не из-за страха.
Я не спрашиваю, потому что уже знаю...