— Ну здравствуй, Люба, — опустился за стол, и сузил глаза, глядя в её — миндалевидные, кошачьи.
— Ты?
— Я, — кивнул, чувствуя, как разгорается злость.
Значит, все же, шлюха. А я её на руках хотел носить, идиот.
Но убийца? Наркоманка? Ей девятнадцать всего.
— Давай, рассказывай. Желательно правду, не будем тратить время. Или будешь как все орать, что это не ты убила Уварова, и что все произошло случайно?
Люба нахмурилась, потерла виски пальцами, и в упор посмотрела на меня.
— Я не буду говорить, что это не я, Руслан. Вот тебе правда. Я его ударила, он упал, и больше не очнулся. Я убийца. А теперь можешь меня посадить, мне уже плевать.