— Почему ты вчера не присутствовала на совещании? — голос Егора Александровича холоден, как лёд.
— У меня, — начала я и закашлялась. — Извините, но я не могу задерживаться после работы ни на минуту.
— Что же у вас такого важного, — он снова перешёл на "вы", — что вы не можете "задерживаться ни на минуту"?
— По личным обстоятельствам.
Не собиралась ему рассказывать о сыне. Егор гипнотизировал взглядом, но я не собиралась ничего ему объяснять. Он не захотел меня тогда слушать, теперь я не хочу, чтобы он знал.


Мы разошлись пять лет назад. Он так решил, и не захотел знать, что у нас будет ребенок. Теперь я не хочу, чтобы он присутствовал в нашей жизни. Но судьба решает за меня, и теперь он мой руководитель, и с этим нужно будет как то справиться.