Музыка резко оборвалась - это Ваня Николаев, бурят с самой русской фамилией и именем, заведующий на данном этапе кухней, пригласил всех на застолье. Гурьбой мы ломанулись к столу, который, в отличие от фуршетного, был настоящий и находился на веранде, где обнаружили следующее: за накрытым столом мирно попивал нашу водочку какой-то старичок.
- Мужик, ты кто? – спросил я его.
- Вот, в гости к вам, зашел. Завидно, понимаете ли - веселитесь, а меня не зовете. Не по-соседски это! – старичок поднял рюмку в знак приветствия, выпил, и деловито пригласил нас разделить с ним трапезу.
- Если он такими темпами будет продолжать, - заржал Ваня, - нам ничего не останется!
Мы уселись за столом, а дед, благодушно улыбаясь, сказал:
- За что я люблю вас, молодежь, так это за то, что вы невредные и веселые! Не то, что моя грымза!