Друг отца. Оплата натурой подпольному врачу

— Пожалуйста… Мне больше не к кому обратиться.

Ратмир зло усмехается, поворачиваясь ко мне боком, от чего тени на его скулах становятся глубже, делая лицо острее.

— Что ты можешь мне предложить?

Я замираю. Деньги? Они у меня есть — жалкая пачка купюр в конверте. Но что-то мне подсказывает: не о деньгах речь.

Неужели я ничего не могу ему дать, кроме...

Мужская грубая ладонь останавливается на талии и властно сжимается.

— Тогда раздевайся.

Я пришла к нему за лечением, а получила нечто большее.

Ратмир не просто врач. Он — тот, к кому приползают без селезёнки и без надежды. Его методы запрещены, его пациенты вне закона, его руки знают кровь лучше, чем воду. Когда я спустилась в его подвал, я думала, что хуже травмы ничего быть не может.

Я ошибалась.