Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Я под руку подхватил длинноногую девку и грубо вывел на улицу.
— Полегче, Здоровяк! — огрызнулась она, когда же мы завернули за угол клуба, и я толкнул её к стене.
— Ты кто такая, чёрт возьми? — спросил я, с интересом разглядывая смазливую девчонку.
— Подсказка, крепыш: твоя спасительница, — словно издевалась надо мной, расплывшись в улыбке.
— На кой хрен ты за меня вписалась? — повысил голос. Не понимаю почему, но эта выходка выбила меня из колеи. Она заплатила бабки.
Вместо слов она вновь достала кошелек. Из него выпорхнули купюры, словно оскорбление, и полетели в мою сторону. Никто, кроме нас двоих, не стал свидетелем этой сцены. Я не отводил взгляда от этой женщины, и её обиженный взгляд, казалось, прожигал меня насквозь.
— Здоровяк, я тебя покупаю, — произносит эта чокнутая. Отношение ко мне как к какой-то легкодоступной девке. Она в своём уме?
— Полегче, Здоровяк! — огрызнулась она, когда же мы завернули за угол клуба, и я толкнул её к стене.
— Ты кто такая, чёрт возьми? — спросил я, с интересом разглядывая смазливую девчонку.
— Подсказка, крепыш: твоя спасительница, — словно издевалась надо мной, расплывшись в улыбке.
— На кой хрен ты за меня вписалась? — повысил голос. Не понимаю почему, но эта выходка выбила меня из колеи. Она заплатила бабки.
Вместо слов она вновь достала кошелек. Из него выпорхнули купюры, словно оскорбление, и полетели в мою сторону. Никто, кроме нас двоих, не стал свидетелем этой сцены. Я не отводил взгляда от этой женщины, и её обиженный взгляд, казалось, прожигал меня насквозь.
— Здоровяк, я тебя покупаю, — произносит эта чокнутая. Отношение ко мне как к какой-то легкодоступной девке. Она в своём уме?
— Эта Белоснежка – мой утешительный приз, — скалюсь парням, пуская слюни на дамочку с внушительными вводными данными. — С кем ещё, как не с такой забыться о рухнувших мечтах и надеждах, а, парни?! Или кто-то хотел попробовать выйти к ней первым?
Расширяю оскал, наблюдая за тем, как в стол прячутся взгляды.
То-то же. Пусть не там, но тут я тебе покажу, красавица, кто настоящий заслуженный командир!
💥💥💥
— Господин, Вяземский, — ухмыляюсь шире. — А вы не преувеличиваете свои умения?
— Тебя как зовут, а? — понижает голос до волнующего хрипа.
— Тая..., — срывается с моих губ, как под гипнозом, а ведь не собиралась до этого озвучивать правду.
— Готовься растаять, Тая, — порывается ближе негодник. — Я ещё про себя не договорил.
🔥🔥🔥
«Я про себя тоже» — парирую ему мысленно, а сама фривольно откидываю голову назад, оголяя для чужих губ хрупкую шею.
Расширяю оскал, наблюдая за тем, как в стол прячутся взгляды.
То-то же. Пусть не там, но тут я тебе покажу, красавица, кто настоящий заслуженный командир!
💥💥💥
— Господин, Вяземский, — ухмыляюсь шире. — А вы не преувеличиваете свои умения?
— Тебя как зовут, а? — понижает голос до волнующего хрипа.
— Тая..., — срывается с моих губ, как под гипнозом, а ведь не собиралась до этого озвучивать правду.
— Готовься растаять, Тая, — порывается ближе негодник. — Я ещё про себя не договорил.
🔥🔥🔥
«Я про себя тоже» — парирую ему мысленно, а сама фривольно откидываю голову назад, оголяя для чужих губ хрупкую шею.
— Ты предлагаешь мне выйти замуж против воли?! — срываюсь на отца, эмоции душат.
— Никто не предлагает. Вопрос решенный. Свадьба через неделю.
— Да он десять минут назад зажимал мамину подругу в туалете нашего дома! Я не стану женой этого животного!
— Саид уважаемый человек.
— Видимо, мы говорим о разных людях!
— Очень смешно! — у отца кончается терпение, он тоже переходит на крик. — Ты выйдешь за него. Вопрос закрыт!
Всю жизнь я была примерной дочерью, отличницей, медалисткой, пока отец не решил продать меня бандюгану в жены. Они думают, что могут решать за меня, но их обоих ждет сюрприз. Я сделаю всё, чтобы мой новоявленный муж как можно скорее вернул меня домой и отказался от брака. Даже если ради этого придется превратить этот брак в ад.
— Никто не предлагает. Вопрос решенный. Свадьба через неделю.
— Да он десять минут назад зажимал мамину подругу в туалете нашего дома! Я не стану женой этого животного!
— Саид уважаемый человек.
— Видимо, мы говорим о разных людях!
— Очень смешно! — у отца кончается терпение, он тоже переходит на крик. — Ты выйдешь за него. Вопрос закрыт!
Всю жизнь я была примерной дочерью, отличницей, медалисткой, пока отец не решил продать меня бандюгану в жены. Они думают, что могут решать за меня, но их обоих ждет сюрприз. Я сделаю всё, чтобы мой новоявленный муж как можно скорее вернул меня домой и отказался от брака. Даже если ради этого придется превратить этот брак в ад.
бегу…
Цепляюсь за ветки кустов…
Я уже не чувствую ног, но упорно продолжаю бежать, я знаю, я чувствую, что он сзади, он ждет моей ошибки, ждет чтобы поймать, присвоить, подавить, приковав к себе и своим беспощадно-извращенным желаниям. Подчинить своей похоти.
Поймать и отнести к себе прямиком в спальную и продолжить мучительно играть в свою, только ему понятную, извращенную игру. Но сначала привязав меня к этой самой кровати….. привязать к себе…
Сделать из меня свою игрушку…
Красивую, дорогую, желанную… игрушку.
Цепляюсь за ветки кустов…
Я уже не чувствую ног, но упорно продолжаю бежать, я знаю, я чувствую, что он сзади, он ждет моей ошибки, ждет чтобы поймать, присвоить, подавить, приковав к себе и своим беспощадно-извращенным желаниям. Подчинить своей похоти.
Поймать и отнести к себе прямиком в спальную и продолжить мучительно играть в свою, только ему понятную, извращенную игру. Но сначала привязав меня к этой самой кровати….. привязать к себе…
Сделать из меня свою игрушку…
Красивую, дорогую, желанную… игрушку.
СКОРО ФИНАЛ🔥УСПЕЙТЕ ПРОЧИТАТЬ В ПОДПИСКЕ 🔥
— Ничего, пугало, скоро моей женой станешь. Я тебя быстро научу по струнке ходить.
— Я за тебя не выйду.
— Наши отцы уже всё решили.
— Даже если ты останешься последним мужчиной на земле, я с тобой не буду. Никогда.
Первый курс университета должен был стать для меня началом новой жизни.
Свобода, учеба, подруги, планы на будущее.
Но вместо этого в мою жизнь ворвался он — наглый, самодовольный выпускник, который с первого дня решил, что может командовать мной.
Наши отцы заключили сделку, и через месяц я должна стать его женой.
Он уже празднует победу. А я тем временем готовлю план, после которого он сам пожалеет, что связался со мной.
— Алиса, — резко обрывает он меня.
— Не мечтай. Ты не в стране чудес.
— Ничего, пугало, скоро моей женой станешь. Я тебя быстро научу по струнке ходить.
— Я за тебя не выйду.
— Наши отцы уже всё решили.
— Даже если ты останешься последним мужчиной на земле, я с тобой не буду. Никогда.
Первый курс университета должен был стать для меня началом новой жизни.
Свобода, учеба, подруги, планы на будущее.
Но вместо этого в мою жизнь ворвался он — наглый, самодовольный выпускник, который с первого дня решил, что может командовать мной.
Наши отцы заключили сделку, и через месяц я должна стать его женой.
Он уже празднует победу. А я тем временем готовлю план, после которого он сам пожалеет, что связался со мной.
— Алиса, — резко обрывает он меня.
— Не мечтай. Ты не в стране чудес.
– Ты не покинешь номер! – рявкаю я, резко отшатываясь в сторону, чтобы избежать хлесткой пощёчины.
– А это уже похищение, – цедит журналистка сквозь зубы.
– Нет, потому что ты вломилась сюда сама.
– Но это ты открыл дверь. И теперь я ухожу…
Ольга стремительно разворачивается, а я, повинуясь профессиональным инстинктам, въевшимся в мою суть, хватаю журналистку за руку.
– Ты не выйдешь отсюда, пока не удалишь все записи с телефона и не подпишешь договор о неразглашении.
Если бы Ольга собиралась подчиниться, она сделала бы это ещё там, внизу, у бара, где пыталась выудить у меня хоть крупицу информации.
– Не понимаю, о чем ты.
– Тебе что дороже: свобода или громкая статья?
Но ответ мне уже очевиден. По блеску в глазах, гневно пульсирующей венке на шее, капле пота, стекающей в ложбинку между грудями. Ольга не отступит. Но и у меня нет другого варианта.
– Отпусти!
– О, а еще десять минут назад ты была готова повиснуть на мне.
– А это уже похищение, – цедит журналистка сквозь зубы.
– Нет, потому что ты вломилась сюда сама.
– Но это ты открыл дверь. И теперь я ухожу…
Ольга стремительно разворачивается, а я, повинуясь профессиональным инстинктам, въевшимся в мою суть, хватаю журналистку за руку.
– Ты не выйдешь отсюда, пока не удалишь все записи с телефона и не подпишешь договор о неразглашении.
Если бы Ольга собиралась подчиниться, она сделала бы это ещё там, внизу, у бара, где пыталась выудить у меня хоть крупицу информации.
– Не понимаю, о чем ты.
– Тебе что дороже: свобода или громкая статья?
Но ответ мне уже очевиден. По блеску в глазах, гневно пульсирующей венке на шее, капле пота, стекающей в ложбинку между грудями. Ольга не отступит. Но и у меня нет другого варианта.
– Отпусти!
– О, а еще десять минут назад ты была готова повиснуть на мне.
Сайлас всегда считал себя злодеем и циником, беря от жизни всё и не церемонясь с окружающими. Хлоя – его аколит, по договору обязанная предоставлять ему свою кровь.
Сайлас никогда не путал "еду" и "утешение", но в это раз всё идёт не по плану, руша вековые устои древнего клана вампиров.
Она его личный яд... или спасение?
Сайлас никогда не путал "еду" и "утешение", но в это раз всё идёт не по плану, руша вековые устои древнего клана вампиров.
Она его личный яд... или спасение?
Отец после своей смерти оставил нашей семье долг, за который убивают. Но настоящий ад начинается, когда я узнаю, кому именно он задолжал.
Данис Каримов. Властный, жестокий, пугающий. Это он тот самый Хозяин. И это по его приказу меня загнали в угол. Ему не нужны грязные деньги. Ему нужна я. Вся, до последней капли.
Его ледяные пальцы жестко сжимают мой подбородок, а низкий шепот не оставляет шансов на спасение:
- Забудь о прошлой жизни. Отныне ты - моя заложница, Вита. И ты отдашь мне всё.
Данис Каримов. Властный, жестокий, пугающий. Это он тот самый Хозяин. И это по его приказу меня загнали в угол. Ему не нужны грязные деньги. Ему нужна я. Вся, до последней капли.
Его ледяные пальцы жестко сжимают мой подбородок, а низкий шепот не оставляет шансов на спасение:
- Забудь о прошлой жизни. Отныне ты - моя заложница, Вита. И ты отдашь мне всё.
— В этом доме жертв не кормят, сестрёнка. Их едят.
— Тогда надеюсь, у тебя хороший аппетит, братец.
ОН — наследник фармацевтической империи. Циничный манипулятор с внешностью падшего ангела и душой, давно проданной тому, кто платит больше.
ОНА — его новая сводная сестра. Бледная, хрупкая, с глазами, в которых плещется тьма.
Он думал, что нашёл идеальную жертву. Она знала, что вошла в логово врага.
Их первая встреча — не любовь с первого взгляда. Это столкновение двух стихий, которым тесно в одном мире.
Готический особняк на скалистом побережье. Комната мёртвой невесты. Тайны, которые сочатся из стен, как кровь.
История о двух хищниках, которые думали, что уничтожат друг друга, — и не заметили, как стали друг для друга единственным домом.
🖤 Сводные брат и сестра
🖤 От ненависти до одержимости
🖤 Газлайтинг, манипуляции, психологические качели
🖤 Тайны прошлого, тёмные секреты, убийства
🖤 Готическая эстетика «old money»
🖤 Запретная страсть
— Тогда надеюсь, у тебя хороший аппетит, братец.
ОН — наследник фармацевтической империи. Циничный манипулятор с внешностью падшего ангела и душой, давно проданной тому, кто платит больше.
ОНА — его новая сводная сестра. Бледная, хрупкая, с глазами, в которых плещется тьма.
Он думал, что нашёл идеальную жертву. Она знала, что вошла в логово врага.
Их первая встреча — не любовь с первого взгляда. Это столкновение двух стихий, которым тесно в одном мире.
Готический особняк на скалистом побережье. Комната мёртвой невесты. Тайны, которые сочатся из стен, как кровь.
История о двух хищниках, которые думали, что уничтожат друг друга, — и не заметили, как стали друг для друга единственным домом.
🖤 Сводные брат и сестра
🖤 От ненависти до одержимости
🖤 Газлайтинг, манипуляции, психологические качели
🖤 Тайны прошлого, тёмные секреты, убийства
🖤 Готическая эстетика «old money»
🖤 Запретная страсть
Кодовое название для работы: Джерри тоже должен быть счастлив.
Третья часть цикла о Джерри. Его жизни. И том, как он нашел свою любовь
Третья часть цикла о Джерри. Его жизни. И том, как он нашел свою любовь
Выберите полку для книги