Самая откровенная эротика читать онлайн

— Троицкий... — выдавливаю я, припечатанная его тяжёлым телом к полу кухни. — Слезь.
Ян медленно приподнимается на предплечьях. Не для того, чтобы встать, а чтобы зависнуть надо мной, любуясь видом.
Его тёмные глаза блестят хищным весельем.
— Куда спешить, Ремизова? — спрашивает он низким голосом. — Мне, знаешь ли, на удивление удобно.
— Слезь, сказала! — я толкаюсь, и он тут же прижимает мои руки к полу. — У тебя тормоза вообще есть?!
— Ты же сама меня уронила, камазик, -- мурлычет Ян. -- Так не терпелось пообжиматься со мной на полу?
— Что ты несёшь?! — взвизгиваю я, сгорая от стыда.
— Истину, — щурится он, опускаясь так низко, что его дыхание щекочет мне губы...

— У нас женщины так не ходят, Белоснежка, — ледяной голос горца обжигает сильнее полуденного солнца.
— А у нас в Сибири девять месяцев зима, — парирую ему в ответ. — Я заслужила солнце и имею право носить хоть шорты, хоть… ничего!

Я прилетела на Кавказ после предательства, надеясь отогреться и подлечить раны. Но нарвалась на Шамиля — нелюдимого горца с темным прошлым и свирепым орлом на плече.
Он решил сбить с меня спесь: украл средь бела дня и увёз в неприступную каменную башню над пропастью.
Только сибирский характер так просто не сломить. Наше противостояние быстро превратилось в запретную, сносящую крышу страсть...

И тут я уже не выдерживаю.
Хватаю, дёргаю к себе, усаживаю на колени между моих ног.
И так это похоже на мою фантазию, аж дрожь пробирает. Вот так я её видел. Именно в этой позе.
Только глаза горели не ненавистью, а похотью. И губы тянулись ко мне, а не сжимались в упрямую линию.
– Знаешь, что я представлял себе, когда был в душе?
Дальше слова вылетают сами собой. Каждая пошлая деталь.
Чтобы проверить.
Посмотреть, что отразится в её глазах, когда я произнесу то, от чего у правильных девочек дрожат коленки.
И эффект есть: её зрачки распухают, как напитавшиеся водой губки.
Ротик приоткрывается, совсем как тогда. Как в моих мыслях. Сотнях грязных мыслей о ней, от которых я не могу избавиться.
Она рвёт руку, шипит, брыкается, а в глазах тем временем разверзается бездна, в которую я хочу шагнуть.

— Потеряла жениха, крошка? Бежишь, как будто за тобой гонятся. — его голос звучит лениво, с лёгкой насмешкой
— Не ваше дело! — я выпрямляюсь, стараясь не дрожать.
— Не плачь. Такие, как ты, украшают зал, а не бегают по лужам. — Незнакомец шагает ближе.
— Какие такие? — я поднимаю на него мокрые от дождя глаза.
— Дерзкие. Живые. С характером. Люблю, когда есть огонь, даже если он почти погас.
— Слушайте, я не знаю, кто вы. Но если вы сейчас скажете ещё одну фразу из разряда «вам нужен мужчина понадёжнее» — я за себя не отвечаю! — мой голос срывается, но я пересиливаю себя.
— А если я предложу кое-что получше? Не жениха, а… контракт? — в его тоне вдруг исчезет насмешка.
— Что вы предлагаете?
— Садись в машину. Не пожалеешь.

— Ты не вернёшься, — сказал он. — Пока мы не поймём, что ты такое.
— Я — хирург, — ответила я. — Я не «что», я — кто. И у меня есть имя. Аня.
Я ехала домой после ночной смены в больнице. Думала о том, чтобы поспать пару часов перед следующей операцией. А потом — визг тормозов, удар, темнота.
Очнулась я в горах. Под звёздами, которых не бывает в моём городе. Рядом — трое раненых мужчин. Огромных. С чешуёй вместо татуировок. С золотыми глазами, светящимися в темноте.
Я приложила ладони к их ранам — и кровь моя сделала то, чего не должна делать кровь обычного человека. Раны затянулись. Драконы открыли глаза. И посмотрели на меня так, как смотрят на то, что искали всю жизнь.
— Истинная, — сказал один.
Так я узнала, что я — истинная пара для всех троих одновременно. Первая за тысячу лет.
Их мир умирает. Пламя клана гаснет. Детей рождается всё меньше. И только моя кровь может вернуть им жизнь.
Клан Пепла охотится за мной. Совет клана требует ритуала. В замке — предатель. А я должна р

Отец продал меня за долги.
И теперь целый год я должна жить в горах у незнакомого мужчины — готовить ему еду, убирать и не задавать лишних вопросов. Джамбулат молчит, смотрит исподлобья и пугает одним своим существованием. А по ночам… Да, он навещает меня. И я не имею права сказать ему «нет»…

– Ну что, любовь моя? – Лука успевает подобраться ко мне вплотную и положить руку на талию. – Куда вечером?
– Руки убери! – вспыхиваю я и скидываю его ладонь резким движением. Но кожа уже почувствовала прикосновение, и мурашки бегут вдоль позвоночника. Не понимаю почему я так реагирую.
– Какая ты недотрога, – Луку вообще ничего не смущает. Он улыбается, и в его шоколадных глазах пляшут чёртики. – Это так мило. Я буду ждать тебя после пар.
– Не вздумай, – шиплю я.
Я только поступила в университет и планировала начать новую жизнь: хорошо учиться, получить диплом и ни на что не отвлекаться.
Но уже в первый день ко мне прицепился Лука Назаров — наглый мажор, звезда университетской хоккейной команды и парень, который, кажется, вообще не знает слова «нет».
Он называет меня своей девушкой, караулит по дороге на пары и уверен, что рано или поздно я сдамся.
Вот только я не собираюсь становиться очередным трофеем избалованного красавчика.

Я устроилась сиделкой к бабушке, а попала в лапы монстра.
Он властный, молчаливый, и где-то даже жестокий. Берет свое, не спрашивая...
Его лицо в шрамах, а душа в ожогах прошлого. Он не знает, что такое жалость и любовь и берет меня словно куклу. Но почему мое сердце все больше к нему привязывается?

Я всегда была правильной девочкой. Золотая медаль, бюджет, учёба на первом месте и никаких богатеньких мальчиков, от которых мама всю жизнь учила держаться подальше.
И всё шло по плану, пока ко мне не начал клеиться Демьян Савельев.
Красивый. Наглый. Богатый. Хоккеист и один из тех мажоров, которым достаточно улыбнуться, чтобы любая девушка забыла собственное имя.
Любая, кроме меня.