Книги в жанре «Фэнтези» по тегу «slushat-fentezi&source=tabbar»
Ниршан Линь — правая рука Велигора Янчжуна. Холодный. Расчётливый. Бессмертный уже десять тысяч лет.
Максима — внучка его злейшего врага, воспитанная в монастыре на Афоне. Она ищет Мост Вечности — точку между мирами, способную изменить всё.
Одна ночь в клубе. Случайный обмен Ци. И теперь они просыпаются в телах друг друга.
Он видит мир её глазами — хрупкий, смертный, полный боли.
Она видит его мир — вечный, пустой, лишённый прощения.
Совет старейшин приговорил её к смерти. Палачом назначен он.
Но у неё есть монета, которая открывает дорогу к Мосту.
И последняя партия в шахматы, где ставка — вечность.
Максима — внучка его злейшего врага, воспитанная в монастыре на Афоне. Она ищет Мост Вечности — точку между мирами, способную изменить всё.
Одна ночь в клубе. Случайный обмен Ци. И теперь они просыпаются в телах друг друга.
Он видит мир её глазами — хрупкий, смертный, полный боли.
Она видит его мир — вечный, пустой, лишённый прощения.
Совет старейшин приговорил её к смерти. Палачом назначен он.
Но у неё есть монета, которая открывает дорогу к Мосту.
И последняя партия в шахматы, где ставка — вечность.
«Три дня, чтобы влюбиться. Одна ложь, чтобы разрушиться. И книга, чтобы начать все сначала».
Вивьен:
Я думала, что навсегда вычеркнула Эвана Миллера из своей жизни. Но он вернулся — дерзкий, непредсказуемый, как герой моей книги. С одним исключением. В ней все закончилось хэппи-эндом, а в реальности все оказалось гораздо сложнее… Остросюжетный любовный роман с элементами фантастики. Содержит интимные сцены.
Вивьен:
Я думала, что навсегда вычеркнула Эвана Миллера из своей жизни. Но он вернулся — дерзкий, непредсказуемый, как герой моей книги. С одним исключением. В ней все закончилось хэппи-эндом, а в реальности все оказалось гораздо сложнее… Остросюжетный любовный роман с элементами фантастики. Содержит интимные сцены.
Лайра не вампир и не демон. Она ворует жизни. Он ищет способ спасти хотя бы одну. Их встреча разрушит мир.
Но кто сказал, что из руин нельзя построить новый?
Но кто сказал, что из руин нельзя построить новый?
Я всего лишь хотела разобрать почту. А получила письмо от аристократа с предложением «выгодной партии» для моего жениха, спор со скелетом о смете и портал, который согласился отправить меня домой.
Теперь я — Алиса Ашерон, секретарь ректора, невеста Владыки Граней и всё ещё ключ к порталу между мирами. Впервые с момента попадания я возвращаюсь на Землю. Показать Дамиану свою квартиру. Познакомить с матушкой. Понять, где теперь мой дом.
Но дома не заканчиваются — они только начинаются. Свадьба на носу, Лили и Кайл наконец признаются друг другу, тётя Ви дарит брошь и говорит «ты достойна», а Джонатан тем временем пишет новый пункт регламента. На всякий случай.
Добро пожаловать в финал истории. Мантии всё ещё не жмут, драконы всё ещё кусаются, ректор всё ещё бесится. Но теперь я точно знаю: дом — это не место. Дом — это он.
Теперь я — Алиса Ашерон, секретарь ректора, невеста Владыки Граней и всё ещё ключ к порталу между мирами. Впервые с момента попадания я возвращаюсь на Землю. Показать Дамиану свою квартиру. Познакомить с матушкой. Понять, где теперь мой дом.
Но дома не заканчиваются — они только начинаются. Свадьба на носу, Лили и Кайл наконец признаются друг другу, тётя Ви дарит брошь и говорит «ты достойна», а Джонатан тем временем пишет новый пункт регламента. На всякий случай.
Добро пожаловать в финал истории. Мантии всё ещё не жмут, драконы всё ещё кусаются, ректор всё ещё бесится. Но теперь я точно знаю: дом — это не место. Дом — это он.
Мы могли бы родиться сёстрами-близнецами, но смертная порча оставила в живых лишь одну из нас. Долгих двадцать два года я была лишь незримой, безмолвной тенью своей сестрёнки. Росла вместе с ней, взрослела. Смотрела на мир её глазами, но чувствовала и понимала всё иначе. Не имела возможности указать на её ошибки и предостеречь от глупых поступков или решений. Я прожила бы свою жизнь не так, как она, потому что мы разные. Теперь Алиса намерена выйти замуж за человека, которого не любит. Она ищет выгоду, а я... Я хочу покоя в семье, счастья и простого человеческого тепла, которого у меня никогда не было. И любви я тоже хочу, но кто полюбит призрака, у которого нет даже имени?
Говорят, что жалованье за спасение мира от нечисти просто так не дают. Нужна крепкая семья. А у ведуньи, которая и кашу без взрыва сварить не может, нет ни дома, ни мужа. Есть только ёж, что раньше поросёнком был, и мечта о своей лавке с зельями.
У книжника Корнея, бледного зануды в треснутых очках, есть мечта о тайных архивах Приказа, но жены нет и в помине. У этих двоих было пять минут, чтоб решиться на брак понарошку ради выгоды. И целая жизнь чтоб узнать:
🔥 как «случайно» спасти мир от Кощея с помощью убежавшей репы?
🔥 как подружиться с богом, живущим в старом лапте?
🔥 и, главное, что делать, если твой «фиктивный» муж вдруг станет больше, чем просто другом?
У книжника Корнея, бледного зануды в треснутых очках, есть мечта о тайных архивах Приказа, но жены нет и в помине. У этих двоих было пять минут, чтоб решиться на брак понарошку ради выгоды. И целая жизнь чтоб узнать:
🔥 как «случайно» спасти мир от Кощея с помощью убежавшей репы?
🔥 как подружиться с богом, живущим в старом лапте?
🔥 и, главное, что делать, если твой «фиктивный» муж вдруг станет больше, чем просто другом?
Ночью они вышли в город. Дамир надел свой чёрный плащ с капюшоном — знак Лорда Ордена. Алиса укуталась в серый шарф, скрывая лицо. Её дар был активен — она видела магические следы повсюду, как тонкие нити, сплетённые в воздухе.
Старый Квартал был самым древним районом Серогорья — с узкими улочками, покосившимися домами, подвалами, в которых, по слухам, до сих пор жили потомки первых ведьм.
Они шли молча, прислушиваясь к каждому звуку. Дождь моросил, камни блестели в свете редких фонарей.
— Здесь, — прошептала Алиса, останавливаясь у тупика. — Я чувствую магию. Сильную.
Дамир кивнул. Он достал из кармана маленький кристалл — он светился тусклым синим светом, указывая на источник магии.
Они вошли в переулок. В конце, у старой кирпичной стены, был тот самый символ — перевёрнутый круг с тремя линиями, нарисованный чем-то тёмным.
— Кровь, — сказал Дамир, понюхав. — Свежая.
Алиса закрыла глаза, активируя Второй дар. И увидела.
Мужчина в чёрном плаще, стоящий над кем-то, лежащим на зе
Старый Квартал был самым древним районом Серогорья — с узкими улочками, покосившимися домами, подвалами, в которых, по слухам, до сих пор жили потомки первых ведьм.
Они шли молча, прислушиваясь к каждому звуку. Дождь моросил, камни блестели в свете редких фонарей.
— Здесь, — прошептала Алиса, останавливаясь у тупика. — Я чувствую магию. Сильную.
Дамир кивнул. Он достал из кармана маленький кристалл — он светился тусклым синим светом, указывая на источник магии.
Они вошли в переулок. В конце, у старой кирпичной стены, был тот самый символ — перевёрнутый круг с тремя линиями, нарисованный чем-то тёмным.
— Кровь, — сказал Дамир, понюхав. — Свежая.
Алиса закрыла глаза, активируя Второй дар. И увидела.
Мужчина в чёрном плаще, стоящий над кем-то, лежащим на зе
Огромный, чёрный, с серебряными прожилками на чешуе, как прожилки на звёздном небе. Размах крыльев — как у целого облака. Глаза — серые, те самые, с портрета.
Он опустился на башню напротив, сложил крылья — и начал меняться. Чешуя таяла, становилась кожей. Крылья втягивались в спину, оставляя два длинных шрама, которые тут же затянулись. Когти превратились в пальцы. Морда — в лицо.
Через минуту на каменном парапете стоял мужчина. Тот самый — с портрета. Но живой. Настоящий. И такой красивый, что у Элины перехватило дыхание.
Он посмотрел на неё — через расстояние, через вечерний воздух, через всю свою долгую, одинокую жизнь.
И улыбнулся.
— Ты пришла, — сказал он. Его голос был низким, с хрипотцой, как у того, кто долго молчал. — Я слышал тебя ещё в дороге. Твоё сердце пело моё имя.
Элина не могла ответить. Слова застряли в горле.
— Иди ко мне, — сказал он мягче. — Не бойся. Я не причиню тебе вреда.
Она перешла по узкому мостику между башнями — босиком, в лёгком платье.
Он опустился на башню напротив, сложил крылья — и начал меняться. Чешуя таяла, становилась кожей. Крылья втягивались в спину, оставляя два длинных шрама, которые тут же затянулись. Когти превратились в пальцы. Морда — в лицо.
Через минуту на каменном парапете стоял мужчина. Тот самый — с портрета. Но живой. Настоящий. И такой красивый, что у Элины перехватило дыхание.
Он посмотрел на неё — через расстояние, через вечерний воздух, через всю свою долгую, одинокую жизнь.
И улыбнулся.
— Ты пришла, — сказал он. Его голос был низким, с хрипотцой, как у того, кто долго молчал. — Я слышал тебя ещё в дороге. Твоё сердце пело моё имя.
Элина не могла ответить. Слова застряли в горле.
— Иди ко мне, — сказал он мягче. — Не бойся. Я не причиню тебе вреда.
Она перешла по узкому мостику между башнями — босиком, в лёгком платье.
(0)
Я думала, что самое страшное уже позади.
Я пережила отчисление, Турнир Наложниц и ночь, которая чуть не разрушила половину Академии.
Но теперь моя магия выходит из-под контроля. Дамиан избегает меня, но его тьма тянется ко мне, как к запретному. А Король Инкубов утверждает, что знает, кто я на самом деле.
Чтобы узнать правду, нам придётся сбежать из Академии, пройти Мёртвый лес и спуститься в Преисподнюю.
Потому что круг, который связывает нас троих, должен разорваться.
Вот только чем дальше, тем сильнее мне кажется, что Дамиан и Король — не просто враги. И если я права, настоящий выбор мне ещё только предстоит сделать.
Я пережила отчисление, Турнир Наложниц и ночь, которая чуть не разрушила половину Академии.
Но теперь моя магия выходит из-под контроля. Дамиан избегает меня, но его тьма тянется ко мне, как к запретному. А Король Инкубов утверждает, что знает, кто я на самом деле.
Чтобы узнать правду, нам придётся сбежать из Академии, пройти Мёртвый лес и спуститься в Преисподнюю.
Потому что круг, который связывает нас троих, должен разорваться.
Вот только чем дальше, тем сильнее мне кажется, что Дамиан и Король — не просто враги. И если я права, настоящий выбор мне ещё только предстоит сделать.
Жених бросил меня накануне свадьбы. Больше замуж я не вышла. Но в моей судьбе была девочка, ставшая внучкой не по крови, а по судьбе. Она-то и внесла в мою историю всё, что оказалось необходимым.
Когда время жизни подошло к закату, мне хотелось лишь одного: получить еще один шанс. И Бог впервые меня услышал, но есть нюанс…
Когда время жизни подошло к закату, мне хотелось лишь одного: получить еще один шанс. И Бог впервые меня услышал, но есть нюанс…
Выберите полку для книги