Книги в жанре «Любовное фэнтези» по тегу «popadanca-v-chujoe-telo»
Элрион выронил меч. Клинок с звоном упал на камни. Его разум, привыкший к холодной логике, затуманился. Жар её тела был невыносим, но именно этого жара он теперь жаждал всем существом. Он схватил её за талию, притягивая к себе. Их губы встретились в жадном, почти яростном поцелуе.
Она имела вкус пепла и дикого мёда. Его руки, привыкшие к луку и мечу, теперь жадно сжимали её горячие бёдра. Морвана обвила его шею руками, её ногти слегка впивались в его плечи, оставляя красные следы. Он поднял её, прижимая к шершавой коре дуба.
Каждое её прикосновение обжигало, каждое движение вызывало волну экстаза. Эльфийская сдержанность рушилась под натиском демонической страсти. Он впился губами в её шею, чувствуя, как бьётся её сердце, быстрое и горячее, как птица в клетке. Она выгнулась, издавая низкий, вибрирующий стон, который отозвался в его паху тяжёлым пульсом.
Их тела сплелись в ритме древнего танца. Прохлада его кожи и огонь её плоти создавали невероятный контраст.
Она имела вкус пепла и дикого мёда. Его руки, привыкшие к луку и мечу, теперь жадно сжимали её горячие бёдра. Морвана обвила его шею руками, её ногти слегка впивались в его плечи, оставляя красные следы. Он поднял её, прижимая к шершавой коре дуба.
Каждое её прикосновение обжигало, каждое движение вызывало волну экстаза. Эльфийская сдержанность рушилась под натиском демонической страсти. Он впился губами в её шею, чувствуя, как бьётся её сердце, быстрое и горячее, как птица в клетке. Она выгнулась, издавая низкий, вибрирующий стон, который отозвался в его паху тяжёлым пульсом.
Их тела сплелись в ритме древнего танца. Прохлада его кожи и огонь её плоти создавали невероятный контраст.
Лира была пикси, крошечной феей с прозрачными крыльями. Артур был человеком, лесником. Они любили друг друга, но разница в росте была проблемой. Пока Лира не нашла древний цветок, дающий временный рост.
Она выпила нектар, и её тело начало расти. Крылья исчезли, растворившись в магии. Теперь она была его размера. Артур смотрел на неё с изумлением и восторгом.
— Ты настоящая, — прошептал он, касаясь её лица.
— Временная, — усмехнулась она, её глаза всё ещё светились волшебным светом. — Но этой ночи хватит.
Лира была игривой, её природная шаловливость не исчезла. Она толкнула его на кровать, её движения были быстрыми, порывистыми. Она целовала его жадно, её зубы слегка кусали его губы.
Когда она оседлала его, Артур ахнул. Её тело было лёгким, но её магия делала каждое её движение невероятно интенсивным. Она двигалась внутри него, её смех смешивался со стонами. Пикси не знали сдержанности, их страсть была вспышкой, яркой и быстрой.
Артур сжимал её бёдра, чувствуя, как её магия...
Она выпила нектар, и её тело начало расти. Крылья исчезли, растворившись в магии. Теперь она была его размера. Артур смотрел на неё с изумлением и восторгом.
— Ты настоящая, — прошептал он, касаясь её лица.
— Временная, — усмехнулась она, её глаза всё ещё светились волшебным светом. — Но этой ночи хватит.
Лира была игривой, её природная шаловливость не исчезла. Она толкнула его на кровать, её движения были быстрыми, порывистыми. Она целовала его жадно, её зубы слегка кусали его губы.
Когда она оседлала его, Артур ахнул. Её тело было лёгким, но её магия делала каждое её движение невероятно интенсивным. Она двигалась внутри него, её смех смешивался со стонами. Пикси не знали сдержанности, их страсть была вспышкой, яркой и быстрой.
Артур сжимал её бёдра, чувствуя, как её магия...
Зима в Драконьих пиках пришла рано и была беспощадна. Ветер выл в ущельях, словно раненый зверь, а снег засыпал вход в пещеру настолько плотно, что дневной свет почти не проникал внутрь.
Лириэль дрожала. Эльфийская кровь плохо переносила такой мороз, даже несмотря на магический костёр, который Игнис поддерживал день и ночь. Заметив её дрожь, дракон не стал тратить время на слова. Он принял свой истинный, звериный облик. Его гигантское тело, покрытое тёмной, пышущей жаром чешуёй, обвилось вокруг её хрупкой фигуры.
— Прижмись ко мне, маленькая, — пророкотал он.
Она прижалась к его горячему боку, зарывшись лицом в густую, тёплую гриву у него на шее. Контраст был ошеломляющим: её кожа, холодная как зимний лёд, и его тело, раскалённое как кузнечный горн. Чтобы согреть её ещё сильнее, он снова сменил облик, оставаясь полудраконом-полумужчиной. Его руки, всё ещё покрытые твёрдой чешуёй на предплечьях, начали медленно, с навязчивой заботой, натирать её озябшие плечи, спину и бёдра.
Лириэль дрожала. Эльфийская кровь плохо переносила такой мороз, даже несмотря на магический костёр, который Игнис поддерживал день и ночь. Заметив её дрожь, дракон не стал тратить время на слова. Он принял свой истинный, звериный облик. Его гигантское тело, покрытое тёмной, пышущей жаром чешуёй, обвилось вокруг её хрупкой фигуры.
— Прижмись ко мне, маленькая, — пророкотал он.
Она прижалась к его горячему боку, зарывшись лицом в густую, тёплую гриву у него на шее. Контраст был ошеломляющим: её кожа, холодная как зимний лёд, и его тело, раскалённое как кузнечный горн. Чтобы согреть её ещё сильнее, он снова сменил облик, оставаясь полудраконом-полумужчиной. Его руки, всё ещё покрытые твёрдой чешуёй на предплечьях, начали медленно, с навязчивой заботой, натирать её озябшие плечи, спину и бёдра.
Он- владелец элитных фитнес-клубов, харизматичный и недосягаемый, который встретил свою истинную пару - скромную сотрудницу его клуба. Искушение и страсть, ревность и обида. Она приняла его, а потом отказалась. Чтобы доказать свою любовь ему потребовалось умереть.
Марьяна три года держала осажденный замок вместо мужа, который не прислал ни письма, ни помощи. Когда войну выигрывает драконий генерал Радан, она впервые за долгое время позволяет себе поверить, что ее держат не за титул. Но объявляется живой муж и требует жену обратно по закону, а солдатский амулет, связавший ее с генералом в осаде, начинает гудеть при каждой его клятве верности. Марьяна должна сама разобрать чужую ложь, защитить свой замок и решить, кому она отдаст руку, имя и право решать за себя.
Меня вырастила корона, а в благодарность отдала невестой древнему вампиру Вельту: в свадебном договоре я нахожу строку, по которой меня можно объявить мертвой в первую брачную ночь. Вельт видит ловушку с первого дня, но принимает брак, чтобы вместе со мной вскрыть, почему мой род и совет короны готовы мной пожертвовать. Я начинаю с того, что учусь читать его замок, его клятву и его молчание, и впервые решаю, кому принадлежу сама. Вопрос один: если он откажется от власти надо мной публично, поверю ли я ему раньше, чем корона успеет забрать меня обратно.
Меня, Мирею Лант, приговорили к казни за убийство королевского посла, которого я не убивала. Я вернулась в аптеку, к своим склянкам и рецептам, потому что только запахи и руки не врут. Судья Северин Орз, темный вампир, который и подписал мой смертный приговор, нашел подделку в улике и спас мне жизнь единственным способом, который разрешает его закон: взял под кровную защиту как жену. Теперь я живу в его доме, ношу его браслет и обязана раскрыть настоящего убийцу, иначе через тридцать дней приговор вернется, а брак станет моей новой тюрьмой. Он привык приказывать и молчать, я привыкла замечать ложь по запаху; каждая трещина на браслете делает его слабее, а меня ближе к свободе, которой он боится больше, чем моей смерти. Вопрос не в том, выживу ли я, а в том, смогу ли я полюбить мужчину, который сам подписал мой приговор, и согласиться ли он на жену, которую больше нельзя приказать молчать.
«Не смотри в глаза кронпринцу» — поют в тавернах, когда ветер воет за окнами. Говорят, тьма внутри него убивает всё живое в ста шагах.
Меня обвинили в колдовстве за то, что я лечила. Бросили в тюрьму, где голос из мрака предрёк, что одни цепи сменятся другими.
Теперь я — одиннадцатая невеста проклятого принца. Завидный приговор? Десять до меня сгорели в его тьме. Регент даровала мне жизнь в обмен на то, чтобы я стала сосудом для его проклятия... и родила наследника от монстра.
Вот только принц уже нашёл меня первым. И, кажется, монстр — всё же человек, которого ещё можно спасти.
Меня обвинили в колдовстве за то, что я лечила. Бросили в тюрьму, где голос из мрака предрёк, что одни цепи сменятся другими.
Теперь я — одиннадцатая невеста проклятого принца. Завидный приговор? Десять до меня сгорели в его тьме. Регент даровала мне жизнь в обмен на то, чтобы я стала сосудом для его проклятия... и родила наследника от монстра.
Вот только принц уже нашёл меня первым. И, кажется, монстр — всё же человек, которого ещё можно спасти.
В своём мире я проектировала крылья. В новом — очнулась хозяйкой разорённой мастерской, которую собираются продать вместе со мной.
Чтобы сохранить дом и свободу, у меня есть всего несколько часов: нужно поднять в небо конструкцию, которую здесь считают невозможной. Но первый успешный полёт привлекает внимание Тарвена Эйрхольда — сурового дракона-командора, закрывшего частное небо над столицей.
Он запрещает мне проводить новые испытания, ставит мастерскую под личный надзор и остаётся жить под моей крышей. Вот только старый дом не признаёт его приказов, найденный чертёж откликается лишь на наши две печати, а забытый воздушный маршрут ведёт к поселению, которое девятнадцать лет считается погибшим.
Теперь нам предстоит восстановить мастерскую, собрать парное крыло и выяснить, кому была выгодна старая катастрофа. Главное — не лишиться свободы, не разбить последнюю надежду и не заметить слишком поздно, что командор, которому я не собиралась доверять, уже стал частью моего дома.
Чтобы сохранить дом и свободу, у меня есть всего несколько часов: нужно поднять в небо конструкцию, которую здесь считают невозможной. Но первый успешный полёт привлекает внимание Тарвена Эйрхольда — сурового дракона-командора, закрывшего частное небо над столицей.
Он запрещает мне проводить новые испытания, ставит мастерскую под личный надзор и остаётся жить под моей крышей. Вот только старый дом не признаёт его приказов, найденный чертёж откликается лишь на наши две печати, а забытый воздушный маршрут ведёт к поселению, которое девятнадцать лет считается погибшим.
Теперь нам предстоит восстановить мастерскую, собрать парное крыло и выяснить, кому была выгодна старая катастрофа. Главное — не лишиться свободы, не разбить последнюю надежду и не заметить слишком поздно, что командор, которому я не собиралась доверять, уже стал частью моего дома.
Я никогда не собиралась менять свою жизнь! Меня всё устраивало! Но раз уж вышло оказаться в другом мире, или в психушке (пока не разобралась), то будем откровенны-опускать руки не мой конёк!
Местная богиня говорит что ошибочка вышла? Ха! Не на ту напала! Верни меня домой! Стой...стой! куда ты исчезла?!
Приплыли дамы...Я не известно где..не известно рядом с каким поселением...и в руках. Стоп! а что это за мешочек такой??! Всё таки соизволила меня хоть чем-то обеспечить, божество...тоже мне! А мешок то бездонный! Пожалуй стоять на месте, и ждать пока меня выудят нашатырём из этого "сна", как минимум глупо и непродуктивно...оглядимся, а там видно будет, проблемы нужно решать по мере их поступления-золотое правило, которое не раз меня спасало!
Местная богиня говорит что ошибочка вышла? Ха! Не на ту напала! Верни меня домой! Стой...стой! куда ты исчезла?!
Приплыли дамы...Я не известно где..не известно рядом с каким поселением...и в руках. Стоп! а что это за мешочек такой??! Всё таки соизволила меня хоть чем-то обеспечить, божество...тоже мне! А мешок то бездонный! Пожалуй стоять на месте, и ждать пока меня выудят нашатырём из этого "сна", как минимум глупо и непродуктивно...оглядимся, а там видно будет, проблемы нужно решать по мере их поступления-золотое правило, которое не раз меня спасало!
Выберите полку для книги