Книги в жанре «Попаданцы» по тегу «popadancy-luchshee»
Глеб Ветров двадцать лет спускался под землю и знает про шахту одно: кто считает, тот живой. Ночная смена, старый квершлаг, обвал - и он выходит из завала в другой мир. Здесь крепь ставят деревом, огневик греет избы, а шахта "Шестерня" кормит полкняжества. Здесь у Глеба нет бумаг, нет имени и нет ничего, кроме трёх дней поруки и тетради с карандашом.
На шахту приходит ревизия: дом Зарницких сорок лет ждёт долг и готов забрать шахту в заклад. Ревизия меряет холодный камень и не меряет живой. А Глеб слышит то, чего не слышит никто: жила за закрытой плитой не спит, а кто-то выжимает из неё жар и уносит. Княжеская рудознатица Зждана требует доказательство, которое можно положить на стол.
Под посёлком жила набирает, а над ней - двести дворов. До ночи, когда сойдутся две луны, тридцать девять дней. Успеет ли инженер дать жиле дорогу раньше, чем кто-то зажжёт очаг?
На шахту приходит ревизия: дом Зарницких сорок лет ждёт долг и готов забрать шахту в заклад. Ревизия меряет холодный камень и не меряет живой. А Глеб слышит то, чего не слышит никто: жила за закрытой плитой не спит, а кто-то выжимает из неё жар и уносит. Княжеская рудознатица Зждана требует доказательство, которое можно положить на стол.
Под посёлком жила набирает, а над ней - двести дворов. До ночи, когда сойдутся две луны, тридцать девять дней. Успеет ли инженер дать жиле дорогу раньше, чем кто-то зажжёт очаг?
Неспешное повествование о судьбе землянки в другом мире.
Юная Ксения ‒ красивая, талантливая девушка. Ей хочется быть как все, но яркая внешность привлекает к ней разных людей, и они не бескорыстны. Ей придётся научиться быть осторожной, думающей и ответственной. Понять, что прописные истины не руководство к жизни, особенно в другом мире.
Юная Ксения ‒ красивая, талантливая девушка. Ей хочется быть как все, но яркая внешность привлекает к ней разных людей, и они не бескорыстны. Ей придётся научиться быть осторожной, думающей и ответственной. Понять, что прописные истины не руководство к жизни, особенно в другом мире.
Очнулась и поняла, что попала в сказку. Пытаясь вспомнить, как вообще начинается и заканчивается “Красная шапочка”, понимаю, что сейчас походу у меня будет единственная цель: спасти бабушку от съедения. Но, что если волк окажется вдруг оборотнем, который очень любит пирожки с повидлом, и таких брюнеток, как я?
Придется срочно менять цель и спасать уже себя… От когтей “волка” и брачного периода…
Придется срочно менять цель и спасать уже себя… От когтей “волка” и брачного периода…
Он командует драконами. Его приказы исполняют даже стены. А она — единственный человек, который способен сказать ему «нет».
Психолог Веста Ларина привыкла задавать неудобные вопросы. Но однажды прямо в её кабинете появляется дверь в другой мир — в крепость проклятого командора Эйрдана Тарвеля, где сотни людей давно разучились возражать.
Чтобы вернуться домой, Весте придётся разгадать тайну двенадцати комнат, разоблачить ложь королевского советника и доказать властному дракону, что страх создаёт тишину, но не верность. Вот только чем ближе она подбирается к сердцу проклятия, тем труднее понять, чего хочет сама: открыть дорогу назад или остаться рядом с мужчиной, который впервые учится не приказывать.
Психолог Веста Ларина привыкла задавать неудобные вопросы. Но однажды прямо в её кабинете появляется дверь в другой мир — в крепость проклятого командора Эйрдана Тарвеля, где сотни людей давно разучились возражать.
Чтобы вернуться домой, Весте придётся разгадать тайну двенадцати комнат, разоблачить ложь королевского советника и доказать властному дракону, что страх создаёт тишину, но не верность. Вот только чем ближе она подбирается к сердцу проклятия, тем труднее понять, чего хочет сама: открыть дорогу назад или остаться рядом с мужчиной, который впервые учится не приказывать.
Я помню белую вспышку и то, как накрыл собой ребенка в бетонном бункере на окраине сирийской пустыни. Я точно знал, что умер.
Но открыл глаза в роскошной клинике Манхэттена — в чужом двадцативосьмилетнем теле. Теперь меня зовут Алекс Рид, и я личный телохранитель Софии Винтер, ледяной наследницы миллиардной империи. Прежний хозяин этого тела был трусливым мажором, бабником и эгоистом, но я — майор спецназа, и у меня свои понятия о долге.
Вокруг неё сжимается кольцо из фальшивых улыбок и заряженных пистолетов. Доверять некому. Но я дал слово — и вытащу её из этого ада живой. Даже если для этого придётся перешагнуть через каждого, кто встанет на пути.
Но открыл глаза в роскошной клинике Манхэттена — в чужом двадцативосьмилетнем теле. Теперь меня зовут Алекс Рид, и я личный телохранитель Софии Винтер, ледяной наследницы миллиардной империи. Прежний хозяин этого тела был трусливым мажором, бабником и эгоистом, но я — майор спецназа, и у меня свои понятия о долге.
Вокруг неё сжимается кольцо из фальшивых улыбок и заряженных пистолетов. Доверять некому. Но я дал слово — и вытащу её из этого ада живой. Даже если для этого придётся перешагнуть через каждого, кто встанет на пути.
Мне сорок пять, я парфюмер-технолог, и в новый мир я попала прямо под золотой молоток.
Здесь запах определяет род, открывает хранилища и скрепляет договоры. А первая же композиция, созданная мной из местного сырья, стирает печать самого влиятельного дракона столицы — Геррена Айса — и заставляет его магию признать меня своей.
Он требует уничтожить флакон. Я требую семь дней, мастерскую и право доказать, что человек может пахнуть собой, а не своей фамилией.
Теперь мне предстоит построить дело с одной серебряной монетой, пережить войну с могущественной гильдией и создать безопасные личные духи раньше, чем меня навсегда лишат ремесла. А единственный эксперт, способный помочь, привык решать за других и уверен, что контролирует любую опасность.
Запах можно скопировать. Родовую печать — обмануть. Но что произойдёт, если самым сложным испытанием станет доверие?
Здесь запах определяет род, открывает хранилища и скрепляет договоры. А первая же композиция, созданная мной из местного сырья, стирает печать самого влиятельного дракона столицы — Геррена Айса — и заставляет его магию признать меня своей.
Он требует уничтожить флакон. Я требую семь дней, мастерскую и право доказать, что человек может пахнуть собой, а не своей фамилией.
Теперь мне предстоит построить дело с одной серебряной монетой, пережить войну с могущественной гильдией и создать безопасные личные духи раньше, чем меня навсегда лишат ремесла. А единственный эксперт, способный помочь, привык решать за других и уверен, что контролирует любую опасность.
Запах можно скопировать. Родовую печать — обмануть. Но что произойдёт, если самым сложным испытанием станет доверие?
Лейла добралась до деревни, надеясь, что её испытания закончились, — но у судьбы было иное мнение. Терзаемая мучительными видениями будущего, провидица не может найти способ избежать его.
А ещё жители деревни настроены враждебно — только привлекательный старейшина не осуждает и протягивает ей руку помощи. Однако и с ним не всё так просто: в его прошлом таятся тёмные пятна, а его цели в отношении Лейлы туманны.
Жизнь приносит всё новые трудности, не давая решить старые. Но ведь должен быть свет в конце тоннеля… Или нет?
Лейла не из тех, кто сдаётся, — но сейчас даже её стойкость может не выдержать: испытание любовью порой оказывается тяжелее любых битв.
А ещё жители деревни настроены враждебно — только привлекательный старейшина не осуждает и протягивает ей руку помощи. Однако и с ним не всё так просто: в его прошлом таятся тёмные пятна, а его цели в отношении Лейлы туманны.
Жизнь приносит всё новые трудности, не давая решить старые. Но ведь должен быть свет в конце тоннеля… Или нет?
Лейла не из тех, кто сдаётся, — но сейчас даже её стойкость может не выдержать: испытание любовью порой оказывается тяжелее любых битв.
Бывший футбольный судья из заснеженного Иркутска очнулся в чужом теле — аватаре на заброшенной базе воскрешения. Эпоха Авангарда сгорела, а галактику сжали в тисках тоталитарный Конкордат и криминальные картели, выстроившие свою власть на лжи и обломках древней цивилизации.
У Тайруса нет памяти о прошлом, но сохранилась въевшаяся привычка: если на поле нарушают правила, Арбитр дает свисток.
Впереди — разломы дикого сектора «Шрамы», охота за артефактами Древних и сборка команды из тех, кому больше некуда идти. Чтобы оживить «Меридиан Зеро», Тайрусу придется пробить заслоны корпораций, украсть таинственную капсулу и сорвать маску с правящего режима.
Правда прозвучит на всю галактику. Но за нее придется заплатить: сжигая ложь Конкордата, Арбитр рискует рикошетом пробудить силу, спавшую в космической Бездне три сотни лет.
У Тайруса нет памяти о прошлом, но сохранилась въевшаяся привычка: если на поле нарушают правила, Арбитр дает свисток.
Впереди — разломы дикого сектора «Шрамы», охота за артефактами Древних и сборка команды из тех, кому больше некуда идти. Чтобы оживить «Меридиан Зеро», Тайрусу придется пробить заслоны корпораций, украсть таинственную капсулу и сорвать маску с правящего режима.
Правда прозвучит на всю галактику. Но за нее придется заплатить: сжигая ложь Конкордата, Арбитр рискует рикошетом пробудить силу, спавшую в космической Бездне три сотни лет.
Вчера Таира рассчитывала мосты в своём мире. Сегодня она очнулась в теле разорившейся хозяйки воздушной верфи, а у двери уже стоял дракон-командор с приказом об аресте.
Детали с клеймом «Небесного узла» стали причиной нескольких аварий. Эрвейн уверен: Таира виновна в гибели его людей и разрушении воздушной крепости. Она ничего не знает о поступках прежней хозяйки тела, зато как инженер сразу замечает главное: сломанный узел подделан.
И это лишь начало. Аэралис теряет высоту. До столкновения с землёй осталось семнадцать дней.
Чтобы спасти тысячи жителей, Таире придётся поднять верфь из руин, собрать команду отвергнутых мастеров и раскрыть тайну Верхнего города. Но самым сложным испытанием станет Эрвейн. Он слишком хорошо помнит женщину, которой Таира больше не является, и слишком привык приказывать, чтобы однажды просто попросить её остаться.
В её расчётах есть двенадцать ветровых парусов, дворцовый шпиль и целая крепость, которую необходимо удержать в небе. Любви в проекте
Детали с клеймом «Небесного узла» стали причиной нескольких аварий. Эрвейн уверен: Таира виновна в гибели его людей и разрушении воздушной крепости. Она ничего не знает о поступках прежней хозяйки тела, зато как инженер сразу замечает главное: сломанный узел подделан.
И это лишь начало. Аэралис теряет высоту. До столкновения с землёй осталось семнадцать дней.
Чтобы спасти тысячи жителей, Таире придётся поднять верфь из руин, собрать команду отвергнутых мастеров и раскрыть тайну Верхнего города. Но самым сложным испытанием станет Эрвейн. Он слишком хорошо помнит женщину, которой Таира больше не является, и слишком привык приказывать, чтобы однажды просто попросить её остаться.
В её расчётах есть двенадцать ветровых парусов, дворцовый шпиль и целая крепость, которую необходимо удержать в небе. Любви в проекте
Просыпаешься однажды утром, а у тебя за забором магический мир, куда неведомым образом утащило твой дом вместе с участком.
Теперь у меня по соседству усадьба брутального холостяка-лорда, а с другой стороны магический заповедник. Мантикора так и норовит заглянуть в гости! Правда, Маруся ее лихо гоняет.
Чтобы разжиться деньгами, придумала я выращивать тыквы. Ой, что тут началось! Огород получился магический, не передать! Да и тыквы особенные.
Надо их теперь удачно пристроить и получить выручку. А по соседству у лорда намечается праздник. Х-м… а не пойти ли в гости? У меня и подарок имеется — красивые тыковки.
Теперь у меня по соседству усадьба брутального холостяка-лорда, а с другой стороны магический заповедник. Мантикора так и норовит заглянуть в гости! Правда, Маруся ее лихо гоняет.
Чтобы разжиться деньгами, придумала я выращивать тыквы. Ой, что тут началось! Огород получился магический, не передать! Да и тыквы особенные.
Надо их теперь удачно пристроить и получить выручку. А по соседству у лорда намечается праздник. Х-м… а не пойти ли в гости? У меня и подарок имеется — красивые тыковки.
ТОП лучших книг
Выберите полку для книги