— Надо холодное приложить. Сильно ушиблись?
Его резкий переход на „вы“ царапает моё самолюбие. Сама не знаю, чего хочу от него, чтобы он вёл себя со мной как с молодой девушкой или обращался как с великовозрастной женщиной?
Перехватываю из его рук лёд и, истерически прижимая к ушибленной части, возвращаюсь к мысленной деятельности.
— Какой у вас истеричный настрой и злобный взгляд, словно хотите прожечь дыру в бедном сэндвиче.
— Так заботит моё настроение? Тогда не надо мне его портить своим присутствием посреди моей кухни в первом часу ночи.
— Ссссс, ауч,. Горячая, — добавляет Миронов, а я вспыхиваю как спичка.
. — Если сильно обожжёшься, то лечиться будешь у холодных.
Стоим, глядя друг на друга. Мои глаза полны недовольства и злобы, в его же взгляде, напротив, пляшут смешинки. То, что его забавляет данная ситуация, бесит меня ещё больше.
Кирилл нагло осматривает моё лицо, подходит ближе настолько, что я снова чувствую запах его цитрусовой жвачки.