Подборка книг по тегу: "катастрофа"

Такси высадило меня у подъезда, и я, покачиваясь от усталости, поднялась на четвёртый этаж нашей сталинки на Чистых прудах. В этой квартире мы рисовали в воображении детскую - обои с жёлтыми звёздочками, кроватку у самого окна, мобиль с облаками, - рисовали так подробно, что иногда мне казалось, будто я слышу детский плач в абсолютно пустой комнате.
Ключ скользнул в замок легко, и в тот самый момент, когда дверь начала открываться, что-то внутри меня натянулось, как струна перед тем, как она лопнет.
Музыка. Громкая, заполняющая собой весь дом.
Крошечные отражения свечей плясали в зеркале прихожей.
И туфли. Красные, лакированные, на высокой шпильке, небрежно лежали у самого края дивана.
Я толкнула дверь спальни.
И весь мой мир обрушился с таким оглушительным грохотом, что стало по-настоящему страшно.
Наша кровать. Наше одеяло. Наши подушки. И она.
Кристина.
Она сидит на кровати, её светлые волосы распущены и падают на плечи.

Их благополучные, распланированные жизни разлетелись вдребезги за одну штормовую ночь.
Роман — избалованный мажор, привыкший, что любая проблема решается отцовскими деньгами.
Варя — упрямая шкипер, которая везла на Сицилию прах отца на его старой яхте.
Теперь они вдвоем на клочке суши посреди океана. У нее — сломанное ребро и синий рундук с припасами. У него — дорогие остановившиеся часы и полная бытовая беспомощность.
«— Ты шкипер, тебе надо — ты и ищи, это твоя лодка нас утопила!
— Твой дебильный капитан нас протаранил, кусок кучерявого пафоса! Выбирай: или ты берешь канистру и идешь в лес за водой, или я ухожу одна!»
На материке их ждут вторые половинки, ипотеки и бизнес-сделки. На острове — пронизывающий ночной холод, заставляющий спать спина к спине под одной курткой, и дикое, удушающее раздражение, которое за тридцать дней медленно превращается в опасное притяжение.
Интересно, чем эта история закончится)

В сорок четыре года Илсена Марр очнулась в чужом теле — перед поддельной ведомостью, которую от неё требовали подписать. Один отказ оставил её без работы, денег и будущего. Зато подарил идею: создать в мире ростовщиков и магических катастроф первый «Круг взаимной защиты», где ремесленники смогут спасать друг друга от разорения.

Но честные правила оказываются опаснее меча. Гильдия хочет закрыть её дело, Ночь трёх лун грозит одновременно уничтожить десятки мастерских, а Роверн Дайрек — дракон и владелец Чёрного хранилища — привык покупать всё, что считает ценным.

Илсена не продаётся. Её дело — тоже.

Чтобы выстоять, ей придётся доказать городу, что доверие можно превратить в силу. А могущественному дракону — что любовь начинается не с права владеть, а с умения уважать чужой выбор.

Москва, 2026 год. Холодный свет неоновых вывесок едва пробивается сквозь вечную зиму мегаполиса. Артем Волков — гениальный разработчик нейросети «Мнемозина», способной оцифровать человеческое сознание и даровать ему бессмертие. Но для Артема это не бизнес-проект, а отчаянная попытка вернуть жену Елену, погибшую в загадочной автокатастрофе.

Создав её идеальный цифровой слепок, он сталкивается с невыносимой правдой: машина вернула лишь бездушную куклу, лишенную тех несовершенств, за которые он любил настоящую Лену. В порыве отчаяния и любви Артем уничтожает собственное творение, нажав кнопку Delete. Однако смерть в цифровую эпоху оказывается обратимой лишь отчасти.

Вскоре герой понимает, что авария была инсценировкой. За его женой охотится жестокая деструктивная секта цифровых мистиков, уверенных, что истинное спасение души лежит через мучительное очищение кода от плоти. Они похитили ядро сознания Елены до того, как Артем успел создать копию, и теперь медленно стирают её личность в

Анна и Рашид уверены, что эта ночь может стать для них последней.

Она — пассажирка корабля, хрупкая девушка. Он — моряк, загорелый южанин. Корабль тонет, и у них осталось немного времени. Когда страх смерти стирает все запреты, остаётся только одно желание — успеть почувствовать себя живыми.

Апрель 1986 года. Село Копачи на берегу Припяти. В руки троих деревенских пацанов попадает старинный гримуар известного в округе мольфара. Книга пугает, манит и требует крови. Подростковое любопытство сильнее страха: они решают провести ритуал «Вечного света» прямо у стен энергоблока ЧАЭС. Мальчишки верят, что спасают Станцию от поломок. Они еще не знают, что древняя магия не прощает ошибок в латыни, а цена неверного слова — ад на земле.

Врач медицины катастроф Данелия Морозова всегда действовала строго по протоколу. Ради спасения жизней она уже рисковала карьерой, переживала измену близких и, застирав халат от кофе, гордо шла вперёд - к своей мечте, верному коту Пиксику и новой, бережной любви в лице Николая. Она думала, что заслужила своё тихое счастье и сына Мирона.

Но один страшный миг на скользкой петербургской дороге разрушил этот хрупкий мир. Автокатастрофа безжалостно унесла жизнь мужа, а саму Дану выбросила на порог между жизнью и смертью.

Вопреки всем правилам, влюблённый в неё хирург Кирилл Власов вручную заштопал её разорванное сердце на операционном столе. Он вернул её из тумана небытия назад, к сыну. Кирилл спас её тело, но как вернуть волю к жизни женщине, чей мир превратился в пепел?Ему предстоит дежурить у её постели и по крупицам собирать осколки счастья, которое давно стало его собственной незаживающей раной.Ведь у медицины катастроф есть протокол реанимации. Но есть ли протокол для раненого се

Шесть самостоятельных историй о людях, переживающих одну глобальную катастрофу в разных частях мира. У каждого свой путь, свои потери и своя причина продолжать жить. «GORD. Синдром выжившего» — научная фантастика о выживании, выборе и человеческих связях в мире после Раскола.

Горно-Шахтёрск - небольшой городок на Южном Урале, расположенный в живописной долине среди гор, оказывается на пути циклона. Силы природы меняют ритм жизни города, заставляя жителей спасаться от наводнения. Единственными, кто успевает понять и осознать всю опасность происходящего оказываются спасатели местного отделения МЧС

Что ты будешь делать, если твой личный ангел-хранитель придет к тебе, чтобы попрощаться? Главное - оставаться собой и "не терять лицо". Нытиков никто не любит.