Подборка книг по тегу: "воспитание"

Эта книга создана специально для ребят от 6 до 14 лет. Здесь ты найдёшь много интересного о собаках: как они думают, что чувствуют, как правильно с ними общаться и воспитывать их. Я постаралась рассказать обо всём простым и понятным языком — так, будто мы сидим рядом и просто разговариваем по душам.

Я обещала подруге защитить малыша, а он… оказался драконом. Стало только хуже, когда объявился его отец. Дерван Дерой командует целыми армиями, но не умеет заботиться о других и признавать свои чувства.

Теперь мне придется воспитывать сразу двух своенравных драконов!

Проблемы растут как снежный ком. Малыш начинает познавать свою драконью силу, за ним охотятся могущественные враги, а мы с Дерваном неведомыми чарами заперты в хижине на краю леса…

На грязном базаре далёкой планеты адмирал Космофлота купил ребёнка за пуговицу от мундира — и нарушил закон. Это может стоить ему карьеры, брака и будущего. Но тот, кто командовал флотилиями, не привык сдаваться. Особенно когда у него на руках — маленькая жизнь.

Маленький медвежонок Тишка обожал смотреть на разноцветные воздушные шары, уплывающие за горы. Однажды один из них зацепился за дерево у самого его дома. Тишка не мог пройти мимо — он полез на дуб, чтобы помочь, но вместо этого оказался в корзине и увидел мир с недоступной прежде высоты. Добрая сказка о смелости, мечте и маленьких чудесах, которые случаются, когда очень хочешь помочь.

Ирме срочно нужна няня для ребёнка. У молодой мамы ответственная опасная работа, она сыщица. Её карьера рухнет, если она будет сидеть дома.
И вот на пороге няня, но она зелёная, клыкастая и ростом под потолок. Точнее, не она - он. Няня-орк! Придётся доверить младенца чудовищу.

У него есть список: 37 правил, которые она должна выучить наизусть. Никаких эмоций, никаких исключений. Она соглашается, потому что ей нужно спрятаться: за этими правилами — надёжное укрытие от прошлого, которое её преследует. Но чем точнее она следует инструкциям, тем заметнее становится, что за каждым правилом прячется его страх потерять контроль. И когда её преследователь находит её, именно эти жёсткие рамки становятся единственной защитой — и одновременно мостом между ними.

Даниил был Доминантом. Не в том примитивном смысле, который показывают в фильмах. Он был Доминантом в том глубоком, философском смысле, который понимали только посвящённые. Ему было тридцать один, и он практиковал БДСМ уже десять лет. У него была своя комната в его квартире на Остоженке — не мрачная, не пугающая, а элегантная, с тяжёлыми шторами, с кожаной мебелью, с кольцами в стенах, скрытыми за картинами. У него было три рабыни за эти годы. Каждая уходила по своим причинам. Одна не выдержала интенсивности. Вторая влюбилась и не смогла разделить чувства и игру. Третья просто устала.
Даниил не держал ни одну из них. Он никогда не держал тех, кто хотел уйти. Но внутри него жила надежда — тихая, упорная, — что однажды он встретит ту, которая останется. Ту, которая поймёт, что подчинение — это не слабость, а сила. Что контроль, который он даёт, — это не оковы, а освобождение.
И теперь, глядя на Кристину, которая стояла за барной стойкой и рассказывала гостю о тосканских винах, он по

Он — закрытый, жёсткий, привыкший всё контролировать. Она приходит к нему не за нежностью, а чтобы наконец почувствовать, что её границы видят и признают. Их динамика строится на предельно чётких правилах и абсолютной честности: любая эмоция должна быть названа вслух. Но когда её прошлое настигает её в виде шантажа, именно его бескомпромиссная система защиты становится единственным щитом. В кульминации ему приходится нарушить собственные принципы, чтобы спасти её — и впервые позволить себе быть не только строгим, но и уязвимым.

Москва в ноябре всегда казалась мне городом, который пытается скрыть свою суету под тяжёлым, свинцовым небом и мелким, пронизывающим дождём. Я стоял у высокого окна своего кабинета в особняке в Хамовниках, глядя, как капли рисуют причудливые узоры на старинном стекле. Мне было тридцать лет. Я был владельцем сети закрытых аукционных домов и частным реставратором антиквариата. Мой мир состоял из тишины, выверенных линий, запаха старого дерева, пчелиного воска и абсолютного контроля. Я не терпел хаоса. И я не терпел цифрового шума. В моих личных покоях и в этом особняке не было вай-фая, не было телевизоров, не было гаджетов. Только стационарные телефоны, тяжёлые книги, камин и тишина.
Но главным шедевром моей коллекции была не она. Главным шедевром была она сама. Кира.
Ей было двадцать три года. Когда она появилась в моей жизни полтора года назад, она была сломленной девочкой, раздавленной долгами покойного отца и жестокостью мира, который требовал от неё быть сильно и успешной.

Люди видели во мне грубого механика, человека с тяжёлым взглядом и мозолистыми руками, который предпочитает компанию машин обществу людей. Они не знали, что моя потребность в контроле не ограничивается железом. В закрытом пространстве моей личной жизни, за стальными дверями моего дома, я был Доминантом. Для меня БДСМ — это не просто игры, это высшая форма честности. Это момент, когда с человека спадают все социальные маски, и остаётся только чистая, обнажённая суть. Моя суть — власть. Суть тех, кто приходил ко мне — подчинение.
Алина работала у меня администратором и помощником в логистике уже полгода. Ей было двадцать четыре. Она пришла ко мне по объявлению, с дерзким взглядом и попыткой казаться независимой и жёсткой. Но я видел то, что скрыто от других. Я видел, как она замирает, когда я повышаю голос на поставщиков. Я видел, как расширяются её зрачки, когда я случайно касаюсь её плеча, передавая инструменты. Под её маской самостоятельной и резкой девушки скрывалась...