Подборка книг по тегу: "отцы и дети"
— Что-о-о? — в мой сон ворвался визгливый голос Светы. — Нет! Ты не можешь войти! Эй!
«Ну, твою дивизию, семь утра. Что там ещё случилось?»
Но на пороге — пацан со свидетельством о рождении, моей старой фоткой и учебником физики для малышей.
— Позвольте представиться, — важно заявляет он. — Невельский Михаил Гордеевич. Ваш биологический сын. Мама в коме, и я пока поживу у вас, папа.
Я бывший майор, владелец охранного агентства. У меня дом в элитном посёлке, хромота после ранения и девушка Света, которая уже придумала себе наше свадебное путешествие. Детей у меня нет и не было.
Света в бешенстве собирает чемоданы, уверяя, что я попался на крючок мошенникам. А пацан просит ключ на шестнадцать, чтобы разобрать фильтр, и рассуждает о рэлеевском рассеянии.
Клянусь, я хотел вызвать опеку. Но этот маленький гений спросил:
— Вы же не отправите меня в детдом, папа?
И я понял, ДНК-тест уже не важен. Свой — не свой — остаётся. Осталось выяснить, где его мать?
«Ну, твою дивизию, семь утра. Что там ещё случилось?»
Но на пороге — пацан со свидетельством о рождении, моей старой фоткой и учебником физики для малышей.
— Позвольте представиться, — важно заявляет он. — Невельский Михаил Гордеевич. Ваш биологический сын. Мама в коме, и я пока поживу у вас, папа.
Я бывший майор, владелец охранного агентства. У меня дом в элитном посёлке, хромота после ранения и девушка Света, которая уже придумала себе наше свадебное путешествие. Детей у меня нет и не было.
Света в бешенстве собирает чемоданы, уверяя, что я попался на крючок мошенникам. А пацан просит ключ на шестнадцать, чтобы разобрать фильтр, и рассуждает о рэлеевском рассеянии.
Клянусь, я хотел вызвать опеку. Но этот маленький гений спросил:
— Вы же не отправите меня в детдом, папа?
И я понял, ДНК-тест уже не важен. Свой — не свой — остаётся. Осталось выяснить, где его мать?
— Я же всегда говорила тебе, милая, красота решает.
Это какой-то сюрреализм… Моя мать, в моей постели, с моим мужем.
— Что, нечего сказать? Беги к своим ожоговым уродцам, это ведь единственное место, где ты чувствуешь себя красивой — рядом с теми, кому хуже.
Мне тридцать два, я лучший пластический хирург города, могу вернуть человеку лицо практически после любой катастрофы.
Но вряд ли я смогу убрать шрамы после той, которую сотворила моя родная мать!
— Думаешь, он первый, кого я у тебя увела? — Она даже не пытается прикрыться, вальяжно сидя на моей кровати. — Я всю жизнь тебе говорила: красота — это власть, а ты закопала себя в операционной. Ну и что тебе дали твои дипломы? Я и в пятьдесят четыре могу забрать у тебя всё.
Это какой-то сюрреализм… Моя мать, в моей постели, с моим мужем.
— Что, нечего сказать? Беги к своим ожоговым уродцам, это ведь единственное место, где ты чувствуешь себя красивой — рядом с теми, кому хуже.
Мне тридцать два, я лучший пластический хирург города, могу вернуть человеку лицо практически после любой катастрофы.
Но вряд ли я смогу убрать шрамы после той, которую сотворила моя родная мать!
— Думаешь, он первый, кого я у тебя увела? — Она даже не пытается прикрыться, вальяжно сидя на моей кровати. — Я всю жизнь тебе говорила: красота — это власть, а ты закопала себя в операционной. Ну и что тебе дали твои дипломы? Я и в пятьдесят четыре могу забрать у тебя всё.
— Простите, но я не могла его не впустить, — выдает нервно домработница, встречая возле забора.
— Кого?
Она открывает дверь в мой же двор и указывает ладонью.
— Его.
На идеально подстриженном газоне медленно, но верно вырастает палатка. Мальчишка вертится вокруг неё, натягивая растяжки и забивая колышки, чтобы строение было устойчивым.
— Это кто? — спрашиваю ошарашенно.
Мальчик оборачивается, и по веснушкам на курносом носу я его узнаю.
— Твой сын, — фыркает Артём недовольно.
— Что ты тут делаешь?
— Мама не может из-за меня лечь в больницу. Бабушка хотела меня тебе подкинуть, и я решил сделать это сам. Я буду с тобой жить, но на своих условиях. Не потесню, и запасы у меня есть, — кивает на рюкзак. — Мы можем даже не общаться. Так даже будет лучше.
Ну да… Я в доме, сын в палатке. Вообще шикарно…
— Кого?
Она открывает дверь в мой же двор и указывает ладонью.
— Его.
На идеально подстриженном газоне медленно, но верно вырастает палатка. Мальчишка вертится вокруг неё, натягивая растяжки и забивая колышки, чтобы строение было устойчивым.
— Это кто? — спрашиваю ошарашенно.
Мальчик оборачивается, и по веснушкам на курносом носу я его узнаю.
— Твой сын, — фыркает Артём недовольно.
— Что ты тут делаешь?
— Мама не может из-за меня лечь в больницу. Бабушка хотела меня тебе подкинуть, и я решил сделать это сам. Я буду с тобой жить, но на своих условиях. Не потесню, и запасы у меня есть, — кивает на рюкзак. — Мы можем даже не общаться. Так даже будет лучше.
Ну да… Я в доме, сын в палатке. Вообще шикарно…
Меня предали те, ради кого я отдала двадцать лет жизни.
Муж посмотрел мне в глаза и спокойно сказал, что разлюбил. Дети не стали защищать мать — им оказалось гораздо интереснее жить рядом с молодой и красивой женщиной.
Самое страшное даже не то, что меня бросили.
Самое страшное — как легко они это сделали.
Я слишком долго была удобной. Терпела, прощала, спасала, ставила чужие интересы выше своих и искренне верила, что семья — это навсегда.
Оказалось, навсегда бывает только одно: последствия наших поступков.
Я не собираюсь мстить.
Не стану унижаться, просить и доказывать, чего стою.
Я просто однажды перестану быть той женщиной, которую они привыкли видеть рядом.
И тогда им придётся узнать, сколько на самом деле стоила их «счастливая» жизнь.
Иногда лучший ответ предателям — не месть.
А счастье, которого они больше никогда не смогут коснуться.
Муж посмотрел мне в глаза и спокойно сказал, что разлюбил. Дети не стали защищать мать — им оказалось гораздо интереснее жить рядом с молодой и красивой женщиной.
Самое страшное даже не то, что меня бросили.
Самое страшное — как легко они это сделали.
Я слишком долго была удобной. Терпела, прощала, спасала, ставила чужие интересы выше своих и искренне верила, что семья — это навсегда.
Оказалось, навсегда бывает только одно: последствия наших поступков.
Я не собираюсь мстить.
Не стану унижаться, просить и доказывать, чего стою.
Я просто однажды перестану быть той женщиной, которую они привыкли видеть рядом.
И тогда им придётся узнать, сколько на самом деле стоила их «счастливая» жизнь.
Иногда лучший ответ предателям — не месть.
А счастье, которого они больше никогда не смогут коснуться.
Родная дочь не пригласила меня на свадьбу.
Когда я приехала в ресторан, она отвела меня за угол и сказала:
– Посмотри на себя и на моих гостей. Тебе здесь не место. Оставь меня в покое, ты мне больше не нужна!
Что я сделала не так? Растила её одна и отдала двадцать лет своей жизни. Любила, поддерживала, помогала во всём.
Кто повлиял на её решение?
Отец жениха – успешный предприниматель. Может быть, это он убедил мою дочь в том, что мать – лишний человек в её новой, красивой жизни?
Когда я приехала в ресторан, она отвела меня за угол и сказала:
– Посмотри на себя и на моих гостей. Тебе здесь не место. Оставь меня в покое, ты мне больше не нужна!
Что я сделала не так? Растила её одна и отдала двадцать лет своей жизни. Любила, поддерживала, помогала во всём.
Кто повлиял на её решение?
Отец жениха – успешный предприниматель. Может быть, это он убедил мою дочь в том, что мать – лишний человек в её новой, красивой жизни?
- Боря? - выдавила Ася, и мир поплыл у неё перед глазами. - Ты?..
- Мне позвонила какая-то тётя Валя... - Борис говорил медленно, словно подбирая слова. – Сказала, что для меня у неё есть письмо. От... сыновей... - Борис смотрел то на Асю, то на близнецов, и в его голове, видимо, щёлкнул некий тумблер. - Погоди… Это... мои?
- А то чьи же! – хором произнесли близнецы, внимательно разглядывая незнакомца. - Дедушка Мороз никогда не ошибается!
«Эх, взрослые! Давным-давно поссорились, наверняка, из-за какой-то ерунды, а теперь их помирить надо» - приняли общее решение Дёма и Тёма. Цель определена, пора действовать: есть мама и папа, а ещё есть план, который обязательно сработает!
- Мне позвонила какая-то тётя Валя... - Борис говорил медленно, словно подбирая слова. – Сказала, что для меня у неё есть письмо. От... сыновей... - Борис смотрел то на Асю, то на близнецов, и в его голове, видимо, щёлкнул некий тумблер. - Погоди… Это... мои?
- А то чьи же! – хором произнесли близнецы, внимательно разглядывая незнакомца. - Дедушка Мороз никогда не ошибается!
«Эх, взрослые! Давным-давно поссорились, наверняка, из-за какой-то ерунды, а теперь их помирить надо» - приняли общее решение Дёма и Тёма. Цель определена, пора действовать: есть мама и папа, а ещё есть план, который обязательно сработает!
У Саши новый одногруппник – пятикратный чемпион мира с говорящей фамилией Золотов. У него миллион подписчиц в социальных сетях, он рекламирует мировые бренды и отказывает в интервью даже главному спортивному каналу. Все девчонки на журфаке в него влюбляются, и Саша не исключение. Правда, после расставания с бывшим она зареклась за кем-либо бегать, но редактор журнала дает ей задание во что бы то ни стало взять у Золотова интервью, чтобы выпытать правду о его решении уйти из спорта.
#холодный красавец-чемпион, которому необходим новый смысл жизни #неунывающая героиня, которой для жизни никакой смысл не нужен вовсе #шикарный друг, смысл жизни которого непонятен #неидеальные герои, которые идеально друг другу подходят #немного юмора
Однотомник. Есть бонус от его лица.
#холодный красавец-чемпион, которому необходим новый смысл жизни #неунывающая героиня, которой для жизни никакой смысл не нужен вовсе #шикарный друг, смысл жизни которого непонятен #неидеальные герои, которые идеально друг другу подходят #немного юмора
Однотомник. Есть бонус от его лица.
Миллиардер купил меня в магазине игрушек для своего семилетнего сына.
Меня вынудили подписать контракт, а потом доставили в огромной коробке с бантом, как какую-то куклу.
Я должна отработать няней всего один год, чтобы освободиться от избалованного мальчишки и его высокомерного отца.
Однако в доме миллиардера я внезапно встречаюсь со своим прошлым и начинаю задаваться вопросами:
Была ли встреча в магазине игрушек случайной? Чего на самом деле добивается мальчик? И почему я всё чаще ловлю на себе жаркие взгляды его отца?
Меня вынудили подписать контракт, а потом доставили в огромной коробке с бантом, как какую-то куклу.
Я должна отработать няней всего один год, чтобы освободиться от избалованного мальчишки и его высокомерного отца.
Однако в доме миллиардера я внезапно встречаюсь со своим прошлым и начинаю задаваться вопросами:
Была ли встреча в магазине игрушек случайной? Чего на самом деле добивается мальчик? И почему я всё чаще ловлю на себе жаркие взгляды его отца?
Трое детей, свалившихся на голову, — это не проблема, это катастрофа. Няни разбегаются быстрее, чем я успеваю запомнить их имена. Мне нужна женщина, которая не побоится этой банды. И моя бывшая подходит идеально!
— Нет, я с тобой больше никогда не свяжусь!
— Кара, это всего лишь взаимовыгодная сделка, — продолжаю наступать на бывшую, загоняя её в угол. — Ты живёшь со мной, помогаешь с детьми, а я решаю твою ма-а-аленькую проблему.
Взглядом указываю на людей в форме, которые пришли за моей бывшей.
— Нет, я с тобой больше никогда не свяжусь!
— Кара, это всего лишь взаимовыгодная сделка, — продолжаю наступать на бывшую, загоняя её в угол. — Ты живёшь со мной, помогаешь с детьми, а я решаю твою ма-а-аленькую проблему.
Взглядом указываю на людей в форме, которые пришли за моей бывшей.
- Ты заслужила это! Ты заслужила ВСЁ, что происходит с тобой! Заслужила по праву рождения! Гадина!
- Да вы все тут больные придурки! – говорю, сквозь пробирающий озноб и слёзы. Так не хочется показывать свою слабость. Так не хочется снова попасть в такую ситуацию. Как я могла так влипнуть? Я же ещё вчера думала, что люблю этого человека, а сегодня я молю, чтоб он исчез. Исчез ещё позавчера… Навсегда!
Я сильная, я справлюсь! Но вот сможешь ли ты жить без меня? Сможешь ли ты после всего этого смотреть на своё отражение?
Я переживу и этот позор, и похороню свою любовь, и стану самой счастливой, но тебе от этого никогда не отмыться… любимый.
- Да вы все тут больные придурки! – говорю, сквозь пробирающий озноб и слёзы. Так не хочется показывать свою слабость. Так не хочется снова попасть в такую ситуацию. Как я могла так влипнуть? Я же ещё вчера думала, что люблю этого человека, а сегодня я молю, чтоб он исчез. Исчез ещё позавчера… Навсегда!
Я сильная, я справлюсь! Но вот сможешь ли ты жить без меня? Сможешь ли ты после всего этого смотреть на своё отражение?
Я переживу и этот позор, и похороню свою любовь, и стану самой счастливой, но тебе от этого никогда не отмыться… любимый.
Выберите полку для книги