Книги в жанре «Антиутопия»
Что, если цена абсолютного порядка — сама жизнь?
В стерильном и безупречном Городе Вечного Света нет места хаосу. Воздух тут пахнет вдохновением, ошибки считаются болезнью, а каждый демиург — воплощение гармонии.
Кроме одного.
Элион — Ткач Снов, создатель миров, которые чувствуют и дышат. Но в последнее время идеи не приходят, руки не слушаются, а внутри разрастается странная, вязкая тяжесть — там, где должна кипеть энергия творения.
Это история о бунте против совершенства. О том, как изгои бросают вызов не просто тиранам, а самой концепции безошибочности.
От стерильных коридоров умирающего Города Вечного Света до первобытного Хаоса новорожденной планеты — этот мир исследует фундаментальный конфликт между порядком и жизнью.
Потому что настоящая жизнь ближе к хаосу, чем к порядку. И самые страшные «ошибки» иногда становятся единственным, что вообще стоит спасать.
В стерильном и безупречном Городе Вечного Света нет места хаосу. Воздух тут пахнет вдохновением, ошибки считаются болезнью, а каждый демиург — воплощение гармонии.
Кроме одного.
Элион — Ткач Снов, создатель миров, которые чувствуют и дышат. Но в последнее время идеи не приходят, руки не слушаются, а внутри разрастается странная, вязкая тяжесть — там, где должна кипеть энергия творения.
Это история о бунте против совершенства. О том, как изгои бросают вызов не просто тиранам, а самой концепции безошибочности.
От стерильных коридоров умирающего Города Вечного Света до первобытного Хаоса новорожденной планеты — этот мир исследует фундаментальный конфликт между порядком и жизнью.
Потому что настоящая жизнь ближе к хаосу, чем к порядку. И самые страшные «ошибки» иногда становятся единственным, что вообще стоит спасать.
Тысячи циклов орбитальная станция «Рассвет» следует священному Графику. Её обитатели трудятся во имя далёкой Большой Земли и чтут Инструкцию.
Антон Щукин — всего лишь наблюдатель третьей категории. Его обязанность проста: смотреть на дикую планету под станцией, заполнять отчёты и не выделяться. Но однажды древний телескоп ловит невозможный сигнал, а в давно мёртвых системах пробуждается то, чего не должно существовать.
С этого момента вокруг Антона начинают происходить странные вещи. Начальница нарушает собственные правила. Коллега, прежде не скрывавшая презрения, становится его ближайшей соратницей. Скромная девушка смотрит на него с пугающим обожанием. Запретные желания разрушают субординацию, старые тайны выходят из архивов, а сама станция медленно разваливается на части.
Антон Щукин — всего лишь наблюдатель третьей категории. Его обязанность проста: смотреть на дикую планету под станцией, заполнять отчёты и не выделяться. Но однажды древний телескоп ловит невозможный сигнал, а в давно мёртвых системах пробуждается то, чего не должно существовать.
С этого момента вокруг Антона начинают происходить странные вещи. Начальница нарушает собственные правила. Коллега, прежде не скрывавшая презрения, становится его ближайшей соратницей. Скромная девушка смотрит на него с пугающим обожанием. Запретные желания разрушают субординацию, старые тайны выходят из архивов, а сама станция медленно разваливается на части.
Хочешь почувствовать своим телом былое тепло, а может, ощутить воспоминания на кончике своего разума, который оставляет тебя в сознании только из-за жалости? Нет, больше этого нет, откинь это, пожалуйста. Внутри тебя что-то пустует, словно осталось ещё место для чего-то. Пора…
Добудь свою свободу, что «Распечатана на металле» или приобрети оттуда же твой долг, который ты обязана исполнить, 1029. Твоя история закончится вместе с последней страничкой твоих аффектов и воспоминаний…
Добудь свою свободу, что «Распечатана на металле» или приобрети оттуда же твой долг, который ты обязана исполнить, 1029. Твоя история закончится вместе с последней страничкой твоих аффектов и воспоминаний…
В старом Механизме, могучем и жестоком, люди делятся на "генофонд" и "отклонения". Первые наслаждаются всеми благами, вторым запрещено быть счастливыми.
В мире, где государство узаконило право на убийство, каждый человек в двадцать лет получает Лицензию — браслет с числом жизней, которые он может отнять безнаказанно. Цифры на запястьях становятся новой социальной иерархией, мерой страха, доверия и близости. Ноль означает моральную чистоту — и абсолютную беззащитность.
Даня и Лера выросли в этом сером, бесконечно дождливом городе, держась друг за друга как за единственный источник света. В детстве они клянутся выбрать ноль, чтобы между ними никогда не встали цифры. Но когда Лера первой получает браслет с единицей, их мир начинает трескаться. Даня ещё не знает, что за сухой процедурой Лицензии скрывается тайное условие — необходимость назвать имя первого человека, чья жизнь будет закреплена за этой цифрой.
Выбирая ноль, Даня пытается сохранить любовь чистой. Но Лера, вписавшая в систему его имя, оказывается в ловушке: любовь делает его самым уязвимым. В обществе, где доверие — слабость, а близость — потенциальный приговор, единстве
Даня и Лера выросли в этом сером, бесконечно дождливом городе, держась друг за друга как за единственный источник света. В детстве они клянутся выбрать ноль, чтобы между ними никогда не встали цифры. Но когда Лера первой получает браслет с единицей, их мир начинает трескаться. Даня ещё не знает, что за сухой процедурой Лицензии скрывается тайное условие — необходимость назвать имя первого человека, чья жизнь будет закреплена за этой цифрой.
Выбирая ноль, Даня пытается сохранить любовь чистой. Но Лера, вписавшая в систему его имя, оказывается в ловушке: любовь делает его самым уязвимым. В обществе, где доверие — слабость, а близость — потенциальный приговор, единстве
Красные – зрение. Самые дорогие и необходимые. Синие – слух. Зеленые – обоняние и вкус. В новом мире невозможно существовать без специальных таблеток. За их крошечную дозу люди вынуждены работать в невыносимых условиях, ведь обнуление чувств ведет к неизбежной смерти. Датчики на браслете считывают данные безошибочно, не оставляя шанса на побег от системы.
Мечтам Элоди найти лекарство, способное вернуть людям утраченные чувства, было не место в реальности, где ее ждал фартук на кухне ночного клуба. Пока однажды в ее жизни не появился полицейский Марк. Движимый целью вызволить своего отца из тюрьмы, он втягивает девушку в расследование дела о загадочном наркотике R-6. Кто знал, что двое людей, достигших дна в своем отчаянии, и одна таблетка, обостряющая все чувства до предела, приведут к мировому хаосу.
Мечтам Элоди найти лекарство, способное вернуть людям утраченные чувства, было не место в реальности, где ее ждал фартук на кухне ночного клуба. Пока однажды в ее жизни не появился полицейский Марк. Движимый целью вызволить своего отца из тюрьмы, он втягивает девушку в расследование дела о загадочном наркотике R-6. Кто знал, что двое людей, достигших дна в своем отчаянии, и одна таблетка, обостряющая все чувства до предела, приведут к мировому хаосу.
Журналист Игорь Ветров погружается в виртуальную реконструкцию 1961 года, чтобы написать репортаж. Но система не выпускает его, требуя не просто слов, а искренних эмоций. Тайна прошлого, искусственный интеллект и ловушка из собственных чувств — вырваться можно, только перестав играть.
В мире, где музыка запрещена, а душа считается болезнью, один пацан с гитарой бросит вызов системе.
Тимофей — не герой. Он — выродок. Так его называет дядя, избивающий его до кровавой корки. Так написано у него на лбу. Так думает он сам.
У него нет друзей. Нет семьи. Нет будущего.
Но есть бирюзовая гитара, спрятанная в старом гараже.
Первый аккорд пробуждает в нём комок — сгусток чистой, концентрированной ненависти. Теперь гитара в его руках дробит кости, впитывает души и поднимает его в небо. Он больше не жертва.
Он — Рогатый.
За его голову назначена цена. Но у судьбы странное чувство юмора: именно сейчас он встречает Её. Бьянку. Дочь того самого человека, который должен его уничтожить.
И когда Система заберёт у него всё, что он любит, Тимофею придётся ответить на вопрос, который дороже жизни:
Что делает нас людьми — ненависть, которая даёт силу? Или любовь, которая делает нас уязвимыми?
Тимофей — не герой. Он — выродок. Так его называет дядя, избивающий его до кровавой корки. Так написано у него на лбу. Так думает он сам.
У него нет друзей. Нет семьи. Нет будущего.
Но есть бирюзовая гитара, спрятанная в старом гараже.
Первый аккорд пробуждает в нём комок — сгусток чистой, концентрированной ненависти. Теперь гитара в его руках дробит кости, впитывает души и поднимает его в небо. Он больше не жертва.
Он — Рогатый.
За его голову назначена цена. Но у судьбы странное чувство юмора: именно сейчас он встречает Её. Бьянку. Дочь того самого человека, который должен его уничтожить.
И когда Система заберёт у него всё, что он любит, Тимофею придётся ответить на вопрос, который дороже жизни:
Что делает нас людьми — ненависть, которая даёт силу? Или любовь, которая делает нас уязвимыми?
Буэнос-Айрес, 2084 год. Величайший мегаполис Южного полушария превращён в стерильный «рациональный рай»: улицы называются формулами, кварталы — кластерами, а жители давно забыли, что такое локальный патриотизм. Здесь больше нет ни аргентинцев, ни уругвайцев — только «пользователи Южноамериканской Конурбации».
Но однажды по жребию, выбранному древним муниципальным законом, мэром становится скромный архивариус Лауреано Крус. Его первый указ кажется безумной шуткой: вернуть исторические кварталы — с гербами, флагами и именами. Город смеётся. А учитель истории Эстебан Луна, неудачник и мечтатель, вдруг перестаёт смеяться. Подняв самодельный синий флаг с золотой звездой, он объявляет квартал Боэдо «независимым посольством духа». За ним следуют Ла-Бока, Сан-Тельмо, Палермо — и вот уже картонные доспехи и резиновые мечи становятся реальнее стали.
Мэр Крус, забавляясь, объявляет Большой Турнир Кварталов: испытания Поэзии, Стратегии и Чести. Начинается игра — весёлая, нелепая, опасная........
Но однажды по жребию, выбранному древним муниципальным законом, мэром становится скромный архивариус Лауреано Крус. Его первый указ кажется безумной шуткой: вернуть исторические кварталы — с гербами, флагами и именами. Город смеётся. А учитель истории Эстебан Луна, неудачник и мечтатель, вдруг перестаёт смеяться. Подняв самодельный синий флаг с золотой звездой, он объявляет квартал Боэдо «независимым посольством духа». За ним следуют Ла-Бока, Сан-Тельмо, Палермо — и вот уже картонные доспехи и резиновые мечи становятся реальнее стали.
Мэр Крус, забавляясь, объявляет Большой Турнир Кварталов: испытания Поэзии, Стратегии и Чести. Начинается игра — весёлая, нелепая, опасная........
Сорок лет назад мир остался без света. Его отключили те, кто им владел. Борьба за власть и технологии переросла в глобальную войну, уничтожившую прежний порядок. Когда война истощила все стороны, уцелевшие директора заключили мир, разделили планету на сферы влияния и основали две Корпорации.
Нефть даёт огонь: города-заводы и чёрный дым вместо неба. Электричество даёт ток: белые кварталы и зеркала на орбите. Они называют друг друга врагами, и люди привыкли в это верить.
Копатель Рэсс и его напарник Чиж находят в мёртвом городе устройство, которого не должно существовать. Инженер Нэя Светлая обнаруживает в архиве башни страницу, опровергающую официальную версию прошлого. Они ещё не знают, что идут к одной разгадке с разных концов и что по их следу уже идёт охотник, служащий обеим Корпорациям.
«Корпорация Нефть vs Корпорация Электричество» – постапокалиптическое графическое sci-fi-приключение о мире, где нет ничего опаснее возможности перестать зависеть от Корпораций.
Нефть даёт огонь: города-заводы и чёрный дым вместо неба. Электричество даёт ток: белые кварталы и зеркала на орбите. Они называют друг друга врагами, и люди привыкли в это верить.
Копатель Рэсс и его напарник Чиж находят в мёртвом городе устройство, которого не должно существовать. Инженер Нэя Светлая обнаруживает в архиве башни страницу, опровергающую официальную версию прошлого. Они ещё не знают, что идут к одной разгадке с разных концов и что по их следу уже идёт охотник, служащий обеим Корпорациям.
«Корпорация Нефть vs Корпорация Электричество» – постапокалиптическое графическое sci-fi-приключение о мире, где нет ничего опаснее возможности перестать зависеть от Корпораций.
Выберите полку для книги