Книги в жанре «Эротический фанфик»
Она выросла в детдоме, сбегала от насилия и привыкла не доверять мужчинам. Они — трое братьев, привыкших брать всё, что хотят. Встреча с ними перевернула её жизнь. Она стала их розой. Алой розой для троих. Но сможет ли она остаться собой, когда её разрывают на части трое мужчин? Остросюжетная эротическая драма о боли, страсти и выборе. 18+
Зря они не развернулись и не поехали обратно. С этого-то всё и началось.
Но… Вся эта история произошла как раз кстати и вовсе не здесь…
Но… Вся эта история произошла как раз кстати и вовсе не здесь…
Однажды он видит её. На остановке. Опущенные глаза. Тихая. Словно прячется от всего мира. Он не знает её имени. Не знает, где она живёт. Но он знает одно: она — не такая, как все. В ней есть то, чего нет в других. Что-то, что он хочет разгадать.
Он начинает следить. Изучать. Записывать. Он узнаёт её маршрут, её привычки, её страхи. Он не подходит. Он наблюдает. Он хочет прочитать её. До конца. Даже если она не захочет. Даже если закроется.
Потому что она — та самая книга. Та, которую он искал всю жизнь. Среди тысяч пустых обложек. Среди тысяч серых страниц.
Он нашёл её. И он не собирается её отпускать.
Но что, если она — не книга? Что, если она — не пустая? Что, если она — такая же, как он? Или хуже?
Ответ — в её глазах. В её молчании. В её страхе.
Он начинает следить. Изучать. Записывать. Он узнаёт её маршрут, её привычки, её страхи. Он не подходит. Он наблюдает. Он хочет прочитать её. До конца. Даже если она не захочет. Даже если закроется.
Потому что она — та самая книга. Та, которую он искал всю жизнь. Среди тысяч пустых обложек. Среди тысяч серых страниц.
Он нашёл её. И он не собирается её отпускать.
Но что, если она — не книга? Что, если она — не пустая? Что, если она — такая же, как он? Или хуже?
Ответ — в её глазах. В её молчании. В её страхе.
Она держит три розы. Две чёрные, завядшие. Одна красная. Живая. Пока.
У неё было трое. Трое, кто любил её. Трое, кто ждал дома. Одного она уже потеряла. Двоих ещё может.
Он стоит за её спиной. В маске. Наполовину. Улыбается. В руке нож. Он ждёт. Всегда. Где-то там. Далеко. Но рядом.
Она ищет его. Он ищет её. Они — зеркала. Только одно из них — разбито. Давно.
Он убивает тех, кто похож на неё. Она идёт по его следам. Каждый шаг — ближе. Каждый шаг — темнее.
Но он не монстр. И она это знает. Потому что он — это она. Если бы не было их. Троих. Если бы она была одна. Всегда.
Она должна выбрать. Убить его. Или стать им. Или жить. Пока.
Красная роза. Посередине. Живая. Пока.
У неё было трое. Трое, кто любил её. Трое, кто ждал дома. Одного она уже потеряла. Двоих ещё может.
Он стоит за её спиной. В маске. Наполовину. Улыбается. В руке нож. Он ждёт. Всегда. Где-то там. Далеко. Но рядом.
Она ищет его. Он ищет её. Они — зеркала. Только одно из них — разбито. Давно.
Он убивает тех, кто похож на неё. Она идёт по его следам. Каждый шаг — ближе. Каждый шаг — темнее.
Но он не монстр. И она это знает. Потому что он — это она. Если бы не было их. Троих. Если бы она была одна. Всегда.
Она должна выбрать. Убить его. Или стать им. Или жить. Пока.
Красная роза. Посередине. Живая. Пока.
Правосудие не смогло найти убийцу. Полгода. Ни следов. Ни свидетелей. Ни мотива. Она ждала. Верила. Надеялась. А потом перестала.
Она взяла всё в свои руки. Отправила последнего, кто ей дорог, — обманом. Осталась одна. В пустом доме. С четырьмя чашками. С фотографией. С тетрадью, в которой он вёл счёт. День за днём. Год за годом. Двадцать лет.
Он оставил ей тетрадь. Он оставил ей дом. Он оставил ей розу. Он вёл её. Всю дорогу. К себе.
Она узнала: он был рядом. Всегда. В детдоме. На подоконнике. В тени. Он сказал ей тогда: «Ты никому не нужна. Я тоже. Но ты красивая. Тебя возьмут. Кто-нибудь. Когда-нибудь».
Она взяла всё в свои руки. Отправила последнего, кто ей дорог, — обманом. Осталась одна. В пустом доме. С четырьмя чашками. С фотографией. С тетрадью, в которой он вёл счёт. День за днём. Год за годом. Двадцать лет.
Он оставил ей тетрадь. Он оставил ей дом. Он оставил ей розу. Он вёл её. Всю дорогу. К себе.
Она узнала: он был рядом. Всегда. В детдоме. На подоконнике. В тени. Он сказал ей тогда: «Ты никому не нужна. Я тоже. Но ты красивая. Тебя возьмут. Кто-нибудь. Когда-нибудь».
Что делать Персефоне XXI века, если Аид не торопится её похищать и занят хозяйственными работами в своём тёмном царстве? Спуститься туда самой, попутно ведя путевые заметки снисхождения в мир теней.
Раньше Мира была уверена, что страсть, огонь, про который ей рассказывали, просто шутка. Оказавшись проданной Хозяину, она узнала, что это далеко не так.
Фанфик по фильмам серии "Гарри Поттер".
Минни помнила о себе мало.
Она знала, что ей девятнадцать, что её родители погибли, и завещали ей перед смертью служить Малфоям верой и правдой. Потому что такие, как она – грязнокровки, всегда были преданы чистокровным волшебникам.
Драко Малфой, испытывая влечение к Гермионе Грейнджер, в бою оглушает её и стирает память. Он поселяет её в Малфой-мэноре, а его отец, Люциус Малфой, убеждает её, что она всегда работала у них прислугой. Необузданное влечение Драко к Гермионе приводит к конфликту между ним и Люциусом. И чьей станет Гермиона ещё предстоит выяснить...
#ЛюциусМалфой
#ГермионаГрейнджер
#ДракоМалфой
Минни помнила о себе мало.
Она знала, что ей девятнадцать, что её родители погибли, и завещали ей перед смертью служить Малфоям верой и правдой. Потому что такие, как она – грязнокровки, всегда были преданы чистокровным волшебникам.
Драко Малфой, испытывая влечение к Гермионе Грейнджер, в бою оглушает её и стирает память. Он поселяет её в Малфой-мэноре, а его отец, Люциус Малфой, убеждает её, что она всегда работала у них прислугой. Необузданное влечение Драко к Гермионе приводит к конфликту между ним и Люциусом. И чьей станет Гермиона ещё предстоит выяснить...
#ЛюциусМалфой
#ГермионаГрейнджер
#ДракоМалфой
Воспоминание своей жизни, в каких ситуациях оказывалась, как все проходило, с какими трудностями сталкивалась.
— Моя Королева, — раздался за её спиной низкий, хриплый голос, от которого по коже пробежала знакомая, сладкая дрожь.
Элария не обернулась сразу. Она позволила себе ещё секунду, чтобы услышать, как его тяжёлые, уверенные шаги останавливаются в двух шагах от неё.
— Кайрон, — произнесла она, и её голос был холодным, как сталь. В глазах своих солдат, в глазах врагов она была неприкасаемой, божественной. — Докладывай.
Кайрону было двадцать восемь. Он был командующим её безжалостной конницей, человеком, чьё имя шептали с ужасом в семи королевствах. Высокий, широкоплечий, с лицом, покрытым шрамами, и глазами цвета тёмного мёда. Его чёрные волосы были коротко острижены, а на шее, поверх кольчуги, виднелся кожаный ремешок — единственный намёк на то, что этот непобедимый воин кому-то принадлежит.
— Разведчики донесли, что армия Малакора укрепилась в Дубравном, — ответил Кайрон. Его тон был почтительным, но в нём не было раболепия. — Город окружён частоколом. Они ждут нашего штурма.
Элария не обернулась сразу. Она позволила себе ещё секунду, чтобы услышать, как его тяжёлые, уверенные шаги останавливаются в двух шагах от неё.
— Кайрон, — произнесла она, и её голос был холодным, как сталь. В глазах своих солдат, в глазах врагов она была неприкасаемой, божественной. — Докладывай.
Кайрону было двадцать восемь. Он был командующим её безжалостной конницей, человеком, чьё имя шептали с ужасом в семи королевствах. Высокий, широкоплечий, с лицом, покрытым шрамами, и глазами цвета тёмного мёда. Его чёрные волосы были коротко острижены, а на шее, поверх кольчуги, виднелся кожаный ремешок — единственный намёк на то, что этот непобедимый воин кому-то принадлежит.
— Разведчики донесли, что армия Малакора укрепилась в Дубравном, — ответил Кайрон. Его тон был почтительным, но в нём не было раболепия. — Город окружён частоколом. Они ждут нашего штурма.
Выберите полку для книги