Книги в жанре «Боевики» по тегу «luchshee»
На дороге между Якутском и Покровском давно рассказывают об одной девушке. Зимой, в начале девяностых, она якобы выбралась из машины своих мучителей, дошла до поста ГАИ и всю ночь стучала в закрытую дверь. Ей не открыли. Утром она была мертва.
— Ты понимаешь, о чём просишь?
— Да.
— За долг отца нужно платить. И цена не в деньгах.
— Я знаю. Сколько?
— Ты, — произнёс Заур, глядя ей в глаза. — Ты выйдешь за меня.
Ева замерла. Она пришла просить отсрочку, а он предлагал сделку, в которой её жизнь — разменная монета. Но за дверью ждал отец, сломленный и напуганный, за спиной — долговая яма, из которой нет выхода. И Ева сделала единственное, что могла.
— Хорошо. Но у меня условие.
— Слушаю.
— Я не твоя собственность. Я — жена. И требую уважения.
Заур усмехнулся, но в тёмных глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.
— Договорились, Ева.
— Да.
— За долг отца нужно платить. И цена не в деньгах.
— Я знаю. Сколько?
— Ты, — произнёс Заур, глядя ей в глаза. — Ты выйдешь за меня.
Ева замерла. Она пришла просить отсрочку, а он предлагал сделку, в которой её жизнь — разменная монета. Но за дверью ждал отец, сломленный и напуганный, за спиной — долговая яма, из которой нет выхода. И Ева сделала единственное, что могла.
— Хорошо. Но у меня условие.
— Слушаю.
— Я не твоя собственность. Я — жена. И требую уважения.
Заур усмехнулся, но в тёмных глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.
— Договорились, Ева.
Главный врач Эллина Печерская пытается справиться с чередой испытаний: пропажей родителей, расследованием их исчезновения бывшим сыщиком Дорофеевым, интригами в клинике и появлением в её доме маленького Миши, сына её бывшего возлюбленного Гранина. Жизнь героини переплетается с драмами её коллег: хирургов на передовой, вынужденных спасать жизни в хаосе войны; поварихи Маруси, разрывающейся между верностью солдату Родиону и ухаживаниями майора Прокопчука; анестезиолога Пал Палыча, случайно ставшего соучастником убийства. Интриги, любовные треугольники, погони и предательства, смертельная опасность — от окопов СВО до норвежских фьордов, — сплетаются в единый узел, где личная драма каждого персонажа становится частью большого противостояния, проверяя на прочность верность, любовь и профессиональный долг.
Диана идёт в консуматорши, чтобы спасти отца от долгов. Ресторан «Мандарин & Дым» — мир дорогих ужинов и мужского тщеславия, где её работа — продавать иллюзию. Но случайная встреча с Никитой, сыном влиятельной Инги Проскуриной, втягивает её в игру сильных мира сего. Давление майора Круглова, контроль Инги, собственные страхи и закрытый долг ставят Диану перед выбором: остаться в прежней клетке или наконец решить, чего хочет она сама. История о свободе, которой нет в кошельке.
Коля врёт, пробивается, лезет туда, куда его не звали, и постепенно получает то, о чем мечтал, но в самый острый момент, когда он уже по уши в хаосе и делает шаг, после которого назад дороги нет, до него доходит: то, что утром было праздником, к ночи обернулось пустотой.
Звук саксофона тянулся низко и густо, обвивая колонны зала, словно дым от дорогого табака. «Анкла́в» не был просто закрытым клубом. Это была крепость, возведённая из золота, бархата и человеческих слабостей. Здесь не было случайных людей. Сюда не вели случайные дороги.
Ева стояла у массивной дубовой двери, чувствуя, как холодный металл заряженного пистолета с глушителем приятно холодит бедро под шёлком тяжёлого платья. Ей было двадцать восемь, и за её плечами числилось столько операций, что она давно перестала считать их. Но «Анкла́в» был особенным. Это место, где власть и желания переплетались в узел, который невозможно было развязать без крови.
Она поправила тяжёлые серёжки с чёрными бриллиантами. В них были встроены микроскопические передатчики.
— Слышишь меня, Алиса? — голос Марка, её куратора, прозвучал в крошечном наушнике чётко и сухо. Марку было тридцать, и он всегда звучал так, будто держал в зубах спичку.
— Слышу, — мысленно отозвалась Ева, активируя микрофон на горле.
Ева стояла у массивной дубовой двери, чувствуя, как холодный металл заряженного пистолета с глушителем приятно холодит бедро под шёлком тяжёлого платья. Ей было двадцать восемь, и за её плечами числилось столько операций, что она давно перестала считать их. Но «Анкла́в» был особенным. Это место, где власть и желания переплетались в узел, который невозможно было развязать без крови.
Она поправила тяжёлые серёжки с чёрными бриллиантами. В них были встроены микроскопические передатчики.
— Слышишь меня, Алиса? — голос Марка, её куратора, прозвучал в крошечном наушнике чётко и сухо. Марку было тридцать, и он всегда звучал так, будто держал в зубах спичку.
— Слышу, — мысленно отозвалась Ева, активируя микрофон на горле.
Где-то в мечтах у меня был тихий уголок, где никто не знал имени моего отца и не смотрел на меня как на ходячее наследие. Место, где я могла просто быть — смешной, неловкой, настоящей, а не безупречной «принцессой», которую все боятся и никто не видит. Мой долг — выйти замуж по воле Капо, словно это не моя жизнь, а договор, подписанный задолго до моего рождения. Но жизнь иногда подбрасывает злые шутки, и самая горькая из них — понять, что свобода всегда была лишь красивой иллюзией
Когда обстоятельства загоняют успешного европейского топ-менеджера в угол, оказывается, что под слоем офисного лоска скрывается настоящий потомок викингов, способный и держать удар, и бить на опережение, и любить, и ненавидеть.
Встречайте дебютный роман Нильса Хагена, датчанина, попытавшегося покорить Россию, а в итоге обретшего судьбу. На первый взгляд это простая история страсти, но на самом деле перед вами попытка автора осознать, что есть любовь в нашем сумасшедшем, стремительно меняющемся мире.
Встречайте дебютный роман Нильса Хагена, датчанина, попытавшегося покорить Россию, а в итоге обретшего судьбу. На первый взгляд это простая история страсти, но на самом деле перед вами попытка автора осознать, что есть любовь в нашем сумасшедшем, стремительно меняющемся мире.
Нильса Хагена нельзя отнести к тем авторам, что каждый месяц балуют своих читателей новой книгой. Тем ценнее этот роман для поклонников творчества датчанина, полюбившего Россию.
Со времен «Охоты на викинга» прошло три года. Нильс Хаген женился, вернулся в Москву, в значительной степени обрусел и успел стать полноправным участником нескольких авантюрных полукриминальных историй. Эти истории и легли в основу книги.
Со времен «Охоты на викинга» прошло три года. Нильс Хаген женился, вернулся в Москву, в значительной степени обрусел и успел стать полноправным участником нескольких авантюрных полукриминальных историй. Эти истории и легли в основу книги.
Я радовалась, думая, что иду на стажировку в крутую компанию, где работает мой отец. А оказалось, что я стала разменной монетой в необъявленной войне за место в совете директоров.
И я теперь не могу понять, что мой босс от меня хочет, и почему смотрит так как будто он присвоил меня себя.
И я теперь не могу понять, что мой босс от меня хочет, и почему смотрит так как будто он присвоил меня себя.
Выберите полку для книги