Умерла в своем мире и очнулась в теле блаженной служанки в северной крепости.
Здесь князь может сломать мне руку за одну только миску похлебки, если решит, что его пытаются отравить.
Ярвара называют Безумным. Он жесток, подозрителен и опасен.
Меня приставили к нему как шпионку и козла отпущения. Если князь умрет - обвинят меня. Если заподозрит предательство - убьет сам. Но я не собираюсь умирать за чужие интриги.
Я стану первой, кто пробует его похлебку. Первой, кто входит в его покои. Первой, кто касается его ран.
И последней, кого он захочет отпустить.
Осталось только понять: смогу ли я приручить Безумного князя раньше, чем стану следующей жертвой его безумия?
Здесь князь может сломать мне руку за одну только миску похлебки, если решит, что его пытаются отравить.
Ярвара называют Безумным. Он жесток, подозрителен и опасен.
Меня приставили к нему как шпионку и козла отпущения. Если князь умрет - обвинят меня. Если заподозрит предательство - убьет сам. Но я не собираюсь умирать за чужие интриги.
Я стану первой, кто пробует его похлебку. Первой, кто входит в его покои. Первой, кто касается его ран.
И последней, кого он захочет отпустить.
Осталось только понять: смогу ли я приручить Безумного князя раньше, чем стану следующей жертвой его безумия?
Говорят, его внутренний дракон мертв. Бывший Командор вернулся из плена искалеченной тенью, лишенный магии, статуса и мужской силы. От него отвернулись жена и клан. Теперь он топит боль в бутылке и вышвыривает за дверь любого, кто посмеет посмотреть на него с жалостью.
Но я — врач из другого мира, и не собираюсь его жалеть. Я буду возвращать его тело к жизни через боль, упрямство и жесткую терапию. Вот только с каждым моим прикосновением его ненависть всё больше становится похожа на одержимость.
Но я — врач из другого мира, и не собираюсь его жалеть. Я буду возвращать его тело к жизни через боль, упрямство и жесткую терапию. Вот только с каждым моим прикосновением его ненависть всё больше становится похожа на одержимость.
— Порядки в замке строгие, миледи. Слуги не терпят капризов, — управляющий с сомнением окинул взглядом мою пышную фигуру. — Генерал приказал вам сидеть тихо и следить за его племянником.
— А теперь послушайте мои правила, — отрезала я, сбросив дорожный плащ. — Через час в моих покоях должны гореть камины и стоять горячая вода. Иначе я велю зарядить ту баллисту на крыше, и вы станете моей первой мишенью. За работу!
Я погибла в своем мире и очнулась в чужом теле: обманутая родственниками, выданная замуж за чудовище и сосланная на Север. Но они не на ту напали! Я наведу порядок в этом промерзшем замке, верну улыбку забитому ребенку и вылечу шрамы самого страшного мужчины королевства. Того самого, от чьего редкого, хриплого шепота у меня теперь замирает сердце.
В тексте есть:
неунывающая попаданка (адекватная и деятельная)
суровый и молчаливый герой (травма/шрам)
вынужденный брак
обустройство быта и уют
чужой ребенок (сирота)
постепенное зарождение чувств (от неприязни до люб
— А теперь послушайте мои правила, — отрезала я, сбросив дорожный плащ. — Через час в моих покоях должны гореть камины и стоять горячая вода. Иначе я велю зарядить ту баллисту на крыше, и вы станете моей первой мишенью. За работу!
Я погибла в своем мире и очнулась в чужом теле: обманутая родственниками, выданная замуж за чудовище и сосланная на Север. Но они не на ту напали! Я наведу порядок в этом промерзшем замке, верну улыбку забитому ребенку и вылечу шрамы самого страшного мужчины королевства. Того самого, от чьего редкого, хриплого шепота у меня теперь замирает сердце.
В тексте есть:
неунывающая попаданка (адекватная и деятельная)
суровый и молчаливый герой (травма/шрам)
вынужденный брак
обустройство быта и уют
чужой ребенок (сирота)
постепенное зарождение чувств (от неприязни до люб
Меня называют поставщицей флота, скандальной графиней, русской шпионкой и игрушкой в руках принцев.
Пусть называют. Я привыкла, что меня недооценивают. Но тот, кто решил разыграть меня как фигуру в споре королевских сыновей, скоро узнает, что эта фигура не собирается стоять ни на чьей доске и что партию отныне поведет сама.
Пусть называют. Я привыкла, что меня недооценивают. Но тот, кто решил разыграть меня как фигуру в споре королевских сыновей, скоро узнает, что эта фигура не собирается стоять ни на чьей доске и что партию отныне поведет сама.
Восемь лет назад я вернула ему магию и восстановила изувеченное тело. А в благодарность Командор предложил мне статус тайной содержанки. Я ушла, искренне надеясь, что мы больше никогда не встретимся.
Теперь он — безжалостный лорд, перед которым трепещет столица. У него есть власть, богатство и семья. Но все эти годы он не в силах забыть нашу единственную ночь.
Случайная встреча разрушает мой тщательно выверенный покой, и судьба снова сталкивает нас лицом к лицу. На этот раз он не намерен отступать. Но гордый дракон ещё не знает: чем сильнее натиск, тем разрушительнее его одержимость для него самого. И когда наши тайны вырвутся наружу, ему придётся сделать выбор, который перевернёт всю его жизнь.
Теперь он — безжалостный лорд, перед которым трепещет столица. У него есть власть, богатство и семья. Но все эти годы он не в силах забыть нашу единственную ночь.
Случайная встреча разрушает мой тщательно выверенный покой, и судьба снова сталкивает нас лицом к лицу. На этот раз он не намерен отступать. Но гордый дракон ещё не знает: чем сильнее натиск, тем разрушительнее его одержимость для него самого. И когда наши тайны вырвутся наружу, ему придётся сделать выбор, который перевернёт всю его жизнь.
Восемь лет я прятала от него нашего сына. Одна ночь — и тайны больше нет. Жрецы похитили ребенка, а гордый дракон прошёл через огонь, чтобы его вернуть.
Эрнер больше не отпустит ни сына, ни меня. Но он — чужой муж, лорд и правая рука короны, а я — простолюдинка, которой не место рядом с ним. За спиной — владыка жрецов, жаждущий крови моего мальчика. Впереди — столица, где бастарда с древней силой никто не ждёт.
Теперь всё зависит от того, какой выбор сделает Командор, и что останется от нас после него.
Эрнер больше не отпустит ни сына, ни меня. Но он — чужой муж, лорд и правая рука короны, а я — простолюдинка, которой не место рядом с ним. За спиной — владыка жрецов, жаждущий крови моего мальчика. Впереди — столица, где бастарда с древней силой никто не ждёт.
Теперь всё зависит от того, какой выбор сделает Командор, и что останется от нас после него.
Париж меня ненавидит. Лавки закрываются перед носом, общество отвернулось, а единственный человек, чьё имя могло бы меня спасти, - мой супруг, который меня презирает.
Чтобы общество перешло на мою сторону, мне придётся сыграть роль - роль женщины, безумно влюблённой в собственного угрюмого мужа.
Осталось только одно: не начать верить в эту ложь самой.
ЭКСКЛЮЗИВ Литмаркета
Чтобы общество перешло на мою сторону, мне придётся сыграть роль - роль женщины, безумно влюблённой в собственного угрюмого мужа.
Осталось только одно: не начать верить в эту ложь самой.
ЭКСКЛЮЗИВ Литмаркета
Меня убила родная сестра. Когда я открыла глаза, мне снова было восемнадцать.
На этот раз Иззи первой забирает алое яйцо — то самое, которое в прошлой жизни принесло мне славу, силу и смерть.
Мне остаётся чёрное.
Тусклое. Холодное. Бесполезное. Так думают все.
Кроме меня.
Потому что я помню: внутри спит существо, которое помнит времена, когда людей ещё не существовало. Оно голодно. Оно терпеливо.
И теперь оно моё. Проснись, Нюкс. Мама вернулась.
На этот раз Иззи первой забирает алое яйцо — то самое, которое в прошлой жизни принесло мне славу, силу и смерть.
Мне остаётся чёрное.
Тусклое. Холодное. Бесполезное. Так думают все.
Кроме меня.
Потому что я помню: внутри спит существо, которое помнит времена, когда людей ещё не существовало. Оно голодно. Оно терпеливо.
И теперь оно моё. Проснись, Нюкс. Мама вернулась.
Как психолог, я должна уметь сохранять спокойствие в любой ситуации.
Но на практике всё сложнее. Я попала в другой мир по дороге домой, и теперь у меня на руках младенец, который при истерике покрывается чешуёй и дышит огнём. За ним идёт охота, и мы вынуждены скрываться от тех, кто должен был его защищать.
Теперь мне нужно:
- не умереть,
- не сойти с ума
- и как-то научиться быть мамой для драконьего наследника.
Потому что, кажется, кроме меня, защитить его больше некому.
Но на практике всё сложнее. Я попала в другой мир по дороге домой, и теперь у меня на руках младенец, который при истерике покрывается чешуёй и дышит огнём. За ним идёт охота, и мы вынуждены скрываться от тех, кто должен был его защищать.
Теперь мне нужно:
- не умереть,
- не сойти с ума
- и как-то научиться быть мамой для драконьего наследника.
Потому что, кажется, кроме меня, защитить его больше некому.
Английский свет готов простить женщине скандал, но он никогда не простит ей силу. Сделка с графом Хавершемом, обернувшаяся самой неожиданной и циничной помолвкой сезона, дает мне надежную защиту и землю под новые фабрики.
Однако вест-индское лобби и лондонские магнаты не отдадут свои колоссальные прибыли без боя. Против моего нового производства выставлены неограниченные деньги, влияние в министерствах и наемные убийцы, готовые на всё ради сохранения старого порядка.
Вот только они не знают одну простую вещь. Я пришла из будущего и прекрасно знаю, как рушатся монополии.
Однако вест-индское лобби и лондонские магнаты не отдадут свои колоссальные прибыли без боя. Против моего нового производства выставлены неограниченные деньги, влияние в министерствах и наемные убийцы, готовые на всё ради сохранения старого порядка.
Вот только они не знают одну простую вещь. Я пришла из будущего и прекрасно знаю, как рушатся монополии.
Выберите полку для книги